Варвар Лорен (ЛП)

И, что ж, немного повеселиться.
Мысль о том, чтобы прикасаться к нему любым способом, которым я захочу, возбуждает. Это заставляет меня сжимать бедра вместе в предвкушении, и румянец снова вспыхивает. Могу сказать, что он тоже взволнован, хотя это нетрудно заметить. Он тяжело дышит, массивные плечи вздымаются, а кулаки сжимаются по бокам, будто ему требуются все его силы, чтобы не протянуть руку, не схватить меня и не швырнуть обратно в листья для следующего раунда.
Хотя этот раунд был бы потрясающим, я хочу, чтобы у него тоже было что-нибудь потрясающее. Поэтому я улыбаюсь.
— Сначала я собираюсь научить тебя целоваться. Мы можем это сделать?
Он наклоняет голову, и думаю, он мысленно перебирает мои слова, пытаясь сопоставить их с теми обрывками языка друг друга, которые мы выучили.
— Поцелуй, — услужливо повторяю я и провожу рукой по его затылку, затем прижимаюсь к нему всем телом.
Моя грудь соприкасается с его, и одна из его рук обнимает меня за талию, прижимая к себе. Я качаю головой, сохраняя игривое выражение лица.
— Моя очередь руководить, милый. Начнем с поцелуя.
— Пцлй, — соглашается он и кладет руку мне на шею, точно так же, как это делаю я.
Я хочу закрыть глаза и прислониться к этой большой руке, потому что он может обхватить ладонью весь мой затылок, и это странно эротическое чувство. Однако я не могу отвлекаться, а он лучше всех меня отвлекает. Я наклоняюсь, притягивая его к себе.
— Поцелуй, — снова шепчу я. — Это мое любимое.
Ну, это было моим любимым до орального секса. Возможно, у меня появится новое любимое. Но это может быть приятным, что устраивает.
Он пристально наблюдает за мной, его глаза расширяются, когда я приближаюсь и прижимаюсь губами к его рту. Он полностью замирает, как будто пытается понять, что я делаю.
Я наклоняюсь и слегка прижимаюсь своими губами к его. Ясно, что он не умеет целоваться. Он поджимает губы и ждет, будто пытается понять, что я делаю, чтобы он мог подражать мне. Это странно мило и отчасти забавно.
Конечно, его реакция просто вызывает у меня желание сделать больше. Я хочу шокировать его. Раздвинуть его границы или даже просто посмотреть, каковы они. Я наклоняюсь ближе и лижу его, прямо в губы.
Дыхание со свистом вырывается у него сквозь зубы.
— Кс?
— Не совсем, — бормочу я хриплым голосом от власти, которую я имею над ним. — Позволь мне закончить поцелуй, — повторяю я, а затем прижимаюсь своими губами к его.
На этот раз я делаю поцелуй более глубоким. Вместо того, чтобы ласкать его губы, я наклоняюсь и провожу языком по складке его рта. Когда он открывается для меня, я глажу его, скользя языком по губам. Затем медленно отстраняюсь и смотрю, затаив дыхание.
— Поцелуй.
Он низко рычит, обхватывая руками мою талию. Одна рука сильнее держит затылок, а затем губы снова прикасаются к моим, и мы целуемся со всей интенсивной страстью, на которую я надеялась. К'тар быстро учится, потому что он перенимает поцелуй, и то, чего ему не хватает в изяществе, он восполняет энтузиазмом. Боже. Он целует меня так неистово, что я чувствую, как тело отвечает, а кхай урчит от удовольствия. При каждом прикосновении к моему рту мне кажется, что он снова лижет меня между бедер, и это невероятно сводит с ума. Я потеряла контроль над поцелуем, но не возражаю.
Когда мы наконец отрываемся друг от друга, во рту покалывает, и мы оба тяжело дышим. Он смотрит на меня и проводит большим пальцем по нижней губе.
— Пцлй.
Я ошеломленно киваю.
— Да, так и есть.
Хотя назвать то, что мы только что пережили, простым поцелуем кажется неадекватным. Хочется сделать больше, пока он полностью не отвлек меня. Я провожу рукой по его груди, а затем еще ниже, смело лаская член.
— Могу я поцеловать тебя здесь?
Глаза К'тара закрываются, и я слышу, как у него вырывается едва слышный стон.
— Это не «нет», — шепчу я и опускаюсь, становясь перед ним на колени, мои руки все еще на его члене. — На самом деле, это может быть «да».
— Да, — хрипло бормочет он.
Да, так и думала. Я испытываю сильное удовольствие от того контроля, который у меня есть прямо сейчас. Я та, кто стоит на коленях, но та, кто контролирует ситуацию. Это пьянящее, сильное чувство, и я понимаю, почему люди так любят быть главными. Его реакция на прикосновения делает все вдвойне приятным.
 
Я нежно обхватываю его мошонку, исследуя пальцами. Кожа мягкая и невероятно горячая. Когда я смотрю на его тело в тени, мне кажется, что оно приобретает тот же цвет, что и моя. Завораживающе. Он маскируется, потому что я прикасаюсь к нему, или потому, что пытается доставить мне удовольствие? В любом случае, мне нравится. Я обхватываю другой рукой его член по всей длине и сжимаю, изучая тело. Его член невероятно толстый. Не то чтобы у меня был большой опыт с членами (на самом деле, никакого), но просмотр порно не подготовил меня к размерам бойфренда-инопланетянина. Когда я сжимаю его, пальцы не полностью смыкаются вокруг, и длина больше, чем ожидалось.
Но все остальные люди, оказавшиеся здесь, блаженно счастливы и беременны, так что предполагаю, член инопланетянина большой в смысле «ура», а не в смысле «вот дерьмо». И с этим отростком сверху, я почти уверена, что он ударит меня по всем нужным точкам. Это… немного волнующе.
Ладно, сильно волнующе.
Но сначала моя очередь немного повеселиться. Я поднимаю взгляд и замечаю, что он смотрит на меня пристально и сосредоточено, как будто ничто другое в мире не имеет значения. Я улыбаюсь, а затем протягиваю руку и небрежно облизываю головку его члена. Я никогда раньше не делала минет, но есть вещи, которые ты просто знаешь в глубине души, и, думаю, я знаю, как подразнить.
— Л’рен, — выдыхает он, лаская мое лицо.
У нас в груди урчит, будто две газонокосилки едут рядом, и я удивлена, что никто не кричит с просьбами быть потише. С другой стороны, если мои крики несколько минут назад никого не разбудили, я предполагаю, что они притворяются, что не слышат. Меня это устраивает, потому что я не остановлюсь, пока не придет этот человек — инопланетянин.
Я знаю, что минет включает в себя сосание и поглаживание, поэтому пытаюсь найти лучший способ делать и то, и другое. Своими руками исследую длину, ощущая прикосновение к коже. Он обжигающе горячий, и слабый, пряный мускусный аромат наполняет мой нос. Мне нравится его запах, и не думаю, что я когда-либо раньше говорила такое о парнях. Возможно, это вошь, но мне все равно. Я просто знаю, что пока мне в нем нравится все. Я облизываю головку его члена, исследуя языком. Смакую предварительную сперму снова и снова. Хотя мне нравится вкус. У него толстый и гладкий ствол, но на верхушке члена есть твердый выступ, будто кожа там толще. Это необычно, и я почти уверена, что это не входит в стандартную комплектацию земного оборудования, но что это?
Думаю, у меня неплохо получается доставлять ему удовольствие. Звуки, которые издает К'тар, похожи на звуки мужчины, который вот-вот потеряет контроль, и его рука продолжает касаться моего лица, волос, везде, где он может. Он шепчет мне вещи, которые я даже не притворяюсь, что понимаю, все это время лаская его член ртом и руками.
— Л’рен, — тяжело дышит он и отстраняет меня от себя, когда я пытаюсь пососать головку члена. — Л’рен.
— Ты собираешься кончить? — шепчу я, беря его длину в руку и потираясь лицом, мне нравится прикасаться к нему и не имеет значения, как, просто это доставляет удовольствие. — Это то, что ты пытаешься сказать?
Он качает головой и отстраняется, и я чувствую напряжение в его теле. Он не хочет, чтобы я прикасалась к нему? Я снова тянусь. Если я могу кончить ему на лицо, он может кончить мне.
— К’тар, — бормочу я хриплым и мягким голосом. — Да.
К'тар закрывает глаза и мучительно стонет.
Я решаю взять инициативу в свои руки. Протягиваю руку и снова ласкаю его, легкими, трепещущими движениями двигая пальцами вверх и вниз по всей длине.