Отступник-3 (СИ)

Грузоподъёмность у него конечно скромная и лётная палуба отсутствует, однако под гондолой я приметил летающую лодку «Кёртисс», точно такую же, что врезалась в нас. Она подвешивалась на крюк и сейчас пираты как раз завершили её спуск на лебёдке и расцепили сцепное устройство. Биплан сначала ухнул вниз, но затем выровнялся и рубя воздух пропеллерами начал уверено набирать высоту.
— Они высадят досмотровую команду на верхнюю палубу? — поинтересовался я.
— К чему им ненужные риски, — возразил капитан. — Запросили посадку на нашу лётную палубу, мы уже открыли аппарель и готовы их принять. Послушайте, сеньор Горин, водород не любит шуток. Я конечно понимаю, что вы на вашем фрегате привыкли быть под защитой артефактов…
— Мы не всегда под защитой артефактов. Эдак Силы не напасёшься, и что такое пожарная безопасность я знаю не понаслышке. Но и сейчас мне деться некуда.
Вообще-то я врал. «Кокон» у нас всегда активен. Не вижу смысла экономить на безопасности, коль скоро могу себе это позволить. Мало ли акая случайность произойдёт, не хватало только лишиться корабля из-за неосторожного обращения с огнём.
— Вы можете улететь… — начал было капитан, явно имея ввиду самолёт-разведчик.
— Я лишён выбора, — оборвал его я. — У вас на борту женщина, которая мне дорога.
— И ради этого вы поставите под угрозу жизни более полутораста человек?
— Ради своих близких я могу вообще весь мир в труху стереть, сеньор Акунья. Так что, просто не мешайте мне, и всё будет в порядке.
Я вперил в капитана взгляд, явственно давая понять, что это не шутка. Бог весть, когда и как Анна успела стать мне настолько своей и родной, что я готов был ради неё рискнуть, но это случилось. Не мог я её оставить без защиты и всё тут.
— Фея, на лётную палубу, — приказал я.
— Приняла, — ответила она, извлекая из кобур револьвер и хауду.
Всё просто и предельно ясно. Коль скоро я использовал позывной, значит действовать следует как в бою.
— Топор, — вызвал я, уже выходя из ходовой рубки.
— Слушаю, Фёдор Максимович.
— Вылетели?
— Уже летим. Я поднял по тревоге отделение штурмовиков. Только когда мы ещё до вас доберёмся.
— Нормально всё будет. В крайнем случае возьмёте пирата на абордаж. Не станут же они нас убивать.
Вообще-то, ещё как станут. Во всяком случае, Настю наверняка. С одарёнными лучше вообще не связываться, если случилось пересечься, то валить нужно наглухо и никак иначе.
  
Глава 22
 
Лётная палуба по обыкновению встретила нас холодом и сквозняком, хотя и была открыта только задняя аппарель. Я невольно поёжился, похоже по настоящему ещё не отогрелся после недавнего приключения.
К моему удивлению, вдоль бортов выстроились две дюжины новеньких истребителей «Мева» польской постройки. Довольно старая модель, но всё ещё пользуется спросом в тех же странах Латинских Американских архипелагов. К слову, они теперь не совсем колонии Испании и Португалии, а скорее их доминионы. Заокеанские владения с довольно широкими правами и автономией.
К примеру, они имеют право на собственные вооружённые силы и даже порой воюют друг с другом, хотя и являются подданными одного сюзерена. Эдакое средневековье, с междусобойчиками, которые могут привести и к перекраиванию границ. Разумеется короли это не поощряют, но они не являются самодержцами, а потому для примирения сторон им приходится не столько полагаться на свои вооружённые силы, сколько прилагать усилия на политическом поприще.
Так вот, эти аэропланы не были авиагруппой «Милагрес», а являлись грузом. Сомнительно, что пираты положат на них глаз. Перегрузить их попросту некуда, бригантина не способна их принять. Можно конечно улететь оседлав сами машины, но расконсервация займёт слишком много времени, которого у разбойников попросту нет.
Капитан наверняка уже сообщил о нападении, так что действовать нужно быстро. Увести же судно с собой… Я уже говорил, что пираты в этом мире придерживаются определённых неписанных правил, а те кто им не следует, долго не живут. Так что, цель такого малыша как бриг «Молния» это ценности взятые с пассажиров, судовая касса и конечно же пассажиры, которых они посчитают достойной целью для получения выкупа.
 
А неплохо так на «Милагрес» с грузом. Две дюжины истребителей это не только хорошая прибыль, но и изрядный вес. У отсутствия на борту вооружения есть свои плюсы. Не приходится расходовать ограниченную грузоподъёмность на защиту, и за счёт этого увеличить объём перевозимого груза. Правда, хорошо это ровно до того момента, пока на горизонте появляются разбойники. Когда потенциальная прибыль может обойтись серьёзными потерями.
Сам-то груз застрахован, но репутационные потери не восполнить выплатами. В какой-то момент и страховщики и владельцы груза решают просто отказаться от услуг неудачливой судоходной компании, или частного судовладельца. Или же сама компания прощается с капитаном, притягивающим неприятности, а сам он получает чёрную метку. Абсурд и предрассудки? Вовсе нет. Хотя бы потому что именно этим руководствуются аборигены.
Особняком стоял двухместный «Чендлер», американский биплан, одноклассник русского «Воробья». Открытая кабина для пилота и наблюдателя, оборудованная только ветровым стеклом. Вполне достойный выбор на роль разведчика. А то, что отсутствует вооружение, так это нормально, ведь капитан придерживается принципа непротивления. Впрочем, об этом уже говорилось.
— Моя птичка готова, бак полный, можете взлетать. Покружите вокруг, а когда пираты уберутся, вернётесь, — подошёл к нам пилот-разведчик Карраско.
Ну что сказать, капитан Марио Акунья без дураков позаботился о том, чтобы максимально, насколько только это в его силах, оградить команду и пассажиров от опасности. Нам ведь и вправду достаточно взлететь, и покружить вокруг, пока разбойники не уберутся восвояси. Не летающей лодке гоняться за «Чендлером». Затем мы можем просто вернуться на борт.
Вот только я не смогу оставить в неизвестности Анну с сыном. Всем нам в этом самолётике нам попросту не поместиться, оставаться мне или Насте, глупо. Даже если получится спрятаться, вполне возможно, что нас попросту сдаст кто-нибудь из пассажиров, а тогда пираты просто так могут и не уйти, а я не готов безропотно задрать лапки. Словом, предложенный нам вариант, не вариант вовсе.
— А разве капитан вам ещё не сообщил, что мы не собираемся улетать? — склонив голову на бок, поинтересовался я.
— Н-нет, — растерянно ответил пилот.
— Не суть важно. Кто тут командует? — повысил я голос.
— Старший механик Сезар Редондо, — представился сухощавый мужчина среднего роста, одетый в рабочий комбинезон.
— Сеньор Редондо, уберите всех лишних с палубы и готовьтесь принять досмотровую команду.
— Отсюда конечно до баллонов с газом далековато, но я всё же…
— Просто делайте, что должны, сеньор Редондо, — оборвал его я.
— Но…
— Либо это сделаем мы с сеньоритой Анастасией, — кивнул я на подругу, при этом не сводя уверенного взгляда с механика.
— Как скажете, — механик отряхнул руки и махнув своим подчинённым направился к двери, ведущей на площадку шахты.
Пилот последовал за ними и мы с Настей остались одни. То же мне, напугали ежа голой задницей. Можно подумать, мы не знаем как нужно действовать на лётной палубе.
За штурвалом «Кёртиса» оказался хороший пилот. Он не просто совершил чистую посадку, но сделал это с непринуждённой лихостью. Молодец, что тут ещё сказать. Я даже где-то позавидовал тому, как он управляется с довольно неуклюжим аэропланом. Настя ему пожалуй в этом не уступит, а вот мне такое не под силу.
Пока я руководил посадкой, Бирюкова набросив на себя «Конструкт незначительности» или в просторечье «Морок», направилась к летающей лодке. Как и следовало ожидать, её никто не заметил и она беспрепятственно оказалась перед дверью, в момент её открытия.
Рассусоливать Фея не стала, и сразу врезала «Воздушным молотом», отбрасывая разбойников уже направившихся было на выход. Не давая им опомниться, она запрыгнула в грузовую кабину и атаковала «Рассеивателем». Есть у него один существенный недостаток — он действует только на тех, кто находится в поле прямой видимости. Любая преграда, даже в виде тонкой фанерной перегородки или даже прозрачного стекла, уже гарантирует безопасность. Вот и приходится ей рисковать идя на непосредственный контакт.