Отступник-3 (СИ)

— И тебя не смущает то, что я отступник?
— А у тебя был другой выход? Этот вывод следствия о бомбистах-социалистах чушь несусветная. Все понимают, что к устранению нашей семьи причастен дядюшка, а значит гниль внутри дома. Займи ты большекаменский стол и не протянул бы долго. Только глупец не поймёт, что ты решил пойти другим путём и смерть Брилёва лишнее тому подтверждение. Как и то, что ты за короткий срок обзавёлся своей командой, преданной лично тебе.
— Я не собираюсь воевать с дядюшкой, — и не думая откровенничать, ответил я.
— А у тебя нет другого выхода, Гриша. И ты это знаешь, — она накрыла своей ладошкой мою руку и виновато улыбнулась. — Ни свёкор ни муж не желают в это влезать. Не позволяют и мне. Но я сделаю всё, что в моих силах, можешь на меня рассчитывать.
— Кстати, а где Игорь Константинович? — решил я сменить тему разговора.
— Мы путешествуем инкогнито, но из-за неотложных дел, он был вынужден временно оставить нас и вновь присоединится в Каракасе.
— Понятно.
— Анастасия Ильинична, а это правда, что вы целительница? — обратилась Анна к моей подруге, явно желая познакомиться с ней получше.
— Да, это правда, — отпив глоток кофе, скромно ответила она.
— Вы отказали Брилёву в том, чтобы стать его ученицей и вместо этого убили его, за то, что он хотел убить Гришу?
— Фёдора, — поправил я.
Но Анна даже не посмотрела в мою сторону, не сводя взгляда с Насти.
— Ну-у, не то, чтобы из-за Фёдора Максимовича. Просто я на службе и должна защищать всех членов команды, как и каждый из них друг друга, в меру своих сил и способностей.
Звучало это как-то неубедительно, Настя заикалась, мычала и растерянно отводила взгляд в сторону. Сестра же, ну, а кто ещё-то, не сводила с неё лукавого взгляда, порой стреляя им и в меня. Да чего уж там, она откровенно забавлялась.
— Вы берегите его пожалуйста, — эдак двусмысленно произнесла Анна, теперь уже накрывая ладошкой руку новоявленной знакомой. — Он порой невыносим, ершистый и капризный как ребёнок, но это наносное, в душе Гриша… В смысле, Фёдор, ранимый и романтичный.
— Я не понял, Анна, ты меня сватаешь что ли? — вздёрнул я брови.
— Я? — искренне удивилась она. — А это действительно нужно? Да вы на себя посмотрите.
В этот момент через салон пробежала группа встревоженных матросов. Небывалое событие. В пассажирском салоне могут появляться только офицеры и стюарды, остальным членам экипажа сюда ход заказан.
— Та-а-ак, вечер перестаёт быть томным, — невольно поглаживая «Коловрат» и хауду на бёдрах, произнёс я.
— Ты думаешь это пираты? — видя мою реакцию, спросила Настя.
— Судя по тому, что мы не ощущаем никакого дискомфорта, а машины работают без перебоев, об аварии говорить не приходится. И тогда вариантов только два. Первый, на нас надвигается грозовой фронт, но тогда ты его почувствовала бы. И второй, джентльмены удачи.
— Ты собираешься драться? — удивилась Анна.
— Предлагаешь просто поднять ручки? — поднимаясь со стула, в свою очередь спросил я.
— Нападения на пассажирские лайнеры практически никогда не приводят к жертвам. Пираты берут заложников для получения выкупа и всегда дело решается миром, — попыталась меня вразумить сестра.
— Извини, но благодаря газетчикам моё лицо слишком хорошо известно, и, судя по реакции пассажиров, меня скорее всего опознают…
— Сеньор Горин, сеньор капитан просит вас и вашу спутницу сдать оружие и не оказывать сопротивление. Мы несём ответственность за пассажиров, — оборвал меня подошедший младший механик Лопес.
Его сопровождали четверо вооружённых матросов. Не сказать, что настрой у них решительный, всё же слава идёт впереди меня. Но заметно, что свой долг они выполнят до конца. И он не в том, чтобы устраивать бой на борту пассажирского лайнера, лишённого какой-либо защиты.
— Анна, мне интересно, о чём вы с мужем вообще думали, когда садились на «Милагрес»? — вздохнул я.
— Сеньор Горин… — вновь начал было Лопес.
Мне некогда было с ним разговаривать. Как не хотелось и испытывать судьбу, сидя на заднице ровно, в расчёте на авось. Поэтому я подал знак Насте и она ударила по этой пятёрке «Рассеивателем».
 
— Я правильно тебя поняла? — спросила Настя, когда они рухнули на палубу безвольными куклами.
— Абсолютно, — кивнул я, и тут же повысил голос. — Спокойно сеньоры и сеньориты, они живы, просто находятся без сознания. Как многие из вас уже догадались, я Владелец фрегата «Носорог» и приватир Русского царства Горин. Мы пройдём на мостик чтобы выяснить у сеньора капитана, суть его претензий к нам. И для этого нам не нужен конвой.
Я обвёл взглядом присутствующих, убедился в том, что героев нет и нам никто не собирается препятствовать, после чего кивнул Анне в знак прощания, и Насте, чтобы следовала за мной.
— Топор, — вызвал я, опускаясь по трапу на служебную палубу.
— Слушаю вас, Фёдор Максимович.
— Вы уже взлетели?
— Взлетаем.
— Нам с Анастасией Ильиничной скучно без приключений. Похоже появились пираты, капитан пытался нас разоружить. Сейчас направляемся на мостик, чтобы выяснить обстоятельства.
В ответ молчание. К гадалке не ходить парень сейчас костерит нас с Настей и нашу тягу к поиску приключений на пятую точку. В принципе прав. Ну что такого, полетели бы двумя бортами, держались бы порознь и отдыхали в своё удовольствие. Зато маловероятно, что в шквал не повезло бы сразу двум самолётам. И вообще, что плохого в том, чтобы отдыхать на особицу, но иметь помощь в шаговой доступности.
Остановить нас с Настей никто не пытался. Удивление на лицах встреченных конечно читалось, но только и того. Хотя я конечно и не подумал подпускать к себе хоть кого бы то ни было. Ну мало ли, вдруг найдётся какой умелый боец, да врежет так, что мы с подругой не успеем ничего предпринять.
Дверь в ходовую рубку перед нами так же никто запирать не стал, бесполезно же. Ну, а мы не спешили расслабляться. Оказавшись внутри, я жестом дал понять находящимся там, что слишком близко приближаться к нам не стоит. Зазевавшийся было матрос тут же отлетел в сторону, получив от Феи пинок «Воздушным молотом». Ударила она не в полную силу, так что тот даже сознание не потерял. Зато сразу всё встало на свои места.
— Сеньор Акунья, я попросил бы вас коротко обрисовать ситуацию, — сходу заговорил я, даже не думая о том, что попираю авторитет первого после бога.
Вот как-то без разницы, если этот надутый индюк решил отдать меня на растерзание бритам или французам. Я уже знаю, чем это всё закончится. Конечно есть шанс, что меня и не узнают, но судя по реакции пассажиров, это вряд ли. Я сейчас, что говорится, на пике популярности. К тому же, кто-то может просто выкупить себе свободу указав на более лакомый кусок. Ни к чему мне эти риски, коль скоро я могу и без «Носорога» огрызнуться так, что мало не покажется.
Капитан понял, что я не склонен к лишним разговорам, как и то, что пусть он и командует судном, сейчас тут распоряжаюсь я. Потому что за моей спиной маячит целительница, а впереди нас идёт слава непревзойдённых бойцов и охотников на пиратов.
Разумеется он не робкого десятка. Но ты поди прояви характер и полезь в драку, когда на тебе ответственность за сотню пассажиров и членов экипажа, а на борту огонь можно разводить строго в отведённых и оборудованных для этого местах. О том, чтобы затевать перестрелку, нечего и мечтать.
— Пиратская бригантина «Молния» требует принять на борт досмотровую команду, — указав в сторону окна слева, начал пояснять капитан. — Сопротивляться ему мы не можем, у нас на борту из артефактов только «Облегчитель». Им не потребуется даже пускать ракету, достаточно нескольких попаданий гранатами из револьверной пушки, чтобы мы превратились в огромный костёр.
— Я согласился бы с вами, не будь на борту нас с Анастасией Ильиничной, — подходя к окну и глядя на идущий параллельным курсом дирижабль, произнёс я.
Ну что сказать, типичное малотоннажное гражданское судно грузоподъёмностью порядка шестисот пудов, раз в пять меньше моего «Носорога». На артиллерийской палубе я рассмотрел пару картечниц, револьверную пушку и установку на четыре направляющие ракеты большого калибра. Наличие вооружения указывает на то, что на его борту имеется полный комплект артефактов.