Рис Инари (СИ)

Я почувствовала, что уже не лежу на мягком мху, а иду по воде. Получается, у меня нет рук, а холод и воду я чувствую? Впрочем, я читала, что когда пересекаешь грань, всегда есть переход по воде. И река мертвых Стикс, и река Смородина. Через реку Смородину еще мост был? Калинов? Кажется, да. Еще Харон возил туда-сюда на своей лодчонке? Что у меня в голове? Но просто реально интересно: это какая река, через которую я бреду? Название у нее есть? И где она находится?
И тут вдруг я вывалилась из серого тумана снова в лес. Так я все же в лесу? Тело по-прежнему видно не было, только эта серая муть вместо тела. Эх… Ручки мои, ножки, животик… Ну и прочая. Не ценим мы, когда у нас есть на что сесть, плюхнуться, приземлиться… А когда нету, то и понимаешь, что совсем бы не отказалась от привычной для тебя, любимой пятой точки, на которую так весело находить приключения.
Так! Анна Павловна! Не о том ты думаешь. Ишь, нашла, о чем сокрушаться! Выбираться отсюда надо!
Прямо передо мной было два дерева, а уже за ними пресловутый свет. Деревья были большие, могучие, а между стволами совершенно точно был проем. Переход? На другой уровень? В другой лес? В другую систему координат? Да не все ли равно? Лес мне уже порядком надоел, да и с грибами не везет, и я рванула изо всех сил вперед.
Там за аркой из деревьев меня ждал… Нет, совсем не свет в конце туннеля. Меня ждала следующая арка.
Я знаю, помню такие арки. Большая такая буква «П» стоит себе. А за ней гора и огромный диск Луны над ней, низко лежащей, как будто утопающий в арке. Или Арка его поддерживает?
Я быстро рванула дальше. Там же гора? А за горою темный лес полный сказочных чудес? Ну, значит нам туда дорога…
Только за этой П-образной аркой оказалась следующая, а потом еще одна и еще. И вот уже для меня эти арки слились в один длинный извилистый коридор, по которому я неслась, как угорелая, в надежде выбраться уже из этого лабиринта. Кажется, лабиринт тоже один из признаков перехода за грань?
Как же называются эти арки? Кажется, Тории? Их еще перед входом в синтоистские святилища ставят? Впрочем, я не помню. Мало как-то интересовалась этой темой. Да и в Японии, Китае или Корее, я тоже ни разу не была. Не пришлось, да и не слишком-то хотелось. Европа была ближе, проще и понятнее.
Внезапно нескончаемая анфилада арок закончилась, и я с размаху выпала на мягкую зеленую траву. А потом над моей головой послышался взволнованный девчачий голос:
— Аика, не умирай! Ты не можешь умереть! Что же ты натворила, Аика?
  
Глава 1. Японская пословица: Пировать приходят чужие, горевать — свои
 
День последний в году,
как последний день своей жизни,
я вчера провожал —
но сегодня уже встречаю
день начальный нового года!
Автор Фудзивара-но Тосинари — японский поэт, аристократ, составил антологию «Сэндзайсю» «Разные песни». X век.
***
— Аика! — настойчиво звал голос, и кто-то встряхивал меня за плечо.
Это меня? Сегодня с утра я была Анной Павловной. Хорошо сходила за грибочками, ничего не скажешь! Что за «Аика»? Это что-то кошачье, собачье, лягушачье или кроличье?
Пошевелиться я не могла, но зато с радостью осознала, что мне есть чем шевелить! У меня точно есть руки, ноги и задни… Ну, вы поняли. Все у меня есть, только вот управлять я этим не могу. Даже глаза закрыть не могу и пялюсь в зеленую траву.
Меня перевернули, и я увидела склоненное надо мной личико совсем молоденькой девочки, хотя скорее девушки все же. Крупные прозрачные слезы лились из ее красивых глаз, делая их еще больше. Хм… а про кошку-то я почти угадала. На голове девушки были премиленькие такие розовые пушистые ушки. Ага, вот прямо как у кошечки.
Бесячий цвет. Вот никогда не любила розовый. Но у меня были сыновья, а потом внуки — тоже мальчики, и никто не просил розовых единорогов. Но вот у этой девчушки было розовым все. И волосы, и ушки, и одежда. Это какой-то дурацкий розыгрыш? Или она в фестивале участвует? Карнавал? Иначе, зачем ей вот это?
 
Хотя мужчинам наверняка нравиться. А может это ролевые игры такие? Ну, каждому своё… Я вот вообще очень спокойно отношусь ко всему такому, но только если это происходит за закрытыми дверьми спальни. Вот там можете играть и в кошечек, и в зайчиков, да хоть в енотов! Можете вообще весь зоопарк пере… перебрать, а мне вот демонстрировать все это не нужно — «Я старый солдат и не знаю слов любви!».
— Аика! Ты такой выброс энергии устроила, что сюда сейчас все собаки долины прибегут! Мы влипнем, Аика! — продолжало причитать надо мной розовое чудо, но при этом хоть плакать перестало, — Но, с другой стороны, ты выжила. А это уже не плохо. Так. Я попробую тебя перетащить. Может получиться?
И она, схватив меня за одну руку, поволокла по зеленой траве. Нда, Аня. Со стороны это наверняка смотрится презабавно. Как будто маленькая девочка тащит за одну лапу мишку по земле. Ну, в моем случае всё же, — сломанную куклу.
Я при этом продолжала пялится в небо. Только его мне и было видно, ну еще и ветки деревьев. И вот что поразительно: ни тебе хвойников, ни тебе милых сердцу березок. Деревья были большими, пестрыми, усыпанными цветами и плодами всех форм и расцветок. Это куда же меня занесло-то?
Вскоре я обнаружила, что могу моргать и двигать глазами. Уже не плохо! Я скосила глаза вниз и, если бы могла, то заорала бы в голос. Но губы не шевелились, и я, кажется, и дышала через раз. Поэтому дикого крика не получилось.
Я была почти точной копией шедшей впереди девушки. Розовая кошечка. Уши мне видно не было, но я смогла рассмотреть довольно длинные разметавшиеся розовые волосы. А еще был виден длинный хвост, волочащийся по земле, на конце хвоста розовая шерсть сменялась на белую. Так…. Я не кошка, а розовая лиса?! Ужас какой!!! Это ж надо было меня так угораздить! Так, Аня, дыши глубже. Хотя, учитывая мой частичный паралич, это вряд ли получиться. Но успокоиться не помешает.
И нужно постараться найти плюсы.
И я снова скосила вниз глаза. Я совершенно точно маленькая и симпатичная, с тонкой талией, длинными ногами и высокой грудью. Длинное платье розового цвета было с большими разрезами, и я смогла рассмотреть и ножки, и маленькие ступни. Я определенно обладательница молодого, почти совершенного тела. Если и личико под стать телу, то можно смириться и с ушами, и с, прости Господи, хвостом...
Я наверняка угодила не просто так в это тело. Мне было совершенно точно понятно, что в моем мире я умерла. Уж не знаю, как так получилось, ведь я была еще не старой и крепкой. Но как говориться, — человек смертен. Плохо, что порой он внезапно смертен, но ничего тут не попишешь. Аннушка на поляне масло разлила? Или «ведьмин лес» постарался? Но будем исходить из того что имеем. У меня новое молодое тело и это определенно плюс. Нужно постараться выжить и разобраться что к чему.
Разумеется, я читала книги про «попаданок» и примерно представляла себе, что со мной произошло. Поэтому заканчиваем истерить и берем себя в руки. Нужно пошевелить старыми мозгами и научиться пользоваться новым телом.
— Фух, Аика. Ты тяжелая, — выдохнуло розовое чудо, и уселось на траву рядом со мной.
Я попробовала пошевелить конечностями. У меня даже немного получилось. Я смогла моргнуть и двинуть рукой. Правда движение больше походило на судорогу, но я обрадовалась и этому. Дело движется.
— Тебе лучше? И глотать можешь? — с надеждой посмотрела на меня розовая девушка.
Я несколько раз моргнула, понадеявшись, что это примут за положительный ответ, и мне снова повезло.
— Давай я попробую в тебя отвар влить? Вдруг поможет? Я тебя не дотащу до дома. А скоро темнеть начнет. Да и собаки уже наверняка бегут. Хорошо, что учителя нет. А то бы нам точно несдобровать. А так может, не поймают? — она говорила и осторожно, по капельке, вливала мне в рот безвкусное пойло из пузатой фляжки.