Рис Инари (СИ)

  
Час Кицунэ. Рис Инари
   
Пролог. Японская пословица: Даже путь в тысячу ри начинается с одного шага
 
Середина ночи...
Брошена на льду, чернеет
Старая лодчонка.
Автор Такараи Эномото Кикаку — японский поэт школы Басё, был одним из наиболее влиятельных поэтов своего времени. XVII век.
Перевод: В.Н. Маркова
***
Больше всего я люблю осень. Но только не прозаичную осень с дождями и слякотью. А осень «Болдинскую», вдохновенное время года с красно-золотой листвой, грибами и тишиной.
Как же я люблю осеннюю тишину, когда дачники разъехались, потому что детям пора в школу, позакрывали свои дома, и в поселке воцаряется благословенное безмолвие. Люблю хрустальные холодные утра и тревожащий крик журавлей. Люблю осенний лес, наслаждаюсь его неповторимым духом, который наполняет грудь терпкой прохладой и умиротворением.
И я люблю собирать грибы, кстати, есть их при этом люблю не очень. Но сбор грибов, эта «тихая охота», меня всегда привлекала до невозможности. Поэтому я, когда дела позволяли, хватала корзину и отправлялась в лес за грибами.
Официальных мужей в моей жизни не было. Как-то не стремилась я поставить штамп в паспорте. Зато двое взрослых сыновей, которые жили в городе, подарили мне замечательных внуков, регулярно приезжающих к бабушке на летние каникулы.
Работа у меня всю жизнь была хлопотная и нервная. Я бегала, суетилась и кому-то что-то доказывала в большом, громком и беспокойном Городе. И только сейчас поняла: жизнь у меня одна! И я не должна никому ничего доказывать. Если только самой себе.
Поэтому теперь я тружусь в сельской школе — учительницей. При этом не постоянной учительницей, а на замене. Когда кто-то заболеет, меня просят провести уроки.
Сельские школы учителями не богаты. А у меня, так уж случилось, имелся диплом на право педагогической деятельности. Был один период в моей жизни, когда мне предложили поучиться в вузе всего два года, зато потом можно будет кому-то что-то преподавать. Кому? Что? Мне тогда было не важно, но лишний диплом ведь хлеба не просит, правда? И кто же знал, что когда я решу поселиться в глуши, именно он и станет востребованным?
Я заменяла и английский, и историю, и даже математику. Правда, математику все больше в начальной школе. Деньги платили не очень большие, но мне была важна эта работа. Сыновья помогали материально, да и много ли нужно одинокой женщине в сельской глуши? Ресторанов у нас нет, да и наш магазинчик на модный бутик совсем не похож.
Сейчас самое начало осени, — учителя еще не успели разболеться или устать и стояли твердо на своем посту. Поэтому я, совершенно довольная тишиной и покоем, отправилась в будний день в лес. На выходных обязательно приедут грибники и наши, и заезжие, но сейчас мне казалось, что лес принадлежит мне одной.
Уже подходя к лесу, заметила Сеньку Перевертова. Таааак! И почему этот пострелёнок не в школе? А в высоких, явно отцовских сапогах? И с удочками?
— Сеня! — грозно сказала я.
— Ну, Анна Павловна! Ну, я болею! — заныл пацан.
— Всё родителям расскажу! Болеет он! Сентябрь только начался, а ты уже прогуливаешь?
— Ну, Анна Павловна — снова поныл он мое имя.
Ух, … вот пойти бы да самой в школу его отвести, как раз успеем ко второму уроку, но я только вздохнула и грозно возвестила:
— Завтра в школу! Я проверю!
Пацан, жутко довольный, что так легко отделался, рванул в сторону речки. На рыбалку собрался. А у меня вон лес впереди. И я, вздохнув с облегчением, двинулась вперед.
Я шла привычными тропками и удивлялась тому, что на знакомых мне грибных местах я сегодня ничего не нахожу. Не то чтобы это была большая проблема. Как я уже говорила, чистить грибы и потом есть я не большая охотница. Но все же это почему-то удивляло.
В руках была моя счастливая круглая корзина. Я никогда не понимала грибников, что ходили в лес с ведрами или, упаси Господь, с пакетами. Не такое уж и дорогое удовольствие корзина. А зато сколько впечатлений! Хотя, может быть это только для меня, потому что для меня главное процесс, а не результат. Зато можно вообразить себе всякое и назвать корзину ласково — «лукошко». И сразу же столько мыслей в голове промелькнет.
 
Незаметно я забралась довольно далеко в лес, и уже планировала повернуть назад, как тут мое внимание привлекла странная картина.
В своей жизни многие не раз видели так называемый «пьяный лес». Наверняка вы встречали в лесу деревья, стоящие или в одиночку, но чаще группами, чьи стволы были очень причудливо изогнуты, неестественно выгнуты и скрючены. Именно такие деревья и получили название в народе «пьяные». А ученые объясняли такое явление сразу несколькими факторами: и сильными ветрами, и снегопадами, и даже вредителями, которые съедают и уродуют маленькие деревца в начале их роста.
Но народная молва суеверно приписывает пьяному лесу много мистического и сверхъестественного.
Вот и у нас в деревне это место старательно называли «ведьмин лес», хотя и лесом-то это назвать было нельзя. Так стоит группа «товарищей». Деревьев не более десятка. Какой же это лес?
Сейчас меня удивило совсем другое: перед скрюченными исполинами стояли березки и почти все они сейчас «кланялись». Такое тоже в природе бывает. Береза растёт очень быстро и зимой под тяжестью обильных русских снегопадов наклоняется. А весной распрямиться у молоденького деревца, зачастую сил нет. Потом появляется листва, и береза иногда склоняется еще ниже, касаясь верхушкой земли, образуя вот такие «арки». Но я была тут совсем недавно и точно знаю, что эти березки не «кланялись» ещё на прошлой неделе. Сильных ветров не было. Так что же случилось?
Я подошла ближе и вдруг увидела еще одну странность. Лисички? У нас в сентябре?
Да, я согласна, что эти ярко-жёлтенькие грибы можно найти и в более позднее время года, но в нашем лесу они с приходом осени обычно пропадают. Не растут они у нас тут осенью, только летом.
Ну…Выбирать не приходится. Я прошла под первой наклонённой «аркой» березы к грибочкам, которые пока единственные встретились на моем пути сегодня. Но стоило мне пройти под первой аркой, как голова моя закружилась. Что это? Давление подскочило? Так нет же. Я мерила перед походом в лес давление, и все было благополучно. Я сделала еще один шаг, и тут все перед моим взором закружилось в необычном танце. Перед глазами мелькали и скрюченные «ведьмины деревья», и белые стволы берез, и грибы. При этом лисички были почему-то присыпаны снегом. Снег? А он-то откуда?
Я потянулась за телефоном и включила его. Дело плохо. Нужно отправить сыновьям мое местоположение на всякий случай и позвонить старшему сыну.
И я, смотря в телефон, сделала по инерции еще один шаг вперед.
Тут ноги меня окончательно отказались слушаться, и я упала на мягкий мох. Моё лицо оказалось прямо перед лисичками, что так призывно меня манили.
Что это? Я отличаюсь крепким для своего возраста здоровьем. У меня нет болячек, да и гипертония беспокоила в легкой форме. Так что это? Я судорожно нажимала на телефон. Нужно позвонить. Вызвать помощь. Умирать совсем не хотелось, да еще и так глупо.
Но руки мне тоже отказывались подчиняться. Пальцы потеряли чувствительность, и я стала проваливаться в серый туман.
Как же нелепо всё получилось…. 
Что я там должна сейчас увидеть? Как жизнь проноситься у меня перед глазами? Цветное кино? Мне сойдет и черно-белое! Нестареющее ретро.
Ничего передо мной проноситься не хотело. Жаль… А то я уже собиралась весело посмеяться. Все же в моей жизни было много хорошего, веселого и яркого.
Серый туман и все…. Ни тебя красочных картинок, ни тебе осознания… Чего? А кто его знает, что я должна сейчас осознать!?
И тут вдруг стало мокро и холодно. Я по-прежнему была в сером тумане, и когда попыталась вытянуть руку, поняла, что мне не видно совершенно ничегошеньки. Это как?