Голубая свастика (СИ)

Карл доложил, что сделал все, как и было велено: мумию он спрятал, порядок навел, а Сара вымыла весь подвал самым тщательным образом. Стефан не знал еще, для чего могла сгодиться эта мумия, но выбрасывать было жаль, ведь он понимал, что это исключительное и редкое явление.
— Как ты думаешь, почему он усох? — поинтересовался он у Карла.
— Я полагаю, что в подвале создан особый микроклимат, чтобы продукты не портились, — предположил Карл. — Можно попробовать оставить там кусок свежего мяса и посмотреть, что с ним будет. По идее, он должен не протухнуть, а начать вялиться.
  
— Хорошая мысль, да только где бы взять его, этот кусок свежего мяса? Не от себя же отрезать! — с досадой сказал Стефан. — Ладно, попробую договориться на кухне. Спасибо, Карл.
Покончив со всеми делами, он вошел в свою спальню. Равиль, умница, как и было приказано, лежал под одеялом, натянув его до самых глаз. Однако книга на тумбочке лежала не так, как Стефан ее оставил, значит, парень снова брал ее и читал.
Улыбаясь, мужчина присел на край кровати, протянул руку и погладил Равиля по бритой голове.
— Ты опять брал мою книжку? — ласково спросил он.
— Извините, господин офицер, я только посмотрел, — ответил тот, испуганно сжавшись под одеялом.
— Посмотрел? — дружелюбно усмехнулся Стефан. — А кто тебе разрешал? Будешь за это наказан. Сегодня мне лень, но завтра я тебя выпорю. И знаешь, что я тебе скажу? Если ты будешь снова сопротивляться, драться или орать, я отправлю тебя назад, в подвал. Раз тебе не нравится спать со мной, будешь делать это с нашим новым милым другом, с тем, что живет там, под кроватью. Ты меня понял? Понял или нет?!
Равиль судорожно кивнул, вцепившись в одеяло так, что пальцы побелели.
— Надеюсь, ты полностью голенький, как я и приказал?
— Да, — тихо отозвался юноша. — Господин офицер, можно всего лишь один вопрос?
— Давай, — благодушно махнул рукой Стефан.
Он раздевался и вешал свою форму в шкаф, постепенно обнажаясь на глазах у парня, пока не остался полностью голым. Глядя на него, Равиль совсем забыл, о чем желал спросить.
— Что хотел-то? — напомнил Стефан.
— Ребекка! Она мне ответила? Вы принесли письмо?
— Да, она ответила. Но письмо ее ты прочитаешь только завтра и при условии, что будешь хорошо себя вести, и мне с тобой понравится. Если же что-то пойдет не так, я его сожгу, и никакой переписки больше никогда не будет!
Стефан занавесил шторы и выключил свет, создавая интимное затемнение. Как всегда, к вечеру он уже устал и неважно себя чувствовал. Где те былые дни, когда он, в возрасте Равиля, летал, словно на крыльях, не спал, не ел, но был неутомим, и у него никогда ничего не болело? Все так быстро и неожиданно прошло.
Откинув край одеяла, Стефан лег в нагретую парнем постель. Тот резко отодвинулся как можно дальше от него, вжавшись в стену.
— Куда?! — прикрикнул на него мужчина. — Ляг ближе.
И вот его руки скользнули по худой спине юноши, он прижал его к себе всего, а потом перевернул на спину, навалившись сверху всей тяжестью своего тела. Равиль был словно деревянный, он больно уперся мужчине кулаками в плечи, как бы не отталкивая, но придерживаясь на некотором расстоянии. Впрочем, Стефан не сомневался, что без труда сломит это слабое сопротивление.
Немец просунул ногу между бедрами юноши и, приподнявшись, накрыл рукой промежность парня, сильно сжав ладонью его член и мошонку. Яички парня оказались твердыми и налитыми спермой. Еще бы — в последние дни юноша хорошо питался и ровным счетом ничего не делал. Равиль слабо вскрикнул и поспешно сжал зубы. Крик его постепенно перешел в глухой стон. Он старался не шуметь, чтобы лишний раз не рассердить немца.
Стефан довольно мурлыкнул и стал грубо растирать промежность парня, теребить его вялый орган, играя и причиняя боль. Тот тихо стонал, терпел, как мог, отвернув лицо в сторону. Мужчина достал из-под подушки заветный тюбик с вазелином, смазал пару пальцев и бесцеремонно вкрутил их парню в зад. Тело Равиля напряглось, как струна, он вздрогнул так, что чуть не сбросил мужчину с себя, но Стефан вновь вдавил его в матрас, подчиняя и ломая его волю.
— Ничего, мой маленький, потерпи, — прошептал он.
Работая пальцами в дырке у парня, Стефан легко покусывал его лицо, шею и плечи. Вообще, он обожал кусаться, конечно, не до крови, но так, чтобы было ощутимо. Сейчас же он опасался кусать сильнее, боясь, что парень не выдержит и заорет, перепугав всех слуг. Ему и так причиняла значительную боль рука, которая его жестоко насиловала, и он вертел головой, стараясь уклониться от губ мужчины, крутил своей попкой, чтобы избавиться от пальцев, постепенно и настырно проникавших все глубже и глубже.
Неожиданно Стефан вытащил пальцы из задницы юноши, но лишь затем, чтобы добавить еще немного вазелина и вставить сразу три. Равиль охнул и разошелся, стал бить ногами по кровати и выгибаться в надежде вырваться.
— Ах, не надо, хватит! — простонал он. — Очень больно!
— Хватит? — изумился Стефан. — Так я еще и не начинал, миленький! Ты бы расслабил свою дырку, тогда бы сразу стало легче!
Равиль пренебрег этим советом. Он был просто не в состоянии расслабиться в мощных руках, которые мяли его тело и безжалостно орудовали в анусе. Стефан то толкался пальцами в самую глубину, то шевелил ими в кишке, растягивая ее во всех направлениях. Равиль под ним ритмично бился, а получалось, что даже подмахивал, и немца это забавляло.
Вдруг мужчина вновь вытащил руку и даже сел на постели, а Равиль получил возможность отдышаться. Неужели это все?..
— Ложись на живот! — приказал офицер.
— Будь ты проклят! — неожиданно выкрикнул Равиль через плечо дрожащим голосом, а в его глазах закипали слезы.
— Я, может, и буду проклят, но и ты вместе со мной, — сквозь зубы процедил Стефан. — Пожалеешь потом, что так сказал!
— Ты меня не запугаешь! — продолжал Равиль. — Я лег с тобой, чтобы была жива моя сестра!
— Заткнись, а то по зубам получишь, — беззлобно ответил Стефан.
Сейчас ему совершенно не хотелось вести никакие разговоры. Он понимал, к чему вел Равиль. Парень стал нарочно злить его, полагая, что избитым лучше быть, чем изнасилованным. Стефан решил не вестись на подобные провокации, а завтра же хорошенько отлупить ремнем этого юного и наглого негодяя.
Он расположился позади парня, приподнял его бедра, и еще немного промассировал пальцами вход в его попку. Тот тихонько завывал, уткнувшись лицом в подушку, бедра его ритмично вздрагивали в такт толчкам.
— Будешь вырываться — начну душить, — предупредил офицер, взяв его за шею.
Равиль тут же несколько обмяк. Он отлично помнил железные пальцы, сдавившие ему горло, когда они были в подвале, поэтому обреченно приготовился принять неизбежное зло, которое собирался причинить ему этот гад.
Стефан слегка надавил ему на кадык и одновременно с одного мощного толчка вбил ему свой член в анус примерно на треть всей длины. Чего и стоило ожидать — парень взвыл.
— Тихо! — Стефан яростно ударил его ладонью по голове и сжал пальцы на шее юноши еще сильнее.
Стон перешел в хрип, а когда Стефан несколько ослабил руку, то в жалобные всхлипывания. Пристроившись более удобно, мужчина стал осторожно и медленно двигаться, с каждым разом проникая глубже и глубже. До боли в зубах хотелось вбить в него весь свой член под самый корень, однако приходилось сдерживаться. Стефан не хотел, чтобы мальчишка его всерьез разболелся.
— Тебе нравится ощущать мой член у себя в попке? — спрашивал он, продолжая насиловать парня. — Ты чувствуешь, как ее распирает? Отвечай, собака!
— Нет…
Только на этот ответ его и хватило. Он уже не мог ни дышать, ни говорить, ни думать от адской боли, которая терзала его в самом нежном и интимном месте. Стефан задыхался в титанических попытках сдержать ритм. Медленный толчок, еще, еще, еще, еще, сейчас, вот уже скоро, да!.. Он вцепился парню в тугую ягодицу, а тот опять рванулся, вцепившись зубами в подушку. И все.