Архитектор теней (СИ)

Ну всё, твари, кто бы вы ни были, для вас это станет самым плохим днём в жизни. Пакостить в своём доме я никому не позволю.
Громко звякнул стилет.
— Грыша! Стой! — послышался знакомый гундосый голосок. — Зуб, волоса, Атас!
Сзади подошли Игнат с Мишей и направили фонари на сморщившихся от света лилипутов.
Один из них, среднего роста коротышка, вышел вперёд и развёл руками.
— Мая не знал, что Грыша живёт тухлый сквырл. Не хотел убывать. Мы прышли за памащь. Челубек добрый — нам памагать, — на ломанном русском проговорил маленький парламентёр. В нём я узнал того самого Атаса, чей амулет до сих пор ношу на шее.
Не такой представлялась наша встреча, после тех памятных событий. Как они вообще сюда попали? И какой помощи ждут?
— А с этими что? — кивнул я на покалеченных охранников.
— Тухлый челубек крычать… — Атас кивнул на Тютюлина.
— Я не тухлый! Я гуль! — перебил тот.
Парламентёр зашипел, демонстрируя ряд маленьких, но острых зубов.
— Малчи! Ты крычать — много тухлый челубек на нас напасть. Но мы хорошо Грыша делать. Пещер суха, вада ушла.
Я протёр взмокший лоб. Хоть из дома не выходи. За воду, конечно, спасибо, но не таким вот способом. Ладно, разберёмся.
— Ты, — ткнул я в Тютюлина. — Тащи Хрустика вниз. В подвал. Быстро! Игнат и Миша, на вас охранники, а вы… — развернулся к лилипутам, — собирайте всё, что здесь нарубили, и тоже в подвал.
Троих новых зомби я отправил патрулировать снаружи. Не хватало, чтоб ещё кто-нибудь пожаловал.
Никто из присутствующих даже не посмел мне перечить. Все как муравьи забегали в свете разгоревшегося камина и сверкающего посоха главного коротышки.
Тот, кстати, больше раздавал указания, чем помогал таскать. Не удивительно, с таким-то пузом. Странно, что он вообще может ходить. И говорил он тоже неплохо. По крайней мере, мне было понятно, что маленький король выкрикивал своим подчинённым.
Я сбежал вниз по ступеням, вслед за Тютюлиным.
Подвал и в самом деле был осушен, только как это смогли сделать шесть малявок, рост которых не превышал полуметра, мне было непонятно. Вернее, я знал, что это какая-то магия, но глаза всё равно отказывались верить в увиденное. Все стены переливались голубым свечением, сквозь которое не могла проникнуть вода.
Теперь, когда вокруг больше не было мутной жижи, я смог получше рассмотреть свою будущую мастерскую.
В центре главного зала возвышался каменный алтарь. Середина его была притоплена, а по краю проходила глубокая борозда, с обеих сторон уходящая в подобие каменной ванны. На таком можно спокойно разместить тело крупного человека, и похоже, что раньше здесь это уже делали.
Я мысленно улыбнулся. Пока мне всё нравится, но вопросов от этого меньше не становилось. Память Гриши тоже ничего не прояснила.
Вдоль глухих стен, там где не было проходов в другие помещения, стояли книжные полки. В дальнем углу — сгнивший комод. Пол застлан обрывками расползшихся от сырости книг. По бокам от алтаря — треноги с чашами.
— Ложи сюда! Сам в сторону и наблюдай! Остальные на выход!
Только когда мы остались вдвоём, а справа от алтаря образовалась стопка тел, я позволил себе немного выдохнуть. Люблю сначала навести шороха, а потом с улыбкой наблюдать, как все вокруг бегают.
В некромантии нет нужды в спешке. В том смысле, что перед тобой не лежит истекающий кровью человек, которому требуется скорая помощь и на кону каждая секунда. В отличии от традиционной медицины, при восстановлении нежити главное — исполнение, а не время.
Зомби не умрёт, если ему отрубить ноги, он просто станет медленнее и будет ограничен тяжестью своих повреждений. Другое дело — мозг! Все эти нервные окончания важны. Без них циркулирование некротической энергии невозможно. Так что, теперь у меня на двоих работников стало меньше. Восстанавливать мириады тончайших соединений бессмысленно и отнимает много времени. К тому же, их тела пригодятся для других типов нежити.
— С ним всё будет в порядке? Он оживёт? — Николай не выдержал и подошёл к импровизированному столу, выглядывая из-за моего плеча.
  
Хрустик получил множественные порезы, лишился правой руки, глаза и кончика уха. Не самые страшные ранения в схватке против шести противников.
А вот почти отсечённая голова — это проблема. Потоки некротической энергии больше не текут по нервам, и с ними придется немного попотеть.
Хрустик был моим первым, по-настоящему успешным, проектом, и мне не хотелось избавляться от него. Тем более, Игнат и Коля испытывают к нему тёплые чувства. Впрочем, как и я. Такой привязанностью к кому-либо раньше я никогда не страдал. Не знаю, что со мной происходит.
— Коля, он — нежить! И ты тоже. Тебе нужно перестать мыслить как человек, — терпеливо пояснил я. — Самое главное в этом деле — энергия, которой ты оперируешь. Почувствуй её.
Энергия Минерала и вправду клубилась вокруг нас. Её течения пронизывали каждый уголок этого места, напитывая его своей силой. Ещё она слушалась меня. Мягко ложилась в руку и делала то, что я ей приказывал.
Интересно, насколько Минерал уже вырос? И какие от его роста есть преимущества? За исключением объёма прогоняемой через него энергии. В Бастионе был Обелиск Силы. Это такой же Минерал? В моём мире маги черпали энергию из Сигилов — остатков древней цивилизации.
Пока только одни вопросы, и все без ответов.
Тютюлин закрыл глаза и задрал голову.
— Ничего не чувствую, — расстроился он.
— Это нормально. Попробуй представить. Какой у неё цвет? Форма? Как быстро она течёт? Почувствуй её своим ядром.
Через несколько минут мой помощник вздрогнул. Он стоял и водил руками, будто мутит в реке воду.
— Кажется, получается. Она, как туман. И влажная на ощупь.
— Молодец, теперь попробуй преобразить её в некротическую. Слушай ядро. Оно подскажет, что именно ему нужно.
В этот раз мой разумный гуль надолго выпал из реальности. Минут через двадцать он наконец взмахнул руками и шумно выдохнул. За это время я успел срастить конечности троим оставшимся зомби-охранникам и приказал им сложить останки своих товарищей в угол, чтобы я запечатал их плоть от разложения. Пока времени заниматься ими не было.
Только когда работа была закончена, я обратил внимание, что у одного из зомби обе ноги оказались правыми, и при ходьбе его тянет немного в сторону. Ну что ж, сам виноват. Надо было хотя бы махнуть рукой, мол, хозяин, это не моя нога.
— Да! Оно наполняется!
— А теперь открой глаза и представь, что сращиваешь эту рану, — я взял руку Николая и положил её поверх груди Хрустика. — Думай, как восстанавливаются нервные окончания — это такие тонкие нити, охватывающие всё тело. Как по ним медленно растекается энергия. Когда закончишь, переключись на кожный покров. Представь, что ты портной, который правит прохудившуюся рубаху. Стежок за стежком, пока дыра не исчезнет.
Глубокий порез на груди Хрустика затягивался на глазах. Через секунду всё было закончено, и я ободряюще улыбнулся.
— Вот, у тебя получилось! Теперь ещё раз, но только с его ногой.
На самом деле, почти весь процесс восстановления происходил за счёт моих усилий, у Коли пока получалось плохо, но мне нужно было показать ему, как это работает и на что обращать внимание.
Я вообще тренировался на мышах, и иногда из них получались совсем не мыши.
Ничего, научится. В некромантии главное скрупулёзность и усидчивость.
Через десять минут с Хрустиком было покончено, правда, пришлось повозиться с его шеей и глазом. Всё же, отсутствие должной практики сказывается на результате. Я уже начал терять хватку, стоит больше уделять внимания своему ремеслу.
По итогу, просидев в подвале больше часа, я подлатал всех зомби-охранников и научил Николая чувствовать энергию и трансформировать её в необходимую для него. Для первого занятия неплохо.
Я отправил Николая наверх, а сам заглянул в комнату с Минералом.
За сутки он вымахал почти в два раза и сейчас занимал полностью весь угол. Быстро. Подозреваю, что скоро процесс роста замедлится и не будет таким интенсивным. Тем более, воды здесь теперь совсем мало.