Брюсов Орден. Ради лучшего будущего (СИ)

– Серьезно? – сдвинул брови я, беря и рассматривая блестящую вещицу. – Юбилейный серебряный рубль?
– Вообще-то трехрублевик. Ну, извини, собирался второпях, наручников под рукой не оказалось!
На светофоре загорелся зеленый, и мы снова тронулись – проехали, правда, недалеко – сразу за перекрестком опять начинался затор.
– Ну да, наручники-то понадежнее будут… – пробормотал я, зажимая монету в кулаке.
– Ну, если настаиваешь, приедем в штаб-квартиру – закуем тебя в серебряные наручники.
– Нет уж, спасибо… Погоди! – сообразил вдруг я. – Мы что, в штаб-квартиру едем?
– Если это называется «едем»… Ну а куда же еще?
– Нужно сначала Полину забрать! Мы с ней договорились встретиться на Покровке! Правда, я уже часа на три опоздал… Но она обещала дождаться!
– Ну и где ты раньше был? – буркнул Виктор. – Мы же совсем в другую сторону свернули! На, – сунул он мне свой телефон, – набери ей, скажи, чтобы сама добиралась! Там у меня один из последних разговоров – как раз с ней, легко найти.
И в самом деле без особого труда отыскав в списке Полину, я нажал на вызов. Пошли длинные гудки: один, второй, третий… После шестого механический голос предложил оставить сообщение.
– Не берет трубку, – сообщил я Панкратову, дав отбой. – Ну да, я же ей сказал, чтобы не обращала внимания на телефон – это снова могла оказаться провокация Легиона…
– Тоже мне, дети шпионов, – недовольно скривился Виктор. – Ладно, – вздохнул он затем, – поехали за ней. Где вы договорились на Покровке? У нее дома?
– Не совсем, – мотнул головой я. – Там скверик такой… Будем подъезжать – покажу.
* * *
Ливень и не думал прекращаться – кажется, даже наоборот, припустил сильнее прежнего.
– Дать тебе дождевик? – предложил Панкратов.
Припарковался он у самого сквера – как это принято в Ордене, прямо под запрещающим знаком – но совсем уж в пешеходную зону заехать усовестился, и несколько десятков метров оставалось преодолеть на своих двоих.
– А ты со мной не пойдешь? – спросил я.
– Что я, больной – лезть под такой водопад? Сам справишься.
– Ясное дело, справлюсь. Не надо, – отмахнулся я от сложенной полиэтиленовой накидки, которую Виктор уже достал из кармашка на дверце. – Так добегу.
– Ну так беги.
Полину я увидел еще издали. Вернее, не саму Полину – ее большой бело-зеленый зонт, торчавший из-за высокой спинки парковой скамейки – почти такой же девушка купила, пока жила у меня, пояснив тогда, что специально выбрала похожий на оставшийся дома.
Подбегая, я громко ее окликнул, но прогрохотавший в этот момент мимо сквера трамвай съел мой крик, не подавившись.
– Полина! – повторил я, приблизившись уже вплотную и протягивая к девушке руку через спинку скамейки.
Что-то щелкнуло. В первый момент мне померещилось, что на меня снова надели наручники – как давеча полиция – но нет. Точнее, не совсем: браслет, стиснувший мое левое запястье, был один, без пары для второй руки.
– Что ты… – начал было я, и в этот момент зонтик отодвинулся в сторону – девушка обернулась.
Вот только была это вовсе не Полина.
Зажав рукоять зонта под мышкой, из-под непромокаемого бело-зеленого купола в меня целилась из уже знакомого мне пистолета с глушителем самодовольно скалящая зубки Ольга.
– Снова ты?! – ахнул я, непроизвольно пятясь – и тут же уперся поясницей еще в один ствол.
– Не дергайся, – коротко бросил словно из-под земли выросший за моей спиной чернявый Влад. – Лишнюю дырку в организме заработаешь!
– Он пришел один? – деловито поинтересовалась у сообщника Ольга.
– Приехал на машине. Водитель вроде остался внутри.
– Сходи, проверь, – распорядилась девушка. – А ты садись сюда, – указала она мне на скамейку. – Тут немного сыро, но ты уж прости… Стой! Что там у тебя в руке? Покажи!
Я разжал кулак: на ладони лежала полученная от Виктора монета.
– Серебро? – усмехнулась Ольга. – Сам уже себя боишься, что ли, господин Антихрист? Можешь выбросить – эта штука понадежнее будет, – указала она глушителем на новоявленный браслет у меня на руке. Мы все такие носим – уже триста лет. Сегодня, вот, впервые пригодилось.
 
– Что-то не вижу у тебя ничего похожего, – буркнул я.
– У меня он на щиколотке, – притопнула она ногой. – Прости, джинсы ради твоего любопытства подворачивать не стану… Ну, что встал столбом? Сказано: садись! Владу тебя сторожить недосуг!
Медленно обойдя скамейку, я присел на ее край.
– Ближе! – велела Ольга.
Вытирая джинсами дождевую воду – впрочем, одежда моя и так уже была мокрой насквозь – я пододвинулся.
– Стоп, достаточно, – кивнула девушка, когда между нами осталось около метра. – Вот так и сиди.
– А где ваш пан-центурион? – щурясь от заливавшего глаза дождя, спросил я.
«Где Полина?!» – кричало все внутри меня, но от этого вопроса мне удалось удержаться. Впрочем, ответ я получил именно на него.
– Повез твою подружку к Легату, – ухмыльнувшись, поведала мне Ольга. – Так что теперь все будет по-взрослому: можешь считать, адрес вашей штаб-квартиры у нас в кармане.
– А от меня вам что нужно? – спросил я просто потому, что такому вопросу было сейчас логично прозвучать – по сравнению с участью влипшей напарницы, собственная судьба меня мало занимала.
– Ты – наш план «Б», – хохотнула рыжая. – Если вдруг девица сподобится отбросить коньки раньше, чем все рассказать – возьмемся за тебя.
– Как вы узнали про это место? – как заведенный, задал я новый вопрос.
– Так ты же сам его назвал. У такси – помнишь? Подходящий сквер тут один.
– Так ты все слышала? – опешил я.
– А ты только что это понял? – кажется, Ольга даже удивилась. – Я думала, поэтому ты на меня тогда и набросился. Разве нет?
О, Уроборос, каким же я оказался идиотом!
– Правда, из-за твоего мерзкого трюка с моей одеждой, сюда мы едва не опоздали – пока то да се… Симку опять же пришлось восстановить – нам нельзя долго оставаться без связи. Думала, это две минуты, а оказалось – все двадцать пять… Короче, был уже шестой час, – поморщившись, продолжила девушка. – Но подружка твоя – умница: дождалась. А на тебя мы, собственно, уже особо и не рассчитывали. На всякий случай остались – и вот, приятный бонус… Что там с водилой? – на миг стрельнула она глазами в сторону – к нам возвращался Влад.
– Больше не побибикает, – хмуро бросил чернявый. – Вот, глянь-ка, что я у него нашел! – в правой руке он держал пистолет – должно быть, не свой, по крайней мере, без глушителя – в левой – снаряженный магазин от него. – Да не на ствол смотри, на пули!
Постойте, это он о Викторе? Что значит, «больше не побибикает»? Он его что…
– Неужели серебряные? – присвистнула между тем Ольга, с интересом поглядывая на магазин. – А что, удобно. Чтобы браслет на кого-то надеть – еще дотянуться нужно… Видел, что тебе твои друзья-брюсовцы приготовили? – отщелкнув верхний патрон, девушка показала его мне издали. – А ты все: монета, монета…
Вдалеке недовольно протренькал трамвай, видать, сгоняя со своего пути замешкавшегося пешехода или неосторожно выехавшего на рельсы водителя. Звук приближался.
– Прям вот серебряная пуля? – нарочито-недоверчиво проговорил я. – Дай-ка …
Должно быть, «на автомате» рыжая протянула мне патрон – похоже, и в самом деле с серебряной пулей. Моя рука двинулась навстречу, и вдруг, нежданно для расслабившейся девушки, стукнула по глушителю направленного на меня пистолета. Оружие выстрелило, но пуля ушла в небо. В ответ сверху раздался гром: кому понравится, когда в тебя палят почем зря?
 
Тем временем, взлетев с ногами на скамейку, я ударил Ольгу носком кроссовка в подбородок и, перемахнув через деревянную спинку, носорогом ломанулся через кусты к улице.
– Стой, гад! – заорал мне вслед чернявый, торопливо вставляя магазин в пистолетную рукоять и с клацаньем передергивая затвор. – Все равно же не уйдешь, чертов Антихрист!