Женщины-чекистки
В 1918 году, когда все руководство советского государства перебралось в Москву, Стасова осталась представителем новой власти в Петрограде.
У нее на это были и семейные причины. В то время тяжело болел ее отец, Дмитрий Васильевич. Елена Дмитриевна не могла бросить его даже ради исполнения своих партийных обязанностей. Горько переживала она смерть отца. Он был для нее кумиром, умным, талантливым, настоящим человеком, делающим все возможное для демократического будущего страны.
Тем временем контрреволюционное движение набирало силу. Необходимо было найти формы организации, которые боролись бы с противниками большевиков. Созданная в Петрограде ВЧК приняла меры по формированию Чрезвычайных комиссий в регионе. Следует отметить, что создание этих комиссии — закономерный этап становления советского государства. ВЧК стала первым специализированным органом госбезопасности. В июле – августе 1918 года состоялись губернские конференции чрезвычайных комиссий, принявшие нормативные документы для работы самостоятельных ЧК. (Раньше функции по борьбе с контрреволюцией выполняли отделы исполкомов). Кроме того, теперь комиссии располагали вооруженными силами: от отряда до полка.
Полномочия ВЧК были неоспоримы. В обязанности ее сотрудников входили контроль за политической и экономической обстановкой, применение мер против малейших попыток изменения новой системы управления, анализ общественных настроений. Основные должности в чрезвычайных комиссиях занимали партийные функционеры. Комитеты компартии взяли органы госбезопасности под свой строжайший контроль. Советы рабочих, крестьян и красноармейских депутатов больше не оказывали никакого влияния на деятельность чрезвычайных комиссий. Таким образом, зарождалась традиция: органы госбезопасности подчинялись правящей партии.
30 августа 1918 года произошло трагическое событие — первый председатель Петроградской чрезвычайной комиссии (ПЧК) Моисей Урицкий был застрелен юнкером, поэтом Леонидом Каннигисером.
Спустя несколько часов после убийства Урицкого в гостинице «Астория» состоялось экстренное заседание партийного актива Петрограда. На нем выступил глава партийной организации государственной власти города и всего СКСО (Союз коммун северной области) Григорий Евсеевич Зиновьев. Он потребовал немедленного вооружения всех рабочих с предоставлением им права самосуда. По словам Зиновьева, такие меры были бы оправданы, ведь контрреволюционеры совершили уже второе убийство (первой жертвой стал Володарский). Позицию Зиновьева резко осудили, так как он предлагал рабочим убивать интеллигенцию. Большинство собравшихся считало, что самосуд — явление, характерное для средневековья. (Проблема расправы толпы не возникала даже в Древнем Риме).
В числе многих оппонентов Зиновьева была и Стасова. Свое выступление она начала с того, что такое предложение вызвано паникой. После этих слов Зиновьев вспылил. Елена Дмитриевна обосновала предотвращение произвола: «Под видом рабочих будут действовать и контрреволюционеры. Это чревато тем, что верхушка нашей партии может быть уничтожена». Принципиальная точка зрения Елены Дмитриевны впоследствии стала причиной мести Зиновьева.
Новым председателем был назначен заместитель Урицкого Глеб Иванович Бокий. Тогда же расширился президиум ПЧК: в числе новых лиц была включена в него секретарь Петроградского комитета партии Елена Дмитриевна Стасова. Среди партийных функционеров. которые пришли на работу в ПЧК, был и Василий Александрович Васильев (1886–1970). Стасова познакомилась с ним в 1906 году. В то время Васильев занимался распространением нелегальной политической литературы среди рабочих. По рекомендации Елены Дмитриевны в 1907 году он стал членом РСДРП. В 1918 году Васильев возглавил работу по проведению красного террора в Петрограде, являясь членом президиума ПЧК.
Объявление красного террора в городе стало следствием не только убийств Володарского и Урицкого, но и покушения на Ленина в Москве, совершенного Фанни Каплан.
6 сентября 1918 года газета «Пролетарская правда» за подписью Бокия опубликовала сообщение: «Правые эсеры убили Урицкого и также ранили товарища Ленина. В ответ на это ВЧК решила расстрелять ряд контрреволюционеров. Расстреляно всего 512 контрреволюционеров и белогвардейцев, из них 10 правых эсеров».
Президиум ПЧК являлся рабочим органом, на заседаниях которого принимались важные решения о деятельности Комиссии. Каждому члену ПЧК поручался определенный участок работы.
В своей книге «Страницы жизни и борьбы» Стасова писала, что ее обязанности в ПЧК «в основном заключались в проверке списков арестованных и освобождении тех, кто случайно попал в этот список». До конца 1918 года было опубликовано шесть списков о расстреле в общей сложности ста шести человек. За цифрами стоят судьбы людей. Противоречивость политических изменений того смутного времени одних выносила волной на вершины власти, могущей и имеющей право карать, других делала жертвами, подлежащими общественному осуждению. По прошествии лет произошла и переоценка ценностей, и глубокий анализ всех причин и следствий государственного переворота. И в настоящее время те жертвы у кого-то вызывают жалость, у кого-то восхищение твердостью своих убеждений, у кого-то еще большую уверенность в справедливости их конца. В роковые для страны годы несогласные с любыми решениями большевиков сами становились жертвами репрессий и подчас невольными виновниками их. Работая в ПЧК, Стасова замечала: «Часто аресты бывали неправильными, так как арестовывали по случайным данным. В число арестованных попадали люди, сочувствующие нам, работавшие с нами и т. д.».
Павел Подляшук в своей книге «Богатырская симфония» написал: «В работе Стасовой в ЧК особенно проявились присущие ей принципиальность, щепетильность к врагам советской власти. К изменникам, к мародерам и шкурникам была беспощадна. Твердой рукой подписывала приговоры, когда убеждалась в абсолютной правоте обвинении».
Да, «Товарищ Абсолют» была жестким человеком. «Сижу ночами, — сообщала она другу, — пишу, разбираюсь, толкусь, обсуждаю… Нужно везде усилить охрану, надзор, провести чистку и реорганизацию».
Таким образом, в ПЧК Стасова не только проверяла списки арестованных. Ее работа продолжалась семь месяцев. В марте 1919 года Стасова переехала в Москву. Председателем Петроградской ЧК стал Семен Семенович Лобов.
Известный писатель Максим Горький, живший в то время в Петрограде, предпринимал активные меры для освобождения заключенных и арестованных во время красного террора. Он нередко обращался за содействием и к председателям ПЧК. В беседе с журналистом газеты «Речь» Фурсиным Горький охарактеризовал нового председателя Комиссии так: «Лобов — это животное. Я с ним никаких дел иметь не могу. Скороходов (он тоже некоторое время был председателем ПЧК — авт.) ушел. Только с ним я мог разговаривать».
Стоит проанализировать стожившуюся ситуацию. Вмешательство партийных комитетов в оперативную деятельность вплоть до определения меры наказания подозреваемым было абсолютным произволом. Вот что по этому поводу отмечал М. Н. Петров в своей работе «Проблемы истории Всероссийской Чрезвычайной Комиссии»: «Постижение азов специфики секретной службы исключительно на практике, без теоретической подготовки, при отсутствии кодифицированного законодательства и обилии правительственных декретов о местном нормотворчестве приводило к неквалифицированному расследованию и определению степени виновного». Многие члены РКП(б) не имели не то, что юридического образования (как обязательного условия при выполнении «судейских» обязанностей), но и какого-либо образования вообще. При этом получалось, что органы госбезопасности включались в систему управления страной.
Агентурная сеть была достаточно широко развита. Агенты не получали какой-либо зарплаты за свою работу. Считалось, что слежка за спекулянтами, доносы на организации эсеров, черносотенцев и других, сбор данных по бандитизму — прямое указание партии. В феврале 1919 года ЦК РКП(б) выступил с Обращением к коммунистам-чекистам: «ЧК созданы, существуют и работают лишь как прямые органы партии, под ее директивами и под ее контролем».