Надежда на чудо: моё чудо (СИ)

Она и сама не замечала, как постанывает и мурлыкает, словно настоящая кошка. Как вздрагивает от наслаждения. И ничего больше её не смущало, даже то, что мужчина трудится над её телом, а не она – над его. В таком состоянии вообще ничто не могло её смущать.
– Ты такая восхитительная, малыш, – шептал он. – Самая красивая, самая нежная.
– Ра-ад…
– М? – Он потянулся к ней губами.
  
– Ложись рядом, а?
– С удовольствием.
Он и в самом деле пристроился на краю дивана, и они провалились в сон в обнимку, прямо так, без простыней и прочего.
Радеш проснулся ранним утром, словно от толчка. Дрёмы не было ни в одном глазу. Ита крепко спала рядом, мило приоткрыв рот, и, залюбовавшись ею, он улыбнулся. Потом осторожно встал, так, чтоб не разбудить свою девочку, принёс одеяло и закутал её.
Внутри него происходило что-то странное. Будто предощущение какого-то огненного прикосновения ворочалось под ложечкой. Парень сделал утренний чай и с чашкой в пальцах вышел на террасу через боковую дверь, чтоб получилось потише. Поискал взглядом солнце – скоро встанет. Прикрыл глаза.
И тут осознал, что же такого странного в его состоянии. Его ина полыхала безумным многообразием линий, он прежде и не мог себе представить подобного. Захлебнувшись приятным шоком, изумлением и диким любопытством, он осторожно расправил крылья восприятия и развернул механическую и электронную проекцию семейного дома. Теперь она выглядела для него как сложная трёхмерная схема с боковыми алгоритмами. Да, вот они, все системы, обеспечивающие им комфорт, вот структура стен, полов и крыши, вот техника… Опа, а вот и скрытый сейф дядюшки! Ни фига себе хитрован хренов! Никому бы не пришло в голову искать сейф в стенке бассейна! Дядька молодец… Кстати, что там за механизм? Так, трёхэтапный: биометрия, пароль и магнитный ключ. Ну так себе.
Интересно, можно ли взломать? Да, пожалуй, можно. Биометрию отключить, пароль сломать, с ключом сложнее, но тоже можно. Вопрос только, нужно ли это. Любой сейф оборудован условной подделкой под внутреннее наблюдение, это не видео, но Радешу в нынешнем состоянии и такого хватит. Та-ак, что у нас внутри?.. Какие-то бумаги? Итить… Письма. Ну надо же… Ладно, дядька, над тобой ещё постебёмся.
В эйфории нового открытия парень прошёлся по всем структурам дома. Мда, кое-что стоило наладить. Вот, например, систему внутреннего наблюдения – пусть дублирует изображение на мейнфрейм соцслужбы. Он удалённо кинул туда предложение принять подключение, и к его удивлению спустя две минуты пришло одобрение, а следом явно более опытный ин-прогер перехватил контроль.
«Разошёлся, – пришло снисходительно-одобряющее. – Новичок?»
«Только сейчас подтвердил связь».
«Так поаккуратнее. Не кидайся сразу в омут. Две рабочие медитации – рабочее действие, только в такой последовательности. Усёк?»
«Более чем».
«Малаца. Тебе такой жест – с доступом к внутреннему видеонаблюдению – будет засчитан очень большим плюсом. – И, помолчав, выдал в сеть цифровое подобие усмешки. – Не терпится?»
«А тебе как – легко было терпеть?»
«Хе… Не напоминай».
Соблазн продолжать эксперименты с системой дома был огромен, но Радеш уступил совету более опытного собрата и отправился в тренажёрный зал – там можно было устроиться с медитацией и успокоить себя.
Ина, ощутившая свою маи, просто бесновалась. Да и самому Радешу трудно было сдержаться. Он чувствовал себя как человек, всю жизнь проходивший с повязкой на глазах, а теперь повязку с него сорвали, и попробуй удержись от того, чтоб не разглядывать всё вокруг, не совать всюду свой нос и любопытные глаза. Страсть как хочется рассмотреть каждую мелочь!
Но нельзя. Восприятию нужно было дать роздых. После обстоятельной медитации и комплекса расслабляющих упражнений Радеш пошёл в кабинет и там развернул последние рабочие схемы. Теперь он отлично видел все их сложные места и знал, как их подправить. А если метнуться на место, возможно, сумеет сделать и сам, без всяких третьих лиц. Но нет, у него отпуск, предоставленный как раз для того, чтоб он настроил ин-связь как можно лучше, и надо этим пользоваться.
Ита осторожно встала на пороге.
– Завтрак готов. Ты будешь?
Он повернулся к ней.
– Малышка моя… С радостью. Хотя мне стоило самому приготовить завтрак.
Она так завлекательно краснела.
– Ну что ты. Мне приятно. Я всё сделала.
– Бегу.
Но тут девушка уставилась на огромный экран его комма.
– Оу… А что это?
– Это? Система воздухообмена одного из цехов металлургического завода.
– Ты работаешь… Я тогда тебе сюда еду принесу.
– Нет-нет, я просто думал над чертежами. – Радеш свернул изображения. – Уже иду.
– Ты просто заскучал тут со мной, – грустно улыбнулась Ита. – Ты, наверное, очень любишь свою работу.
– Очень люблю, но в остальном ты ошиблась. Я совершенно не заскучал и не могу заскучать с тобой.
Парень поймал её в объятия и убедился, что девушка, похоже, ничего не имеет против. Они целовались так долго, что в итоге горячие бутерброды перестали даже быть тёплыми, но обоих это не особенно взволновало. И так было вкусно, особенно когда поедаешь завтрак совместно с приятным тебе человеком. Более чем приятным. Радеш, улыбаясь, наблюдал, как девушка с удовольствием поглощает примитивную еду. Её неприхотливость и вкус к самым простым благам жизни вроде ужина или горячего душа умиляли его.
Но идиллию нарушил звенящий сдержанный гул флая, идущего на посадку.
– О, у нас гости, – сказал парень, оценивая ситуацию с помощью ин-силы. – Это моя тётка, сестра моей матери. Странно, мы же вроде договорились, что без предупреждения не…
– Ребята! – Молодая женщина махала им с крыши дома, где, собственно, и село транспортное средство. – Приветик! Сейчас спущусь.
– Тёть, ну ёлки! – воскликнул Радеш.
– Чего «тёть»? Сколько будешь её от нас всех прятать? Сидите там, я сама слезу, ещё и пирожные принесу. Вам понравится.
И пропала из виду.
  
9
 
«Ну всё, капец мне», – обречённо подумала Ита.
Вот сейчас всё встанет на свои места. Примчавшаяся спасать мужчину своего рода от пришлой шаболды всё популярно объяснит обоим. Мигом! И в первую очередь – самой Ите. Интересно, обойдётся ли без мордобоя и выщипывания косм? Очевидно, что дама ни за что не потерпит при племяннике какую попало девицу с предельно грязным прошлым.
Она с трудом перевела дух и настроилась терпеть унижения.
Женщина, выскочившая из стеклянных дверей, в одной руке несла прозрачную коробочку с пирожными, а в другой пустую чашку. Она подлетела, сияющими глазами огладила Иту, подмигнула племяннику и снова убежала. Вернулась уже с полным кофейником.
– Ну, как вам отдыхается? – спросила она, с любопытством разглядывая бледную девушку. – Рад, ты что, не водишь девочку гулять? А ей полагается, между прочим – забыл про реабилитацию?
– Тё-оть!
– Чего «тёть»? Я правду говорю. Кстати, и зачем ты перенастроил систему видеонаблюдения?
– Так надо. – Парень покраснел, но лишь на миг. – Я дал соцслужбе доступ.
– И это только вчера? А что раньше не телился? Вообще-то нужно было это сделать в первый же день, оболтус.
– Тё-оть!
Женщина отмахнулась от Радеша и пытливо посмотрела на Иту.
– Кофе? Пироженку будешь? Уж тебе-то блюсти фигуру ни к чему, и так пропорции более чем скромные. Кстати, как Рад готовит? Прилично?
– Он…
– Тёть, у нас боты.
– То есть сам ты невесту не радовал?
– Радовал, – едва повинующимися губами проговорила девушка.
– Надеюсь. – Ещё один очень внимательный взгляд. – Так, давай-ка посекретничаем.
  
– Тё-оть!
– Слышала уже! Уймись. Идём, девочка. Тебя же Ита зовут, да? – Женщина подхватила её за локоть и уверенно потянула за собой – за угол.
Девушка съёжилась, приготовившись к самому худшему.
За углом, быстро оглянувшись назад, гостья шагнула к ней поближе и уставилась вопросительно.