Измена. Вернись, я всё прощу! (СИ)

Мы шли дальше, больше не разговаривая, а мне казалось, что я всё ещё ощущаю его дыхание на своих губах.
  
Глава 24. Проклятье принца Сеттена
 
Орсо так сладко зевнул, что мне тоже захотелось погрузиться в сон. Волк лежал в отдалении от костра и время от времени дёргал ушами. Итильдин сидел возле огня и подбрасывал сломанные ветки в пламя, шевелил уголья большой дубиной, которую использовал вместо кочерги. Иквизитор писал в неверном, мерцающем свете, и не обращал внимания на то, что происходит. По крайней мере, так казалось со стороны. Я уже знала, что он мультизадачный, как древний царь, который мог делать несколько дел одновременно. Я пододвинулась ближе к волку и положила голову на его бок. С удовольствием уткнулась носом в его мягкую шерсть. Орсо не то чтобы полюбил меня за последние несколько дней, но терпел мои ласки и объятия.
Я не смогла уснуть прошлой ночью, потому что у меня начался жар. Температура у дракона – парадоксально. Но я простудилась, пока мы блуждали в сырости подземелья, так как ходила только в тонкой рубашке. Подошёл Ардес, накинул на меня свой плащ и подоткнул его со всех сторон. Затем приложил ладонь к моему лбу и нахмурился.
– Ты просто пылаешь. Нам срочно нужен целитель. Мой бальзам тебе не помогает.
Я попыталась улыбнуться ему, но вместо этого закашлялась. На лице Ардеса я увидела обеспокоенность.
– Не переживай, – прохрипела я, – я – сильная. Справлюсь.
– Это не простая простуда. Под землёй ты подхватила проклятье принца Сеттена.
– Что это такое?
– Это проклятье, которое произошло из-за ветреного мужа королевы Викерии. Он изменил ей с леди Фарлен. И тогда королева закопала принца-регента живьём, а над его телом выстроила тот замок. Перед смертью Сеттен проклял Викерию и её потомков женского пола. Стоит женщинам из королевского рода пройти прямо над его могилой в подземелье, как их касается проклятье. Снять его очень сложно. Я не уверен, что это кому-то под силу. Но искусные целитель может отсрочить его, – сказал Инквизитор очень напряжённым голосом.
– Это что, получается, Сеттен проклял собственную дочь?!
– Никто и не говорил, что он был хорошим отцом. Тебе нужно поспать. Сон восстановит твои силы.
– Что со мной будет?
– Я не знаю. Никто не спускался в катакомбы уже сотни лет. Я думал, что это всего лишь миф. Ведь откуда драконам знать, что принц, замурованный под землёй, мог изречь это проклятье так, чтобы услышала хотя бы одна живая душа? Откуда люди и драконы узнали об этом проклятье? А теперь засыпай, – Инквизитор накрыл мои глаза платком и ушёл обратно к костру.
Я проснулась от негромких голосов.
– Почему ты так заботишься о ней? – спросил Итильдин.
– Сначала я думал, что просто использую её в своей игре, как инструмент, – ответил Ардес.
– Мерзавец!
– Ты дослушай. Но потом я осознал, что начинаю привязываться к этой девушке.
– Ты поэтому вернулся? Ты так её бережёшь.
– Она нужна мне.
– Чтобы снова стать твоей пешкой?
– Нет.
– Чего ты добиваешься, Инквизитор? Ты не можешь жениться на ней. Ты – человек, священник, убийца, а она – дракон, леди, наследница престола. Между вами просто ничего не может быть. Ты только причинишь ей боль. Отпусти её.
– Я её не держу.
– Держишь, она привязалась к тебе. Я же видел, какими глазами вы смотрите друг на друга, когда думаете, что вас никто не видит.
– Она не знает, что я на неё смотрю украдкой.
– Зато знаю я. И мне это неприятно. Я люблю её, я буду её защищать, я дам ей то, чего ты дать не можешь, – резко возразил Итильдин.
– И что же это?
– Моё богатство и чистокровных детей-драконов. У вас с ней может родиться просто обычный человек, в котором не будет драконьего дара. Это непредсказуемо.
– Это можно просчитать. Есть такая наука – генетика, – спокойно отозвался Инквизитор.
– Есть наука, а есть дар. Не путай эти вещи.
– Итильдин, ты нарываешься. Тебя не касаются мои дела.
– Если твои дела касаются Реи, Ардес, они касаются и меня. Я не позволю тебе причинить ей боль. Ваши отношения обречены. Что она получит с тобой? Ты – бродяга. У тебя нет дома, нет семьи, нет ничего, кроме твоей миссии. Так и будете вечно скитаться? Или ты рассчитываешь, что её отец выделит вам наследство? Так она тебе из-за денег нужна?
 
Ардес промолчал.
– Ну что ты молчишь? Я прав? Признайся?
У меня замерло сердце. Я тоже ждала, что он скажет, стараясь не шевелиться и дышать ровно, чтобы не выдать себя.
– Рея просыпается. Наш разговор больше не повторится, – сказал Инквизитор, встал на ноги, и я услышала его приближающиеся шаги.
– Ты как? – с тревогой спросил он. – О, только не это.
– Что случилось? – Итильдин вскочил на ноги и подбежал ко мне.
– Ей стало намного хуже. Мы не можем больше ждать.
Инквизитор осторожно поднял меня на руки, крепче запеленал в одеяло и прижал к себе. Я чувствовала, что мне трудно дышать. Перед глазами всё плыло. Я подумала, что, наверное, у меня галлюцинации. Не могли они такое говорить обо мне.
– Орсо, ищи, – приказал Ардес.
Итильдин, кажется, затушил костёр, а потом догнал нас.
– Куда мы идём?
– К колдунье.
– Ты спятил? А как же твои принципы?
– У нас нет другого выбора. Её состояние стало критическим, – мрачно сказал Инквизитор.
– Но… как? Почему проклятье так повлияло на неё? Почему так быстро?
Инквизитор скрипнул зубами.
– Всё потому, что королева Пригона умерла.
– И какая тут связь? Хватит говорить загадками! Меня уже тошнит от этого.
– Связь самая прямая. Рея получила Силу.
– Что это?
– Сила – это мистическая энергия, доставшаяся королевам от своей прародительницы, от Богини. Никто не знает, что это такое. Но факт тот, что её обладательница становится сильнее любого другого дракона. С «магической» точки зрения. Правда, постепенно, со временем. На это могут уйти десятилетия. Когда королева Пригона умерла, Рея стала её наследницей, и Сила перешла к ней.
– Я всё равно не понимаю, – застонал Итильдин.
– Сила и проклятье принца Сеттена вошли во взаимодействие. Чем ближе к Богине наследница королевского рода, тем сильнее действует проклятье.
– И что это значит для Реи?
– С каждым мгновением Сила в ней крепнет.
– Что произойдёт дальше?
– Сила и проклятье настолько усилят друг друга, что… – Инквизитор замолчал, покачал головой.
– Не томи же! Говори!
– Она скоро умрёт.
  
Глава 25. Взаимодействие сил
 
– Чем сильнее она становится, тем слабее она становится. Парадоксально, правда? – произнёс незнакомый мне женский голос. Он звучал совершенно по-старчески: глухой, надтреснутый, скрипучий.
– Мне не интересны твои сентенции, ведьма, просто сделай свою работу. Пришло время отдать долг, – холодно сказал Инквизитор.
– Арделуриан фон Вайсберг, ты не можешь просить об этом даже в уплату долга моего рода перед тобой. Просто убей меня, и покончим с этим. Я не боюсь смерти, тебе не запугать меня, – засмеялась старуха. У неё был неприятный, резкий смех.
– Я отринул это имя. Не называй меня так. Я – Ардес.
– Имя определяет судьбу. Твоя давно предрешена.
– Поэтому я взял себе новую судьбу.
– Ты не можешь идти против богов.
– Я делаю это самим фактом своего рождения. А теперь ты сделаешь то, что я тебе приказываю, – голос Инквизитора похолодел ещё на пару градусов. – Итильдин, свяжи её.
Инквизитор протянул моему брату адамантиновые цепи. Итильдин довольно ловко привязал колдунью к креслу. Ардес подошёл к стеллажу со стеклянными дверцами, и начал перебирать пузыри и склянки, стоявшие в нём.
Колдунья опять засмеялась.
– Тебе не найти то, что ты ищешь. А времени у тебя мало. Твоя подруга умирает.
Ардес так сильно сжал дверь шкафа, что стекло треснуло.