Праматерь (СИ)

Вот ведь везёт оркам, у них такая парочка сквозных зажила бы за пару минут, они бы и не заметили таких ран. Хотя и так грех жаловаться: останься я обычным человеком, меня если бы и дотащили до медика вовремя, то я точно бы остался бы без руки. А тут не то что выжил и не загнулся от болевого шока или кровопотери, но и минут через десять и вовсе не останется следа от ран.
А вот с правой рукой неудачно вышло. Да там, по сути, лишь угольки остались от руки. Уж больно в этот раз не повезло, почти весь урон пришёлся на правую, которой я старался прикрыть лицо от своих же молний. Медик не стала париться, а просто мотнула головой одному из охранников. Тот намёк биолога понял правильно и снёс мне сгоревшую руку своим топором по плечо.
Механик, лыбясь как маньяк, уже не только подлатал мне броню, но и пристраивал к моей тушке временный протез. Сука, как же больно-то! Протез впивался в кости и кожу, подключаясь к моему телу. Со временем он просто отпадёт, уступая место растушуй руке. Конечно же, это если биологи в более спокойной обстановке сами не отсоединят протез перед помещением в палаты исцеления.
По идее, у нас, как и у всех зергов, должны регенерировать не только раны, но и утраченные конечности. По крайней мере, биологи уверяют, что испытания подтвердили данную теорию, и у их подопытного все конечности отросли (пару сотен раз).
Время поджимало, до подхода главной твари осталось минуты три. Мы окапывались полумесяцем, попутно отбиваясь со всех сторон. Орбитальное прикрытие я пока придержал, боясь спугнуть дичь. Вот когда тот подойдёт к нашим позициям в центр полумесяца, тогда и дадим отмашку либри, пусть устроят вокруг нас плазменный дождь.
Тройка орков с печалью смотрела в сторону передовой, не повезло им попасть в охрану медиков. Отобрал у одного массивный молот (нахрена ему их четыре штуки — не понятно), помахал правой кибернетической рукой, привыкая и отмечая, что отличий от родной особо-то и нет. Чувствительность такая же, как и у настоящей, а размеры и длину рука сама подогнала под мою родную.
В отдалении послышался громкий топот массивных ног и безумный рёв. Бреяры и механикусы завершали установку стационарных орудий. Выдвинулся на передовую, заодно искал неугомонную Татьяну. Та нашлась довольно быстро в недавно вырытом окопе, координировала наведение орбитальных орудий и трещала без умолку в рацию, запрашивая три больших светючки. Не стал попадаться мелкой на глаза, не то вновь увяжется за мной.
Добрался до передней линии, вгляделся вдаль и отметил, что давление на нас растёт с каждым мигом. Почти по всей линии соприкосновения уже идёт рукопашная, чему до жути были рады орки. Огонь вели только вторая линия обороны и стационарные орудия, да волколаки выбивали одни им известные цели. Катары и единственная пятёрка рексов экономили энергию и лишь изредка швырялись слабыми пси-техниками во врага. Стоит отметить, что катары достаточно часто постреливали из наплечных плазменных орудий, нужно и себе такие установить. Хотя лучше одно плазменное, а второе заказать у либри, пусть будет мощное лазерное орудие.
Из пролеска, снося на своём пути деревья, показалась туша, не уступающая размерами ультралиску. Голова была пиздец какой страшной, глаза походили на стрекозиные — крупные и сетчатые, широкая пасть на половину безносой рожи. Две пары рук: одни массивные и толстые, а другая пара мелкая, похожая на обрубки конечностей богомола. Длинный хвост и массивные толстые ноги. На спине островок то ли меха, то ли перьев. От мутанта несло безумием и яростью, бежал он строго на нас. За спиной виднелась тройка бруталисков и ковёр разнообразной живности помельче.
Окликнув группу волколаков, попросил сконцентрировать огонь на глазах и коленных суставах твари. Если снайперский огонь ещё наносил урон ногам вожака диких, то вот от глаз все заряды просто рикошетили. Единственное, чего мы добились, так это приковали всё внимание твари к себе. И так уже взбешённая зверюга взревела бешеной белугой и прибавила скорости.
 
Выждав момент, отдал отмашку бреярам и послал сигнал в единстве Татьяне, пусть начинает орбитальный удар. Медведи задрали стволы своих массивных орудий и запустили кассетные гранаты, отсекая мелочь. С флангов по отставшим бруталискам открыли огонь стационарные плазменные орудия. Первого бруталиска убили, первым же выстрелом снеся тому полголовы.
Вожака нас просили по возможности не сильно калечить, плазму лучше и вовсе не применять. Кто-то из волколаков додумался взять особо мощную лазерную винтовку, заряд которой всадил в глаз бегущей на нас твари. Вожаку такой подарок не очень-то и понравился, глаз лопнул, а его повело в сторону. Двое орков открыли шквальный огонь по ногам почти добежавшего до нас чудовища, превращая те в фарш. Катары кинули штормы по всему периметру соприкосновения, а один подхватил телекинезом покорёженное орудие и зарядил им по черепушке монстра, вминая рожу противника в землю.
Волколаки, осознав слабость противника к лазерному оружию, вели огонь по суставам противника, выжигая тому плоть и лишая его возможности двигаться. Освободившиеся же коты зарядили потоком молний. Зверюга билась и размахивала лапами, попутно стараясь доползти до наших первых линий. Первые ряды под прикрытием пси-штормов отхлынули назад, пуская вперёд более свежих собратьев с полным боекомплектом. Сами же — кто перезаряжался, а кто искал свою стрелялу среди ранее отброшенных.
Медики строго следили за появлением тяжелораненых и иногда прикладывали своих будущих пациентов молнией животворящей, после чего утаскивали в медпункт. Хотя стоит отметить, что среди орков таких были единицы. Я знал, что мы уже потеряли двух медведей, одного кота. И нет, Вася, которого ранее насадил на рог бруталиск, жив, а вот одному из его собратьев не повезло. Шальной кислотный дротик через повреждённый шлем впился точно в глаз и впрыснул кислоту прямо в мозг. Почти мгновенная смерть. Волколаки, либри и биологи всем составом целы. Два механикуса и тройка инвенторов сгорела вместе с рванувшими боеприпасами. Два астартеса и почти четыре десятка орков погибли разорванными на части. Ранеными была почти половина состава, правда мы — зерги. Чего уж врать самому себе, нормальных людей уже нет на Зерусе. Потому раны у большинства вызывали разве что раздражение, но вот обычного человека бы перевели в категорию «трёхсотого» или и вовсе в «груз двести».
Хотя хватало тяжелораненых даже по нашим меркам. Секундой раньше такого пронесли мимо меня. Голова, часть туловища и одна рука — и этот обрубок тащила по земле хрупкая медичка. Так тот ещё умудрялся упираться, орать «ВААГХ» во всё горло и постреливать из здоровенного болтерного пистолета. Но патроны быстро закончились и тот запустил разрядившийся ствол прямо в пасть рычащего дикого зерлинга. Тот, правда, угощение не распробовал, ведь в следующий миг его проткнули когти одного из бреяров.
Я же командовал всей этой толпой. Иногда умудрялся ещё и помахивать молотом, да прикрывать свою и соседскую тушку орка щитом.
С неба посыпался плазменный дождь, а рядом с нами, пробив небосвод, с разных сторон вспыхнули два зелёных луча. Они начали двигаться по окружности, плавя почву и образуя лавовые потоки. Земля ходила ходуном, всё тряслось. Глаза заслезились от ярких разрывов плазмы и лучей орбитальных оборонных кораблей либри.
Я же стремился удержаться на ногах и не выпустить из поля обзора вожака, что всё никак не подыхал и с упорством барана медленно полз в нашу сторону, подгребая уцелевшей рукой. Я знал, что Таня сразу же после начала орбитального удара вызвала эвакуационный транспорт, который уже летел на всех парах в нашу сторону. Щит давно пришлось отбросить, от того остался лишь кусок искорёженного металла. Однако бросал за спину, вдруг удастся потом подобрать, и со временем тот восстановится.