Наследство в саквояже, или попаданки не сдаются! (СИ)
— Эй! Дом здесь!
— Да, но нам нужно совсем не туда!
Мы обошли левое крыло дворца, прошли через внутренний дворик со сломанным фонтаном и подошли к странной куче камней. Доктор Гибсон недолго ходил возле неё, затем ногой сдвинул листья в кучу. Подойдя ближе, я склонилась над большими деревянными створками, будто передо мной погреб. Это он и оказался, когда мужчина, сняв жакет, громко лязгнул петлями, потому что замок почти превратился в труху. Каменные ступени уводили нас вниз. Придерживая меня за локоть, мужчина достал странное устройство, похожее на фонарь. Яркий луч зеленоватого света выхватывал неровные стены, поросшие плесенью и мхом. Пахло ужасно. Прикрывая рот сгибом локтя, я всматривалась в сумрачную перспективу.
Высокий свод меня поразил.
— Так, они должны еще работать…
Мужчина что-то покрутил и очень тусклый и слабый свет, исходивший от странных приспособлений на потолке, осветил длинные холодные помещения. Раскрыв рот, я таращилась на разные предметы, не веря своим глазам.
— Старик Мэйс хотел лишь одного: спасти как можно больше маджестиков. Он тратил свои деньги только на это, на обустройство убежища, в котором эти существа нашли бы приют. Он очень и очень старался! И очень часто обращался ко мне за помощью…
— Почему?
— Потому что я до того, как раскапывать кости, изучал живых существ. Археологом я стал гораздо позже. От безысходности.
— И на ком же вы специализировались?
— Это долгая история… — мужчина ловко ушел от ответа, показывая мне стойла, клетки и прочее, что я не совсем понимала. — Тут тоже потребуется крепкая хозяйская рука. Но помощников, кроме меня, у вас не будет.
— О-о-о! — я сняла шляпу и принялась обмахиваться ею как веером. — Впечатляюще! Мы тут до конца жизни будем ковыряться. Если этот Мэйс был таким увлечённым маджестиками, у него же были последователи! Соратники!
— После смерти Мэйса многие из этих людей… поплатились если не жизнью, так свободой. Найти других таких же отчаянных будет очень непросто.
— Зато Угольку тут понравится. Вот тот вольер…
— Снаружи есть тоже строения, спрятанные в лесах. Мэйс постарался спрятать некоторые вольеры на свежем воздухе. И нам придётся быть осторожными… Если эта печать и впрямь принадлежит Инспекции по надзору, то мы вдвоём уже под колпаком. Нас будут препарировать!
— Надеюсь не живьём? — поморщившись, потёрла шею.
— О, это образно говоря! Нет, конечно же не живьём. Но будут изучать все расходы. Они не дадут возродить дело Мэйса.
— Но у меня есть деньги! Много денег! — я широко улыбнулась и пожала плечами. — Могу я познакомиться с Саймоном? Думаю, нам понадобится его помощь. Отчаянных мерзавцев или… или тех, кто действует подпольно тоже можно найти. Подпольщиков для этого подпола!
10. Богатый ужин
— Вот так я и попала сюда, Уголёк! — устало выдохнув, утёрла лоб и оперлась на швабру.
Шикарный дворец оказался в полном упадке, если так можно выразиться. За особняком и впрямь никто не смотрел. Здесь царили сырость, плесень и пыль. На первом этаже всё было не так уж плохо, а вот на верхних… Там где прохудилась крыша, вода текла буквально по стенам. Шикарные тяжёлые обои покрылись толстым слоем плесени, а то и вовсе отвалились. Многая мебель оказалась безнадёжно испорчена.
Пожалуй, треть унаследованных денег уйдёт только на особняк!
Уголёк стоял в клетке на небольшом столике, пока я приводила в порядок комнату для себя. Она была небольшой, но выходила на южную сторону. Сырости и плесени тут почти не было. Доктор Гибсон пообещал мне принести какое-то чудесное средство, которое справится не только с плесенью, но и с запахом. Хотя по мне — тут всё напалмом выжигать нужно: жить в таком доме опасно для здоровья!
С пылью и паутиной я справилась быстро. А вот с остальным…
Раздевшись до панталон, я повязала на голову косынку, схватила перины с подушками и потащила их во двор, правда, нести пришлось через половину дома. Снаружи я всё развесила прямо на каменной балюстраде. Туда же отправились покрывала и когда-то чистое бельё, которое я проверила своим носом, тщательно все обнюхав. Солнце должно было всё высушить и высушить неплохо. Погода тёплая.
Найдя деревянные вёдра в какой-то комнатушке, нагребла тряпок и поплелась к пруду, потому что водопровода не было, а та система подачи воды, что тут была, за два года пришла в естественный упадок.
Вышла неплохая разминка: я таскала ведра, отмывала комнату, заодно по чуть-чуть прихватывала то там, то там. Когда руки стали напоминать лапы орангутанга, а сухой язык прилип к нёбу, я перекусила той едой, что мне оставил доктор Гибсон, а Уголька накормила сырым мясом.
Дальше убиралась я не так рьяно. Скорее таскала нужную уцелевшую мебель, проводила ревизию во множестве буфетов, комодов и шкафов. Нашла вполне приличный мужской костюм.
После трудов славных бесстрашно направилась во двор, где ополоснулась, переоделась в чистые мужские брюки и рубашку. Забрала всё, что сушилось на балюстраде, и пошла устраивать себе царское ложе. Меня мучила мысль, почему никто дом не ограбил? Если тут никого нет…
Но ответ я нашла сама, когда пошла закрывать полуразвалившиеся первые ворота. Стоило мне прикрыть их, с трудом задвинуть щеколду и отойти подальше, как тут же что-то затрещало. Когда мы только приехали сюда, я не заметила, что над домом, как и над всеми владениями какой-то купол. Видимо, защита снимается моим кулоном — умно! Ну хоть спать буду спокойно. Правда доктору придётся глотку потренировать, потому что я попросту не услышу его.
Устав как Бобик, я легла в кровать и… не смогла уснуть. Уголёк уже мирно сопел в своей клетке, свернувшись клубком, а я страдала, разглядывая живописный потолок. И, наверное, я бы заснула, если сверху не донеслись бы странные звуки. Как будто кто-то когтями по полу клацал.
Я потянулась, посмотрела в окно: небо уже было тёмным, на нём появились первые робкие звёздочки. Вокруг царила тишина, если не считать моего дыхания и сопения Уголька. Я у бабки в деревне сама зимой ночевала, когда вокруг волки бегали, но тут… Это не мышь. Кто-то клацал когтями!
Не выдержав бесконечного цоканья, я вооружилась шваброй, взяла подсвечник и вышла на охоту.
Источник звука был на втором этаже, не на третьем. Это я поняла, пройдясь по главной лестнице туда-сюда не один раз. Затем уверенно свернула в южную сторону и пошла вдоль десятка дверей. Все они были закрыты, пусть и не на замок. Я прикладывалась ухом то к одной двери, то к другой, пока не услышала мерзкое «цок-цок-цок».
— Так, Ленка, не трусь! Привидения тут не водятся. Давай, жги!
Я рывком открыла дверь. Внутри было пыльно и темно, но в свете свечи промелькнула странная мохнатая тень. У неё явно были большие когти, крылья и… Это нечто обладало большими размерами — с хорошего такого ротвейлера, упитанная. Только вот чем питалась эта пугающая зараза? Ведь особняк столько лет пустовал, у него даже сторожа не было.
— Выходи!
Я угрожающе потыкала шваброй в полумрак комнаты. Зверюга затаилась. Мне пришлось зайти и поднять свечку выше, чтобы увидеть всё. Как бы хотелось, чтобы доктор Гибсон был рядом! Но нет, взяв всё необходимое и откомандировав меня сюда, он уехал окончательно улаживать деловые вопросы и обещая мне привезти компанию.
Из угла блеснули зелёные глаза. Они будто из фосфора состояли. Я пару раз моргнула и попятилась назад: поняла, как же сильно сглупила!
Тварь бросилась на меня одним прыжком, я же от всей души огрела её шваброй, та разлетелась на куски. Бросив следом в создание свечкой, я выскочила в коридор и захлопнула за собой дверь. Существо побилось пару раз лбом в неё и решило, что оно того не стоит.
Подождав в коридоре и убедившись, что тварь из комнаты не выберется, я вернулась к себе. Забралась под одеяла и, морща нос от слабого запаха сырости, смотрела на потолок. Иногда мне начинало казаться, что за окном зеленеют глазища твой твари. Так и заснула под их чутким надзором.