Рождественский замес (ЛП)

— Чёрт, чёрт, чёрт, — бормочу я. Противень с громким стуком падает на столешницу, отчего пряники трескаются. — Чудесно, — качаю головой.
— Твою ж…
Оглядываюсь, нахмурившись, и произношу:
— Прости. Я увлёкся помощью тебе и забыл о них.
— Этого не может быть, — Эвери прижимает ладони к глазам. Я обхожу вокруг стола и хватаю её за запястья, опуская руки вниз. — Ты нарочно сделал это? — она прищуривается. — Это способ помешать мне?
— Конечно, нет. Мне никогда не приходилось жульничать, чтобы выиграть, — у меня сводит челюсти. Не могу поверить, что она так думает. — Мы всё исправим. Я заплачу за испорченное тесто и сделаю столько, сколько потребуется.
Заключаю её в объятия, нарушая все правила этого делового соглашения, потому что её растерянный вид убивает меня. Эвери фыркает и отталкивается от моей груди.
— У нас осталось меньше часа.
— Никогда не стоит недооценивать суперскорость Габриэля Хилла, — отвечаю я, разминая руки. — Я — эльф Санта-Клауса, и у меня есть немного магической пыльцы.
Она выглядит не впечатлённой и поджимает губы, но я не позволяю себе передумать.
— Пойдём, — произношу, хватая её за руку. — Кстати, ты уверена, что с тобой всё в порядке?
— Да, постоянный ушиб самолюбия, помнишь?
— Тогда за работу, Рудольф!
Пока она замешивает тесто, я подыскиваю что-нибудь, что поможет сформировать детали быстрее, чем вырезать их вручную. Используя шаблоны, подбираю два подходящих по размеру контейнера, и нахожу те, которые идеально подходят как для стенок, так и для крыши.
— Это может послужить ножом для нарезки прямоугольников, которые нам нужны, — говорю я, протягивая контейнеры. — И мне кажется, мы можем использовать их также для передней и задней частей домика, просто нужно будет срезать углы, чтобы придать форму треугольника. — Эвери смотрит скептически, пока я жду её реакции на свои слова. — Эй, я рассчитывал на широкую улыбку, воодушевление, может быть, объятия…
— В этом есть смысл. Такими темпами я настолько вымоталась, пытаясь наладить работу кондитерской, что задаюсь вопросом, не знак ли это, — отвечает она, запрокидывая голову. — Может, мне стоит просто продать тебе здание и уехать из города?
— Эй, ты же боец! И не можешь сдаться просто так.
— Разве ты не этого добиваешься? — спрашивает Эвери, пожимая плечами.
— Мне нравится принимать вызов, — отвечаю я, пожимая плечами. — Кроме того, не хочу, чтобы ты приняла поспешное решение, пока тебе плохо, а потом пожалела о нём.
Мне бы воспользоваться ситуацией, но я понимаю одну вещь: она любит это место, а мне не нужна нечестная победа.
Эвери закатывает глаза и хватает один из контейнеров. Мы стараемся работать эффективно: пока она раскатывает тесто, я вырезаю формочки и ставлю их в духовку; караулю у дверцы, и на этот раз пряники не подгорают.
— Почему ты решила открыть собственную пекарню? — спрашиваю я между делом.
— Люблю выпечку с тех пор, как себя помню — это всегда доставляло мне удовольствие. Я люблю смешивать ингредиенты, пробовать разные вкусы, которые могут быть не совсем обычными, — она смотрит на меня, и прядь кривой чёлки спадает на её лоб (она даже не достаёт до бровей).
— Понимаю, о чём ты. Разве это не удивительно — создавать то, что очень нравится людям и заставляет их улыбаться?
— Да, — Эвери встаёт и потягивается. — Мне нравится видеть реакцию людей, и знать, что я приложила руку к тому, чтобы сделать их счастливыми и удовлетворёнными.
Я был не отказался узнать, как она может удовлетворить меня.
Мой взгляд падает на её губы, когда она произносит «удовлетворёнными», но я тут же поднимаю его к её глазам.
— Так, — кладу пряничные заготовки на лист для выпечки и проверяю, как пекутся те, что в духовке. — Эти готовы, — вынимаю их и добавляю ещё два противня.
Я бы с радостью сказал, что нам достаточно двух подносов, но эти заготовки большие, и на один помещается не так много. Нужно удостовериться, что мы наверстаем упущенное и успеем всё приготовить в ближайшие сорок минут до открытия.
  
Мастер-класс начинается только в одиннадцать, но я не хочу, чтобы Эвери волновалась, обслуживая клиентов. Каким-то образом мне теперь не всё равно, как она себя чувствует, и трудно не хотеть вызвать её улыбку.
— Ой, прости, — Эвери отступает в сторону одновременно со мной.
— Великие умы мыслят одинаково, — шучу я и двигаюсь влево, но она отзеркаливает меня. — Хочешь потанцевать? — протягиваю ей руку.
— Что?
— Танцевать, — беру её за руку одной рукой и обхватываю талию второй, вращая нас полукругом, пока мы оба не оказываемся в той стороне, куда направлялись.
— Это работает, — она улыбается.
— Я в твоём распоряжении.
— Сердце Гринча не стало добрым до самого конца фильма.
— Его сердце выросло, а не стало добрым.
— Что тво́рог, что творо́г, какая разница! — отвечает Эвери и пожимает плечами, затем берёт немного муки, чтобы посыпать столешницу.
Я смеюсь и сосредотачиваюсь на прямоугольниках, которые мне нужно вырезать. Когда мы оба тянемся за лопаткой, наши пальцы соприкасаются, и я смотрю на неё. Она вздрагивает, а я улыбаюсь.
— Бери, — говорю я ей.
— Спасибо.
— Знаешь, мне кажется, у тебя есть всё, что нужно, чтобы управлять таким заведением.
— Блин, спасибо! Я занимаюсь этим уже несколько лет.
— Значит, виноват развод? Я думал, что это преувеличение, а ты просто плохой предприниматель, — поворачиваюсь к ней лицом.
— Конечно, у меня это хорошо получается, но Мэтью — местный, а я — нет. Его семья популярна в городе. Когда дошло до развода, люди встали на чью-то сторону, хотя никакого соперничества не было; он переехал и не захотел, чтобы я ехала с ним, — она закатывает глаза, поджимая губы в тонкую линию.
— Он — идиот, — бормочу я.
— Верно, — Эвери наклоняет голову и пристально смотрит на меня. — Вероятно, он не был счастлив. Как бы то ни было, я уже смирилась, но мысль о неудачном браке тяготит меня. Этот внезапный и непредвиденный развод заставляет сомневаться в наших отношениях, даже спустя месяцы.
— Я не виню тебя за это.
Сжимаю её руку, и она замирает, глядя на меня исподлобья.
— Прости. Давай закончим здесь.
Моё сердце бешено колотится. Я хочу утешить Эвери и узнать получше, например, почему она сама подстригла чёлку, а не пошла в парикмахерскую? Интересно, что её заводит?
С самодовольной ухмылкой понимаю, что, похоже, уже знаю ответ на последний вопрос — это я, и мне нравится вызывать у неё хоть какую-то реакцию.
Глава 11
Эвери
Я улыбаюсь, глядя, как народ начинает стекаться на мастер-класс по декорированию. Я не верила, что у нас всё получится, но должна отдать должное Габриэлю за командную работу. Я выделила для этого занятия два часа, поскольку это не четко структурированный мастер-класс, и я буду помогать на протяжении всего процесса.
Моё сердце замирает, когда я вижу, как несколько детей, одетых в шапочки Санта-Клауса, с благоговением осматривают кондитерскую и возбуждённо переговариваются. Одна маленькая девочка хихикает, заметив озорную фигурку эльфа, свисающего вниз головой на верхушке ели.
— Добро пожаловать! На каждом месте уже есть готовые наборы. Я помогу вам создать конструкцию, но украшение зависит только от вашего воображения, — улыбаюсь нескольким детям и жестом приглашаю их сесть за стол. Я объясняю, как распознать детали основы и домика по размерам, как установить каркас домика на основу и как скрепить их с помощью глазури.
Входит ещё один ребенок, и я оставляю тех, кто уже начал работать, пока приветствую новенького. Помогая ему устроиться, поднимаю взгляд на вновь прибывших и хмурюсь — это Джесси и Мэтью.
Клянусь, за эту неделю он заходил сюда больше раз, чем за весь последний год нашего брака. Может, это был знак, что что-то не так? Мне нужно перестать анализировать наш брак и признать, что с ним покончено. Нет смысла искать, что сломалось, если нечего чинить.