Обыкновенный говорящий кот Мяун и его семья
Пока он разговаривал со счастливыми хозяевами Мышки и собак, Мяун успел их как следует рассмотреть. Его кое-что насторожило в овчарке. Запах… Очень редкая комбинация, указывающая на…
– Так, мы договорились и идём к нам домой, а хозяева сейчас за всей этой компанией прибудут на машине, – Олег поудобнее перехватил Мяуна, возлежащего у него на плечах, и свистнул псам. Аня снова взяла на руки Мышку и заторопилась за мужем.
Уже дома, отряхнувшись от гипотетической слякоти и для порядка пару раз лизнув каждую лапу, Мяун решил времени зря не тратить, а пообщаться с гостями. Он просто ушам своим не поверил, когда услышал, что два здоровенных пса додумались до такой поразительной глупости – сказать котёнку, что она – собака! И собрался уточнить этот вопрос:
– Чем вы думали? Чем? Как можно было внушить ей такую неописуемую глупость? Она же чуть не погибла! – кот элегантно обошёл тот факт, что если бы Мышь не убежала, то и не попалась бы на глаза охотничьему биглю. Зато сама Мышь, поглядев на опечаленных псов, призналась:
– Я сама виновата. Не надо было мне убегать…
Мяун закатил глаза, картинно повздыхал и гневно сверкнул на неё глазами:
– Запомни! Правило первое: кошка никогда не признаётся в том, что она не права! Кошка права всегда! Даже если на голову хозяина падает шкаф, который ты уронила, это была вовсе не ты, а кто-то другой! Или он сам упал! Поняла?
– Хозяин или шкаф? – уточнила Мышка.
– Шкаф, а потом хозяин. Оба, – Мяун и сам был котом дотошным и ценил это качество в других. – Ну, так ты поняла?
– Ддда, кажется…
– Кажется ей! Изуродовали идеальное кошачье мышление своим собачьим раболепством! – фыркал Мяун, но ещё внимательнее присмотревшись и принюхавшись к Урсу, вдруг резко изменил тему разговора, решив уточнить, правильно ли он понял.
– Интересненько, интересненько… А ты у нас случайно не из породы хранителей?
– Да, – кивнул Урс. – А ты про нас знаешь?
– Да кто же про вас не знает-то? – с воодушевлением начал Мяун, припоминая все замечательные факты о псах-хранителях, но тут же спохватился.
– То есть, да, слыхал я что-то такое смутное… Вопрос-то мне не очень интересен… – небрежно отмахнулся он и, чтобы отвлечь общество от собственной оговорки, быстро перевёл тему: – А ты почему убежала, если знала, что нельзя?
– Скучно потому что! – хмуро ответила Мышка. – Мне ничего нельзя! Совсем. Туда не лазь, фу, здесь не сиди, фу, на занавесках не виси, низзя. Была в стене норка к соседям, я пошла на охоту, колбасу оттуда наохотила и принесла добычу хозяевам. А они взяли и норку заделали!
– Что ты с колбасой сделала? – ахнул Мяун. Ему даже почудилось, что он ослышался.
– Как что? Хозяевам принесла! – гордо заявила Мышка и удивлённо уставилась на кота, который сделал вид, что готов постучать круглой головой о стенку.
– Ты кто? Ооооо, несчастное создание! Ты – кошка! Если ты что-то поймала – оно твоё! Личное и неприкосновенное! Это второе правило кошек!
– Даже колбаса от соседей? – наивно уточнила серая миниатюрная кошечка.
– Особенно колбаса, и не важно, из какого источника! Молчите оба! – рыкнул Мяун на Урса и Бэка. – Заморочили ребёнку голову! Она – кошка! Нельзя запихнуть кошечку в шкуру собаки, ей там неуютно будет.
– Да, неуютно! – подтвердила ни о чём таком раньше и не помышлявшая Мышка. – И вторая нора у меня пропала, – жалобно вздохнула она.
– Какая нора и где пропала? – Мяуну роль наставника нравилась очень! Да и ситуация уникальная, как ни посмотри… Не каждый день встречается презабавнейшая кошечка, которая была бы всерьёз уверена, что она – собака!
– Нора в стене. За решёточкой и там кто-то есть. Не мышь, и не крыса, я мышей ловила уже, а крыс видела. Только я туда пролезть не могу – кусок стены кривой, и вход узкий получается.
Урс и Бэк, впервые услыхавшие про новую норку, оба насторожились и выдохнули с облегчением, услыхав, что туда пролезть у Мышки не вышло. Мрачно переглянулись и только головами покачали. Мяун ухмыльнулся. Вот в чём он был точно и твёрдо уверен, так это в том, что успокоились они совершенно напрасно!
– Милая моя! Третье кошачье правило: не бегай за дичью, она придёт сама. Главное для кошек – терпение, – кот покосился на собак, понизил голос и тихо прошипел что-то Мышке на ухо. У той радостно вспыхнули глаза. Идея была интересная, а главное – вполне осуществимая! Всего-то приманить дичь. Если кошка не может влезть в норку, отверстие и щель, так и не надо страдать – всегда можно выманить дичь приманкой. Главное – правильно определить, что за дичь!
– А ещё правила есть? – Мышка не поняла, почему так воодушевилась коротенькая и округло-уютная белая бульдожка, а черный хозяйский пёс Дик поднял морду так, словно хотел завыть.
– Чшшшш, про правила при бульке громко не спрашивай! Заговорит всех и каждого, излагая правила бульдогов! – уютно усмехнулся Мяун и, придвинувшись поближе к серому изящному ушку, что-то начал торопливо вещать, излагая кошачьи правила. Самые-самые необходимые на первое время.
Дик опасливо покосился на разочарованную бульдожку и объяснил гостям-собакам:
– У неё на всё есть свои бульдожьи правила. Пока их не уточнит, ничего не делает, зато, когда уточнит… Спасайся, кто может!
Бульдожка обиженно глянула на Дика, а Урс вежливо кивнул.
– Разумно! – он хотел было продолжить, но звонок домофона возвестил о прибытии хозяев, приехавших за ними, и псы, быстро договорившись о месте для дальнейших встреч, отправились к входной двери.
Мяун уточнил у Дика, где именно у псов назначено условное место, потому что терять контакт с уникальным псом из породы хранителей было бы чрезвычайно неразумно.
– Мало ли, в нашей семье такой понадобится… Вот будут же у него дети, и, если среди них получится щенок с отцовским талантом, нам он очень даже пригодится! И живут долго, и чуют любую угрозу. Нет, как ни посмотри, полезные они! Надо-надо из виду такого пса не выпускать. А что? Разумный котик завсегда всё в семью, всё в дом! – Мяун ощутил себя котиком разумным и довольно осмотрел в зеркале своё отражение, а потом отправился к Ваське – рассказать о последних событиях. Они решили, что кормящей кошке нечего с чужаками делать, и теперь она изнывала от любопытства.
– Ах, жалко я не видела, какая она… Надо же! А она лаяла? – Василина кормила Малушу и старательно выспрашивала все подробности общения с удивительными гостями. – А он действительно хранитель?
– Нет, до такого эти оболтусы ещё не дошли, чтобы кошку лаять учить! Да, действительно хранитель… И ведь нам вполне можно ещё собачку завести… Как ты думаешь? Маленькую… Щеночка.
– А разве у него уже есть дети?
– Нет, нету и не было. Я спросил. Но вот если вдруг будут… – Мяун довольно покивал Василине, должным образом оценившей идею. – И Малуше будет личный телохранитель.
Но пока это было делом далёкого будущего, а вот в настоящем внезапно возникли проблемы. Причём с совершенно неожиданной стороны.
– Как свадьбу отменили? – Аня изумлённо смотрела на подозрительно спокойную Сашку, появившуюся через пару дней после эпической битвы Мяуна с Сэмом и знакомства с Мышкой, Урсом и Бэком.
– А вот так. Мы решили, что поторопились! – Сашка блеснула абсолютно сухими глазами.
– Саш, что случилось?
– Я не нравлюсь его маме! – Сашка держалась изо всех сил, а потом в голос зарыдала, перепугав не только Аню, но и всех остальных. Плюшка тут же пристроилась рядом, сложила складки на мордочке в скорбное выражение и трагично заскрипела что-то чрезвычайно заунывное.
– Погоди, да не реви ты так! Плюшка, фу! Котёнок заикой станет! – Аня старалась совершенно напрасно, потому что Плюшка попросту не слышала её попыток остановить концерт. Пришлось зажать мордашку рукой, страшно удивив бульдожку.
– Каааак же мнееее не ревееееть! – Сашка сдерживалась везде. Дома, на работе, даже когда с самим Ильёй говорила, а вот тут не смогла. – Я его люблюююю…