Не сдавайся (СИ)

С этими словами он нажал отбой и бросил телефон на диван.
Сын снова посмотрел на меня.
— Ладно. Готово. Теперь у нас нет времени на пиццу. Нам придется съесть ее до того, как я встречусь с Тедди на игре, а это отстой, и я тоже виню в этом Пегги. — Он посмотрел на Мерри. — Мне нужно взять сумку, а потом мы можем ехать.
Договорив, он вышел из комнаты, а мы с Мерри повернулись, чтобы посмотреть, как он уходит.
  
— Хочу заметить, — тихо начал Мерри, мои мысли были заняты сыном, когда я посмотрела на него, — не уверен, насколько лучше я могу узнать твоего мальчика.
Я почувствовала, как мои губы изгибаются, но он еще не закончил. Мерри посмотрел на меня сверху вниз и сказал:
— Кажется, я только что влюбился, кареглазка.
Я не могла оставаться на месте. Ни за что.
Я качнулась к Мерри. И он поймал меня в объятия. Но говорить он еще не закончил.
— Он хороший человек, заботится о своей маме.
— Да, — прошептала я.
Мерри улыбнулся мне, мягко и мило.
В эту же минуту Итан ворвался в комнату, посмотрел на нас и остановился.
— Ладно, может, я ошибался насчет сентиментальности, потому что… гадость, — заявил он.
Мерри не отпускал меня.
Итан раздраженно вскинул руку.
— Мы будем есть пиццу или как?
— Мы будем есть пиццу, приятель, — сказал Мерри, опустив одну руку, но обхватив меня другой, чтобы направить в сторону Итана.
— Ты в порядке? — спросила я его, пока мы шли.
— Э… нет, — ответил Итан. — Пегги совсем спятила, а папа просто стоял и позволял ей все это болтать. Его волновало только то, что Мерри — коп. К чему это все?
— Ну… — я не была уверена, что мне хотелось на данном этапе делиться с Итаном информацией о судимостях и наркотиках Трента и, соответственно, его естественной неприязни к правоохранительным органам.
— Это не имеет значения. — Итан снова поднял подбородок и посмотрел на меня. — Он — слабак. Я не слабый. Я такой же, как ты. Я могу позаботиться о себе. И могу позаботиться о тебе. Я как Мерри, который весь такой: «Садитесь в машину и езжайте». Он очень зол и сердит, но все равно терпелив, хотя ты только взглянешь на него и понимаешь, как сильно он хотел накинуться на папу. — Итан посмотрел на Мерри. — Я бы хотел, чтобы вы так и сделали, хотя мама говорит, что бить людей неправильно. Папе нужно, чтобы в него вбили немного здравого смысла.
Мерри издал резкий, отрывистый смех.
Я сглотнула и, справившись с этим, сказала:
— Итан, милый, тебе нужно успокоиться. — Он посмотрел на меня. — Тебе нужна рюмка текилы? — предложила я.
— Да, — мгновенно ответил сын.
— Ну, тогда тебе придется довольствоваться двухлитровым стаканом колы у Реджи, — ответила я.
Итан уставился на меня, и вдруг эмоции, управлявшие им, поменялись, и я увидела, как у него отвисла челюсть, но он не мог с этим бороться.
Его подбородок дрогнул.
Мое сердце заколотилось, и от боли я едва не упала на колени.
— Они ведь не заберут меня, правда, мам?
— Нет, малыш, — ответила я быстро, твердо, но мягко, сдерживаясь, желая броситься к нему и обнять. И при этом не хотела нянчиться с ним, когда он, проходя через так многое, сумел держать себя в руках на глазах у Мерри.
Итан посмотрел мне в глаза, кивнул и сказал:
— Прости, мама, но он должен знать. — Он поднял глаза на Мерри. — Вы из полиции. Вы знаете закон. Они заберут меня у мамы?
— Ни в коем случае, Итан, — быстро, твердо и негромко сказал Мерри.
Итан сглотнул.
Затем он кивнул Мерри.
— Может, нам стоит отменить встречу с Тедди, — предложила я, и внимание Итана вернулось ко мне. — После пиццы мы все можем немного пообщаться.
— Только если Мерри останется на утренние вафли, — постановил Итан.
Я напряглась. Но не Мерри.
Он просто проговорил:
— Если твоя мама не против, я останусь.
Я глубоко вздохнула и кивнула.
Мерри снова обнял меня за плечи и сказал:
— Мы с мамой пойдем с тобой на игру, и ты сможешь пообщаться со своим приятелем. Потом мы привезем тебя домой, и все вместе побудем здесь.
Беспокойство улетучилось, когда лицо Итана озарилось от понимания, что он получил меня, Мерри, пиццу, игру, время с другом и совместное времяпрепровождение дома.
— Потрясающе! Ненавижу пропускать домашние матчи.
— Значит у нас есть план, — пробормотал Мерри.
— Я отнесу свою сумку и позвоню Тедди, — объявил Итан, взял сумку и ушел.
Я повернулась к Мерри.
— Итак, мы полторы недели трахались, чтобы добраться до зоны, с которой стоило начать, а после я перекинула тебя в самый центр мой жизни, с ее проблемами и ребенком. Ты не чувствуешь жжения в голове?
Мерри улыбнулся мне.
— Нет.
— Ну, это хорошо, — пробормотала я, глядя на его рубашку.
— Шер.
Я подняла глаза.
— То время на размышления было нужно не для понимания, что я хочу вернуться в твою постель, — заявил он. — Это и так мне было понятно. Оно было необходимо для понимания, что я желаю стать частью твоей жизни. Я хотел этого, дорогая. И неважно, произойдет это через два дня или две недели. Я получил желаемое раньше. И меня все устраивает. Так что перестань волноваться.
Я уставилась на него.
— Ты можешь перестать быть идеальным. У меня развивается комплекс.
Мерри снова улыбнулся мне.
— Ты прекрасно выглядишь. Во всей округе нет попки, которая бы выглядела привлекательней в джинсах, и она принадлежит мне. Ты отличная мама. Ты прекрасно обставила квартиру, хотя боюсь, что призрак Джими Хендрикса может показаться в любую секунду. Вырастила отличного ребенка. И я готовлю вам обоим вафли по утрам. Думаю, я тоже неплохо справился.
Боже!
Мерри.
— Итан принимает на себя мою сентиментальность, мне же придется делать это с твоей, — указала я.
Он наклонил голову ко мне, прижимаясь ближе, и его тон явно указывал на то, что его представления о сентиментальности далеки от моих.
— И на какое количество я могу рассчитывать?
Я открыла рот, чтобы заговорить, мысленно приказывая своему сжимающемуся лону вести себя хорошо, но в комнату вбежал Итан с криком:
— Ребята! Ну вы серьезно! — И ответить я ничего не успела.
Я смотрела, как Мерри снова улыбается.
И мне это понравилось.
Потом я наблюдала, как он отодвигается, и уже полностью погрузилась в процесс, когда мы с парнями отправились есть пиццу.
* * *
— Она иногда вырубается перед телевизором, — услышала я шепот Итана.
— Даже не сомневался, — последовало низкое ворчание от Мерри.
— Обычно я трясу ее очень нежно, пока она не проснется. Потом помогаю ей проверить, заперт ли дом, погашен ли свет, и только после мы ложимся спать. — Снова Итан.
— Давай ты убедишься, что дверь заперта, а я займусь светом и уложу твою маму спать. — Снова послышался голос Мерри.
Сама я осознала, что свернулась калачиком на диване, мою голову обнимает что-то теплое и потрясающее, но это было не совсем мягкое, потому что на деле оказалось бедром Мерри.
Черт.
Моргнув, я открыла глаза и увидела ноги Мерри на журнальном столике. Я медленно опустила руку на диван и приподнялась.
— Я не сплю, — соврала я, плохо осознавая, что слова выходят невнятными.
— Конечно, — пробормотал Мерри.
Я откинула голову назад, чтобы посмотреть на него сонными глазами.
Ухмылка, которая предназначалась для меня, была мягкой и доброй.
Черт.
Я просто зависима от этого взгляда, от этой ухмылки.
Черт, я была зависима от самого Мерри.
— Займусь дверью и светом, — быстро сказал Итан. — Спокойной ночи, мам.
Я повернула голову, откинула рукой волосы с лица и увидела, что сын уже уходит. — Спокойной ночи, малыш.
Он тоже ухмыльнулся, выключая свет у дивана.
  
Я почувствовала, как Мерри сдвинулся с места, и посмотрела в его сторону, чтобы увидеть, как он поднимается на ноги прямо перед тем, как наклониться и взять меня на руки. Он поднял меня, как жених невесту, прямо на глазах у моего ребенка.