по прозвищу Кобра III. Москва 1980 (СИ)

Разное говорят про эту машину… и что её Гессеру, якобы, подарил сам Никита Сергеевич Хрущёв… и про ту ментовскую засаду, из которой Гессер просто улетел на этой машине, так никого и не убив. Но, факт остаётся фактом… эту машину, хотя ей уже 20 лет, Гессер менять даже и не собирается. Хотя, маги его уровня, и Артур, и Инквизиторы уже пересели на новенькие Mercedes-Benz W 116. Как у Высоцкого и у Брежнева!
— Привет! — без улыбки говорит Антону шеф, сидящий на роскошных подушках заднего сиденья лимузина, — Присаживайся. Поехали!
И без паузы:
— Антон! Вчера, днём, в парке «Кузьминки» ты штатным служебным амулетом «Нефритовый жезл» убил двух зарегистрированных тёмных — вампиров, парня и девушку. Без всяких на то оснований. Во внеслужебное время. Когда они мирно гуляли в парке. Просто, встретил и убил! После чего сбежал домой и лёг спать!
Вот, ничего себе, бодрое утро, Антон Городецкий!
— Такова версия тёмных! — продолжает шеф, — Они уже заявились по этому поводу в Инквизицию и по её вызову мы с тобою сейчас едем на место происшествия. Никаких доказательств, что всё это было не так, у нас пока нет. Пока! Тебя нашли вечером крепко спящим в другом конце парка наши — Игорь и Гарик, которых ты заранее вызвал туда по рации на подмогу, сказав, что преследуешь вампиршу, но у тебя разряжен амулет. Ты сам, что-нибудь помнишь про это?
Антон честно пытается хоть что-то вспомнить…
— Не-е-ет, Борис Игнатьевич, просто, какое-то мелькание в голове. Помню, перед обедом я поехал в метро с суточного патрулирования домой и всё. Да, позавтракали со сменщиком в чайной и я поехал. Больше ничего не помню, кроме того, что сегодня с утра у меня очень необычное и давно забытое состояние — бодрость и сила во всём теле. Значит, выспался, блин!
Вдруг, раздаётся пиликание автомобильного «Алтая». На красноватом пультике телефона горит имя вызывающего абонента — АРТУР.
— Говори, тёмный! — не снимая трубки произносит Гессер в сторону пищащего аппарата, — Я весь внимание!
— Богя, пгивет! — слышится неприятный картавый голос демона с именем Артур, — Давай, по-бгатски, газойдёмся кгаями! За тобою четыге воздействия пегвой степени и всё. Заявление в Инквизицию я отзову. И Антон твой тоже пусть пока гуляет… нгавится он мне, хоть и негвный. Как выгонишь, возьму его к себе, а-ха-ха! Гядом? Пгивет ему!
— Maybe My Darling… Maybe… — задумчиво отвечает ему шеф, почему-то по-английски и резко прерывает разговор, — До связи!
Далее, шеф уже смотрит на Антона…
— Тебе всё понятно? В общем, всё очень серьёзно! Тёмные, естественно, требуют твоей крови и других кар на нашу голову… А сейчас ты закроешь глаза, положишь голову мне на колени и всё покажешь и расскажешь, что видел и слышал вчера.
Антон покорно закрывает глаза и кладёт голову на колени Гессеру. Звуки для него уходят и свет гаснет.
СЦЕНА ¾
Через 10 минут, там же
— Почти, ничего, Антон! — говорит шеф, придерживая его, несколько вялого, за плечи, — Почти, ничего… Но, какова работа! Кое-как же вытащил… аж, с третьего слоя Сумрака достал. Кое-как… Очень сильный маг!
Антон растерянно смотрит на него. За двойное немотивированное убийство Иных есть только одно наказание — полное развоплощение убийцы. И что-то ещё на сам Дозор повесят Инквизиторы, без сомнения…
— Значит, так, — задумчиво продолжает шеф, — Вчера, в районе обеда, ты, действительно, ехал в метро со смены, засёк несанкционированный «Вампирский вой», вычислил жертву в своём вагоне — мальчика 13-ти лет и пошёл за ним в парк «Кузьминки» с целью обнаружения незаконно охотившейся там вампирши. Уже в парке ты вызвал подмогу. Не подходя близко к вампирше и мальчику ты нырнул в Сумрак. Потом, вынырнул из него, буквально, рядом с вампирами (их было двое — девушка и парень) и убил обоих. А мальчик, попросту, убежал. Нетронутый! Мы его потом найдём по твоему слепку. А ты пошёл спать в другой конец парка. Там тебя ребята и нашли. Разбудить тебя они не смогли и, попросту, отвезли домой, досыпать. А прах вампиров утилизировали, смели в мешок и выбросили его на помойку. Вот и всё! Почти…
 
— Это всё⁈ — мечется по лимузину Антон, — Ну, хоть мотивацию определили, всё не однозначное развоплощение… А что, это, «почти», шеф?
— А «почти», Антоша, — притворно ласково говорит шеф, — Это несколько м-а-аленьких нестыковочек… Но, о них мы поговорим в присутствии наших оппонентов и обвинителей. Вот, кстати, и они! Приехали…
СЦЕНА ⅗
Площадь у метро «Кузьминки»
Перед калиткой в парк за универмагом «Будапешт» стоят два шикарных дорогих Мерседеса — Артура и Инквизиторов, несколько Жигулей и Москвичей из их свиты. От человеческой публики — посетителей «Будапешта» и пассажиров автобусно-троллейбусной развязки и метро, место стоянки машин Иных временно отгорожено стеной Сумрака и в этот угол уличного пространства никто из людей и не думает соваться. Лишь некоторые идут, но, что-то решив по пути, вдруг, останавливаются и разворачиваются назад или идут в обход.
Все собравшиеся друг друга хорошо знают.
— Светлый Гессер! — буднично и без предисловий начинает говорить один из двоих абсолютно одинаковых как однояйцовые близнецы Инквизиторов, — В адрес Инквизиции от Дневного Дозора поступило заявление с обвинением вашего сотрудника Антона Городецкого в двойном немотивированном убийстве зарегистрированных тёмных Иных. Детали этого обвинения известны всем?
Гессер, Артур, Антон и другие присутствующие молча кивают.
— Светлый Гессер! Что можете заявить по существу данного обвинения?
Шеф молча бросает Артуру, Инквизиторам и самому Антону слепки памяти Антона. И через некоторое время Инквизитор возглашает:
— Обвинение в части немотивированности убийства тёмных Иных снято, остальное — в силе. Приговор — четыре воздействия 1-й степени в пользу Дневного Дозора. Наказание Антона Городецкого — на усмотрение руководства Ночного Дозора. Обжаловать Приговор будете, светлый Гессер?
— Нет, Ваша честь, не буду! — говорит шеф, — Но, при одном небольшом дополнении.
Все, включая демона Артура — руководителя «Дневного Дозора», на вид, вальяжного моложавого господина в модной импортной одежде и с изящными золотыми украшениями, с вопросительным любопытством смотрят на Бориса Игнатьевича…
— На слепке памяти Городецкого все мы прекрасно видим, — начинает свою речь Гессер, — Что, его штатный служебный амулет дозорного «Нефритовый жезл» практически разряжен и при всём желании он не смог бы нанести двум тёмным Иным летальное поражение, тем более такое тяжёлое — они были, буквально, разорваны в клочья, после чего, все клочки испарились, если я не ошибаюсь…
Гессер делает паузу.
— Так, вот, я боюсь даже приблизительно назвать силу произведенного воздействия. Генераторов магической энергии такой мощности в офисах обоих Дозоров нет, даже суммарно. И, это — первое!
Присутствующие задумчиво молчат. Сказать им нечего. С наблюдением Гессера нельзя не согласиться. Всё, именно так. А, значит, вампиров убил не Антон Городецкий и не своим разряженным штатным служебным амулетом «Нефритовый жезл».
Тогда, кто же и чем это сделал?
— Рядом со следами Антона, начиная с входа в парк, на дорожке мы чётко видим ещё одни следы. Они идут вплоть до половины расстояния к месту убийства и затем прерываются, а их хозяин, видимо, исчезает. Кто это, мы сказать не можем, не видим, т. к. Антон шёл по следу мальчика, опустив голову. Это — второе!
Все присутствующие Иные начинают перематывать слепки. Так и есть! Другие следы имеются рядом со следами Антона. И по этим следам видно, что шёл мужчина, шаг широкий и тяжёлый… Остальное, установят эксперты.
— И третье, уже крайнее, — говорит Гессер, — На месте обрыва этих следов мы видим лёгкую… лёгонькую такую… флюктуацию… на минуточку, флюктуацию Мироздания. Да, вот, эта рябь! Т. е., в этом месте кто-то, буквально, на один квант подвинул назад пространственно-временной континуум — а это… наша с Вами реальность, коллеги! И если кто-то из присутствующих здесь способен сделать так же, или знает кого-либо, или слышал или читал о том, кто может это сделать, прошу немедленно нам сообщить!