Черешни растут только парами
Я думала, что мое возвращение в Гданьск приведет к каким-то шагам со стороны Марека. В конце концов, это он меня сюда вытащил из Руды. Нет, речь вовсе не о том, чтобы он сразу сделал мне предложение, просто почему бы нам не пожить вместе? Но был Руди. А у Марека была аллергия на кошек.
– Как кот? – переспросила я, услышав вопрос Шимона. – Руди, похоже, не очень счастлив. Все не может найти себе место.
– А ты? – спросил он. – Ты счастлива?
Я не знала, что ему ответить.
– Я, кажется, как кот. Уж и не знаю, где мой дом. Я скучаю по Руде, по дому.
– К Мареку не переезжаешь?
– Нет, у него аллергия на кота.
– На кота, – повторил он.
– Да.
– А на тебя у него нет аллергии? – спросил он ехидно.
Наступила неловкая тишина. Он прервал ее:
– Дай мне знать, когда будешь здесь.
– Конечно. Сразу позвоню, и ты придешь к нам!
– К кому это к вам?
– Ко мне и Руди.
– Понял.
Интересно, только мне этот разговор показался странным? Я почувствовала, что потеряла невидимую связь с Шимоном. Мое возвращение в Гданьск прервало ее очень грубо. Стоило ли оно того? Была ли я здесь счастлива?
Не знаю.
У меня начало складываться ощущение, что у Марека аллергия не только на моего кота, но и на меня. Конечно, он не сказал бы мне этого открытым текстом, но я больше не могла доверять ему, как раньше.
* * *– Смотри, за такую виллу, если с ремонтом, ты можешь получить очень приличные деньги, – сказал Марек однажды.
– Но я не хочу ее продавать, – настаивала я.
– Когда-нибудь все равно придется продать.
– Почему? – возмутилась я.
– Дорогая. Когда пойдут дети, у нас не будет времени ездить туда. Дом обветшает, упадет в цене.
Я всегда млела при мысли о семье, о детях, а Марек, прекрасно зная это, пользовался этим вовсю. Тогда я даже подумала, что он прав. Действительно – какой смысл держать большую виллу в нескольких сотнях километров от постоянного места жительства? Тем более когда пойдут дети.
Но я забыла, что если у тебя есть дети, то неплохо бы жить вместе. А этого мы не могли себе позволить по известной причине – аллергия на кошек.
Поэтому жизнь вместе с Мареком требовала очень многих жертв от меня: я потеряла Шимона, который вытащил меня из глубочайшей ямы в моей жизни, я должна была потерять дом, который был полон памятных вещей от близкого мне человека, и избавиться от своего рыжего друга.
Очень большая цена за то, чтобы быть с Мареком. Стоил ли он этого?
Наверняка нет.
Иногда я думаю, что Кто-то следит за мной и вовремя удерживает от глупости.
И я благодарна Ему за это.
* * *В конце марта у Марека был день рождения. Я не очень хорошо представляла себе, что можно подарить мужчине, у которого есть все. Причем все самого лучшего качества, от самых лучших производителей. Его не удовлетворил бы подарок, который позволяли мои средства. Впрочем, я никогда не была знакома с последней модой, не следила за техническими новинками. Марек был в курсе всего и мог купить себе все прежде, чем я успела бы об этом подумать.
Я немного волновалась. В последнее время он был какой-то очень нервный, снова начал курить – несмотря на то, что раньше старался этого не делать. Перестал выходить на пробежки, потерял аппетит и желание заниматься сексом.
– Тебя что-то беспокоит? – спросила я.
– Много работы. С одной стороны, это хорошо – деньги, но с другой плохо – стресс.
– Может, я что-нибудь у тебя возьму?
– Нет, нет. Работы много, но все под контролем.
– Тебе нужен отдых. Как насчет какого-нибудь крутого спа?
Марек улыбнулся:
– А что, неплохой вариант. Есть какой-нибудь приличный спа-центр в районе твоей исторической виллы?
– Наведу справки. – Я прижалась к нему. – Тогда я приглашаю тебя на твой день рождения. Только без мобильника и без ноутбука.
Марек поднял два пальца вверх:
– Обещаю.
* * *Мы поехали в Лодзь. Я радовалась как ребенок. Я была очень удивлена, когда мы сначала подъехали к моему дому.
– Сюрприз, – сказал он. – На одиннадцать я тут кое с кем договорился о встрече.
– Здесь, у меня? – спросила я. – С кем?
– С оценщиком имущества, – сказал он. – Разве ты не хочешь знать, сколько стоит этот дом?
– Марек, но мне не нужен оценщик. Я и так знаю, чем этот дом ценен для меня и насколько. – Я приложила руку к сердцу. – Это измеряется не деньгами.
* * *Однако оценщик был уже вызван. Он заглядывал в каждый угол моего дома, а Марек провожал его взглядом и ценными указаниями – вел себя как пан в своем имении:
– Здесь у нас кухня, окна меняли. Перекрытия тоже в хорошем состоянии. Можем осмотреть чердак. Просторный.
– Чердак не можем, – возразила я.
Марек рассмеялся.
– Я не шучу, – твердо сказала я. – На чердак входа нет.
– А что там на чердаке? – спросил Марек.
– Трупы слишком жадных женихов, которые без спроса у невесты привозили оценщиков имущества.
Оценщик удивленно посмотрел на меня.
– Трупы оценщиков там тоже есть, – заявила я. – Штуки три.
– Пани шутит. – Марек попытался обнять меня. – Разумеется, можно и на чердак.
– Нет. – Я встала на ступеньки, перегородив проход. – Хватит. До свидания.
* * *Когда ушел тот тип, что заглядывал в каждый угол моего дома, я приготовила кофе. Это то, о чем я мечтала все эти несколько недель пребывания в Гданьске. О том, чтобы выпить кофе с молоком, сидя в своем кресле. Кресло, на котором виднелось бледное, для других невидимое, пятно крови. Память о моем ребенке.
Я не говорила с Мареком об оценщике. Я решила, что такой разговор в этот день будет не на пользу. Он уже давно должен был почувствовать, что я не заинтересована в продаже дома. Ему следовало бы принять этот мой выбор и уважать его.
Он тоже не затрагивал эту тему. Он принадлежал к тому типу людей, которые любят заметать проблемы под ковер. Если не видно, значит, этого нет. Я не хотела портить нам выходные.
Я также не звонила Шимону, не сообщала о приезде, не приглашала. Мне казалось, что последняя и единственная его встреча с Мареком напоминала петушиный бой. А курицей, за которую они дрались, была я.
Пообедать мы решили в отеле. Мне не хотелось уезжать отсюда. Я чувствовала, что здесь мое место, здесь я должна быть.
Марек что-то упаковывал в багажник, я еще раз обошла дом вокруг. Мне хотелось запомнить все. Я не знала, когда снова смогу приехать сюда. Но знала, что надо будет вернуться сюда одной, без Марека. Я хотела провести здесь несколько дней со знанием, что никто не будет совать свой нос в мои углы.
– Недолго же вы здесь погуляли. – В нескольких метрах от меня стояла женщина. Та, что обычно. В ее глазах я увидела печаль. – Я думала, наконец-то здесь будет кто-то добрый и я смогу успокоиться.
Она определенно была ненормальной.
– Я могу вам чем-нибудь помочь? – спросила я.
– Можете.
– Скажите чем?
– Зося! Ты идешь? – услышала я голос Марека. И буквально через мгновение увидела, как он вышел из-за угла дома. – С кем ты там разговариваешь?
– А вон с той пани. – Я повернулась к дороге, ища взглядом женщину, но не обнаружила ее.
– Здесь кто-то был? – удивился он. – Я никого не видел.
– Да. Был…
Впрочем, я и сама начала сомневаться, была ли женщина…
* * *Отель оказался раем. Прекрасная кухня, отличное обслуживание. Большие, просторные номера в старом заводском здании, приспособленном под гостиницу, с интерьерами в стиле лофт. Мы отобедали, отдохнули в номере и пошли в бассейн. Вечером ужин, какой-то фильм, и мы легли спать. Несколько раз меня так и подмывало сказать ему, что я думаю о планировании встреч с людьми, которых я не хочу видеть, но искренне не хотела портить наш уик-энд и его день рождения.