Завоеванная инопланетным воином (ЛП)

Движущееся изображение замерло и увеличилось, предлагая зернистое изображение лица Зои, а затем разделилось, чтобы отобразить рядом ее четкую фотографию. Большая часть тела Зои была скрыта силовиком и Рендашем из-за угла съемки. Несмотря на плохое качество изображения, Рен увидел страх на ее лице.
— Теперь мы переходим к отрывку пресс-конференции, состоявшейся этим вечером в Вейле, штат Колорадо.
Картинка на экране сменилась изображением стоящего перед толпой мужчины, выступавшим, перегнувшись через трибуну. Несколько силовиков в форме стояли позади и вокруг него.
— Хотя в настоящее время мы не можем поделиться подробностями, — сказал мужчина, — Зои Уэстон разыскивается за убийство Мэтью Джонсона в Юте на прошлой неделе. Мы считаем Уэстон и ее неопознанного спутника вооруженными и чрезвычайно опасными. Любую информацию об их местонахождении следует сообщать непосредственно в местные правоохранительные органы. У нас есть основания полагать, что они движутся в восточном направлении через штаты Среднего Запада.
Толпа заговорила вся сразу, их голоса были слишком неразборчивы, чтобы их можно было разобрать, пока мужчина на трибуне не указал на одного из зрителей.
— Можете ли вы прокомментировать инопланетянина, который был четко виден на кадрах? — последовал приглушенный вопрос.
— На данный момент у нас нет комментариев относительно подлинности этой видеозаписи. События на этой парковке в настоящее время расследуются, и задействованный полицейский восстанавливается после полученных травм. Важно то, что Зои Уэстон и ее спутник опасны, и их нужно поймать, чтобы они могли предстать перед правосудием за свои преступления — прежде, чем они нанесут еще больший ущерб.
На экране снова появились мужчина и женщина, которые вели передачу, оба сидели за широким столом. В углу маленькое изображение показывало Рена в момент его нападения на силовика.
— ФБР сообщает, что у них есть информация о том, что Уэстон и ее спутник, возможно, были замечены рядом с Канзас-Сити рано утром, — сказал мужчина. На экране появилась фотография Зои с Реном за спиной, его руки полны еды и напитков из торгового автомата. Туалет, в который они зашли тем утром, был на заднем плане.
— Если вы увидите Зои Уэстон или ее спутника, власти предупреждают, что вам не следует приближаться к ним ни при каких обстоятельствах, — сказала женщина. — Вот несколько местных номеров, по которым мы можем позвонить в районе Колумбуса, если они случайно попадут сюда.
На экране появилась серия символов и цифр, многие из которых были бессмысленны для Рена, но он понял подтекст: люди Зои теперь были против нее.
Картинка вернулась к двум людям за их столом.
— Какая дикая история, — сказал мужчина.
— Безусловно, — ответила женщина. — И это видео потрясающее. Очень хорошо сделано. Всегда интересно, когда что-то в Интернете приобретает такое масштаб. Это может стать ключом к привлечению убийцы к ответственности.
— Ну, я не…
Рен выключил телевизор. Он некоторое время смотрел на черный экран, прежде чем выйти из оцепенения. Не было никакой пользы от зацикливания на том, что произошло, или желания, чтобы все пошло по-другому. Это были их обстоятельства, и они встретят их лицом к лицу.
Он достал из упаковки один из сэндвичей, запил его напитком в красной банке и молча жевал. Бутерброд был вкусным. Напиток, же был чересчур сладким, и он невольно съежился после первого глотка. Он отложил его в сторону для Зои и вместо этого отпил из одной из бутылок с водой. Это была странная еда для него: прием пищи всегда сводился к тому, чтобы за короткое время наполнить свое тело как можно большим количеством топлива, чтобы компенсировать дополнительную энергию, сжигаемую при использовании найроса.
На этот раз он ел медленнее, не торопясь, чтобы насладиться вкусом и текстурой.
Когда с сэндвичем было покончено, он достал Твикс, который Зои купила на их последней остановке, и положил его не распечатанным на кровать. Он обнаружил, что делиться ему нравится больше. Удовольствие Зои, каким бы незначительным оно ни было, намного усиливало его собственное. Он подождет, когда она вернется, и съест это вместе с ней.
  
Вскоре после этого в ванной включился душ, которому предшествовал короткий скрип — вероятно, это Зои крутила ручки управления. Рен прислушался к журчанию воды и заставил себя отвлечься от мрачных мыслей о том, как все могло пойти не так.
В конце концов, душ выключился, и Зои вышла немного позже, одетая только в полотенце. Ткань была недостаточно большой, чтобы полностью прикрыть ее, и края расходились от того места, где она была скреплена на груди, открывая живот и бледную, соблазнительную ногу.
Несмотря на эту заманчивую демонстрацию, его внимание привлекло не ее тело.
Рен вскочил на ноги, широко раскрыв глаза.
— Что случилось с твоими волосами?
Она подняла руку и коснулась коротких, влажных, рыжевато-золотистых локонов. До того, как она вошла в ванную, ее темные волосы каскадом ниспадали до середины спины. Ему нравилось видеть, как они прикрывали ее плечи и грудь, нравилось проводить по ним пальцами.
Теперь ее волосы были на много тонов светлее, с тем же рыжеватым оттенком, и едва доставали до подбородка. Часть их была зачесана на лоб, короче остальных, касаясь ресниц.
— Плохо выглядит? — спросила она с робостью в голосе, которой он никогда раньше не слышал.
Он сократил расстояние между ними. Из ванной донесся запах неизвестных химикатов, и он уловил этот же запах от Зои. Протянув руку, он взял прядь ее волос между пальцами. Изменилась даже текстура: разница была едва ощутимой, но он заметил ее.
— Что ты сделала? — тихо спросил он.
— Я изменила их, чтобы люди не узнали меня, — она подняла глаза, чтобы встретиться с ним взглядом. Следы уже пролитых слез были заметны в ее покрасневших глазах и легкой припухлости вокруг них.
Он внезапно ощутил пустоту в груди, а затем, казалось, она сжалась сама по себе, как взорвавшаяся звезда, оставившая после себя черную дыру. Это была его вина. Ей пришлось измениться из-за него, из-за его вмешательства в ее жизнь. Потому что он не проявил бóльшую осторожность.
Но это было больше, чем просто ее волосы, намного больше с самого начала. Это было просто визуальным, физическим воплощением всего, от чего она отказалась ради него. Зои не считала свою жизнь хорошей, но она принадлежала ей. Она бы поняла это, нашла бы свой путь. Он забрал у нее все.
И даже если было еще не слишком поздно изменить курс, Рен не смог бы заставить себя отпустить ее.
Она проложила себе путь к нему, в его жизнь, в его разум, в его самые сокровенные желания. Она была такой же частью его, как его руки и ноги, его глаза, его сердце, его найрос. Она была его. Потерять ее…
Он должен был быть готов к этому. Должен был принять такую возможность несколько дней назад. Потеря близких людей была постоянной угрозой на протяжении всей его жизни, и он всегда принимал этот риск как неизбежную истину. Никогда не было причин противиться этому, никогда не было причин отвергать это, но даже малейшая мысль о потере Зои была достаточно тяжелой, чтобы раздавить его.
— Ужасно, не так ли? — спросила она, отворачивая лицо.
— Я вижу тебя, — он обхватил ее щеку и вернул ее лицо к своему. — Я всегда буду видеть тебя, куния. И ты прекрасна.
Улыбка Зои загорелась в ее глазах за мгновение до того, как медленно растеклась по губам. Она положила ладони ему на плечи, и Рендаш наклонился ровно настолько, чтобы обнять ее, оторвать от пола и притянуть к себе.
Их губы встретились в крепком поцелуе, нежном и грубом одновременно, наполненном невысказанными словами. Ее пальцы погрузились в его гребни, и она обвила ногами его талию, когда он понес ее к кровати. Положив ее, он отодвинулся, полотенце разошлось в стороны, обнажив ее пышные формы. Зои лежала перед ним, такая прекрасная, она была всем, чего он желал, и все остальное исчезло из его сознания.