Раб ведьмы (СИ)
Днем Марика пошла в центр деревни. Нужно было продуктов накупить, да занести снадобья постоянным клиентам. То, что творилось на центральной площади ей не понравилось. В центре площади на глашатой трибуне стоял монах в черной рясе с кривым посохом и громко скрипучим голосом вещал:
— Грядет час страшного суда, и воздастся всякому по его заслугам. Покайтесь грешники, ибо господь един, и он милосерден. Господь снисходителен к слабостям человеческим коли отринут от себя все нечестивое люди праведные и истинному богу молитвы вознесут. Отрекитесь от ереси, оставьте дела грешные, забудьте про нечестивцев. Ведьмы да колдуньи богом истинным прокляты, нечестивы они и лишь зло народу несут. Гоните их из сел своих, ибо язык их грязный очернит ваши души, взгляд их черный осквернит ваши тела и ничего кроме греха не приносят они.
Марика хмурилась. Она стояла в сторонке и к толпе слушающих не подходила. В толпе были в основном женщины, да несколько ребятишек. Старичок что мимо проходил лишь плюнул в сторону вещавшего монаха, а завидев ведьму улыбнулся и даже поклонился ей:
— Здравия тебе, Марика. Ты на него не смотри, больной он, прокаженный весь. Вот и несет чушь несусветную. Тошно слушать.
Марика старичку улыбнулась и кивнула, но в душе тревога зарождалась. Женщина на селе народ малообразованный, да легко всему верящий. Из толпы раздался звонкой голос:
— А коли ведьмы у нас не будет, кто наши хвори лечить будет? — выкрикнула Аглая.
— Не к чему такое лечение люду праведному, — ответил ей монах, — молитесь и господь облегчит ваши души, что на роду написано, того не миновать.
— Ты это мужу моему скажи, которого наша ведьма зимой от смерти спасла да на ноги поставила, — не унималась Аглая. Женщина стояла у самого края толпы и рукой придерживала уже хорошо заметный животик.
— Вот ты баба своего мужика и потеряла, коли сама к нему ведьму привела, — не унимался монах, — ты пока на сносях будешь уведет у тебя мужа ведьма.
Женщины в толпе заулыбались, кто-то даже засмеялся. Ведь все в деревне знали, что ведьмочка с рабом в одном доме живет, и глаз с него не сводит. Раб у нее был статный, широкоплечий, высокий да в хозяйке своей души не чаял. Так что не верили бабы, что ведьма мужа из семьи увести может. Давно она у них живет и никогда такого не было.
— Глупый ты, монах, не знаешь ты нашу ведьму, вот и балаболишь. Бабоньки, коли ведьмочки нашей в деревне не будет, кто же наших деток от болезней вылечит? Кто стариков поддержит? Скотинку нашу от напастей заговорит? Нет, бабоньки, боги небесные нам ведьмочку в деревню послали, беречь ее нам надо.
И махнув рукой Аглая отошла от толпы. Кто-то из женщин закивал, кто-то молчал и только хмурился. Аглая же увидела Марику у стены и подошла к ней.
— Здравствуй, Марика, ты его не слушай. Пойдем лучше к дому.
Женщина взяла девушку под руку, и они пошли по улице.
— Не переживай из-за этого, — вновь заговорила Аглая, — люди говорят они давно по деревням ходят. Мозги людям промывают, говорят даже сам король монаху поверил и дал разрешение в столице их храм открыть. А вот в деревнях они на долго не задерживаются. Поголосят да дальше уходят.
— Лишь бы дел не наделали, голосистые, — вздохнула Марика, — а я все думаю, почему ко мне приходить стали меньше. Весна ведь. Весной всегда за оберегами да наговорами приходят, а тут…
— Это временно, Марьюшка, уйдет он скоро. Ты только себя побереги, не ходи пока одна. Народ у нас не плохой, но доверчивый дюже.
На том и разошлись. Ирвину о случившемся днем девушка ничего не рассказала, решила, что и в правду не о чем переживать. Ведь в деревне она жила седьмой год и недоброжелателей у нее практически не было.
Ирвин же с работы пришел в приподнятом настроении. За ужином он рассказывал о планах, вылазка в лес этой зимой все же была удачной, и редкие изумрудные сосны они нашли. После паводка лесорубы планировали мост строить на ту сторону. И если все получится ценная древесина принесет большой доход.
— Избушку отремонтируем. И зимой уже не будет моя хозяюшка мерзнуть, приговаривал Ирвин вытирая руки. Марика вздрогнула: «а ты? — подумала она, но промолчала. — Значит в правду уйти решил».
— Эх, лето будет насыщенным на события! Столько всего нужно успеть! — продолжал Ирвин.
Марика стояла у таза и мыла посуду, вздрагивая от каждого его слова. «Успеть перед чем? Успеть до того, как ты уйдешь?». Она зажмурилась, прогоняя непрошенные слезы.
— Ирвин, — тихо обратилась она к нему, — я тебя не отпущу.
— Что? — не понял парень.
— Прости, но я не освобожу тебя, — девушка перешла на шепот.
Парень зло бросил полотенце на лавку.
— Ты же обещала, Марика! Обещала мне! — крикнул он и выскочил из дома, громко хлопнув дверью.
Ведьмочка вздрогнула от стука и упала на колени разрыдавшись.
— Я не пущу тебя, Ирвин, — шептала она, — не пущу, потому что люблю тебя.
Глава 18
К ночи парень так и не вернулся. Уже по темну девушка обошла весь двор, заглянула и в сарайку и в предбанник, раба нигде не было. Походив еще немного Марика поднялась в спальню и пол ночи проворочалась и прорыдала. А утром решила сама пойти его искать. Девушка полагала, что Ирвин мог заночевать у Густова или Юджина сильно обидевшись на свою хозяйку. Она не винила его за это, прекрасно понимая. В итоге ведьмочка решилась поговорить с ним открыто, рассказать о своих чувствах, признаться, что боится потерять его.
Полная решимости девушка отправилась к дому Юджина.
— Ведьма, — крикнул мальчишка из толпы прозодящих мимо ребятишек.
Марика промолчала. Ну да, ведьма и что тут такого? В деревне все знают, что она ведьма. Работа у нее такая.
— Ведьма. Ведьма, — закричали мальчишки и засмеялись.
— Злая ведьма, — крикнул кто-то из детей и в спину девушки полетел камень.
— Эй, — возмутилась Марика и обернулась, — вы что творите, негодники.
Но дети уже раззадорились.
— Ведьма. Ведьма. Злая ведьма, — кричали дети и в девушку полетели камни. Кто-то бросал под ноги, кто-то старался попасть по ногам.
Ирвин вышел из-за угла и увидел, как дети бегают вокруг Марики, что-то кричат и кидают в нее камни.
— А ну прочь! — крикнул он и в этот момент один из сорванцов, светловолосый мальчик в дорогой курточке, запустил камень в голову девушке. Снаряд угодил прямо в висок, и девушка упала. Ирвин подбежал к Марике, подхватывая ее тело, — пошли прочь! — рыкнул он на ребятишек.
— Да ты всего лишь раб, — закричал все тот же светловолосый и кинул в Ирвина камень, — глупый раб у глупой ведьмы.
Ирвин присел, закрывая собой тело ведьмочки у подставляя спину под удары. Град камней посыпался на него. Дети кричали, смеялись и забрасывали его камнями.
— Вы что творите! — послышался женский визг со стороны, — Вальтер, паршивец, сейчас уши надеру. А ну вон отсюда!
К рабу и ведьме подбежала Элика. Девушка остановилась в паре метров от них и прикрыла рот ладошкой. Ирвин был весь в пыли и ссадинах, Марика без сознания, по ее виску тянулась струйка крови.
— Ирвин — прошептала еле слышно Эли, — она… она…
— Она живая, — рыкнул парень, подхватывая бездыханное тело ведьмочки на руки и унося его в сторону дома. Эли помчалась куда-то вверх по улице.
Дома раб отнес девушку наверх, положил на кровать и осторожно обтер тело мокрым полотенцем. Кровь на виске перестала сочится и вокруг раны образовалась корка. Ирвин побоялся ее трогать. Парень был в растерянности, он не знал, как поступить и что делать. И очень боялся оставить ее одну хоть на мгновенье. А потому лишь рычал, сжимал в бессильной злобе кулаки и смахивал мешавшие на глазах слезы. Липкий страх окольцовывал сердце, а вдруг она не придет в себя?
Он не знал сколько времени он просидел так у ее кровати, осторожно касаясь холодным полотенцем ее лба. В какой-то момент в комнату вошел кто-то. Ирвин обернулся. В дверях остановился маг. Севастьян быстро оценил ситуацию и подойдя к кровати просканировал тело ведьмочки.