Становление Патриарха (СИ)

К счастью, на поверку лизардфолки оказались именно теми, кем выглядели, а не преподнесли внезапный сюрприз, усложняющий работу в сотню раз. Стрелы из сгустившихся сумерек надёжно отправляли к праотцам ту пародию на часовых, что худо-бедно охраняла лагерь, Огненные Шары и Электросферы вносили хаос и панику, даже Тмистис кого-то убила, благополучно доказав, что вскрывать глотки спрайты умеют очень лихо и им пофиг на разницу в размерах, если есть подходящий ножичек. Ну а под конец веселья я даже применил диаблери к одному из наиболее крепких людоящеров, но…
— Тьфу, гадость, — на вкус он был как протухшая вода, болото и несвежая рыба, — ещё и холодная.
— А вот нечего в рот всякое тянуть, — попеняла мне Айвел, выдав прямо-таки убойнейшие интонации из раздела «строгая мама с непутёвым дитём, что пытается сожрать кузнечика на прогулке».
— В самом деле, зачем? — это уже спросила волшебница, которую вид обескровленного и усохшего ящера слегка напряг, но только слегка.
— Ну, тут у нас какая-то непонятная магическая аномалия, потому лучше быть полным сил, — начал я и под полными скепсиса взглядами вообще всех моих спутниц невозмутимо продолжил: — А ещё просто захотелось продегустировать. Ну, для сравнения.
— И как? — поинтересовалась лучница.
— Лучше диких животных, но хуже даже орков. Впрочем, не так погано, как тот камбион… Короче, где-то на уровне гоблинов, плюс-минус.
— Пожалуй, — задумчиво протянула Эндаэль, — это были те знания, приобщаться к которым я не сильно хотела…
— Ну, я предупреждал, что я — вампир, — развожу руками. — Не вижу смысла притворяться ангелом или делать вид, что меня печалит моё состояние.
— Кхм, давайте обсудим это потом? — вмешалась в разговор Айвел. — У нас тут вроде бы возможно какое-то гнездо демонопоклонников. Как бы убийство адептов не разозлило их хозяина.
— Злодеи никогда не ценят своих злодейских рабов, — буркнула висящая в воздухе Тмистис.
— Угу, — согласилась золотая эльфийка, явно радующаяся возможности сменить тему, — к тому же, за исключением чудовищно примитивных и безвкусных статуй, мы ничего не нашли, — не то чтобы мы сильно рассматривали поселение во время боя, но такие штуки, как алтарь для кровавых жертвоприношений или яма для пленников, всё-таки в глаза бросаются, однако в месте обитания лизардфолков ничего подобного не было.
— Здесь не нашли, — лучница кивком указала на наполовину утонувший в болотистой земле донжон крепости. Вернее, на то, что от этого донжона осталось. — Всё самое интересное всегда находится в самом защищённом месте.
— Угу, — невесело согласился я со своей лунной эльфийкой, всё ещё остро ощущая засвечивающую всё вокруг аномалию жизни. — Так, ладненько, раз оно не вылезло во время резни своих последователей, то это или в самом деле просто магическая аномалия, которой принялись поклоняться дикари, или ему плевать, — существовал ещё вариант с «никого нет дома», но он был маловероятен. — В любом случае, переводим дыхание, проверяем снаряжение, вырезаем стрелы, болты, пополняем запас заклинаний и только потом идём.
— Хорошо, — дружно согласились девушки. Идея сразу соваться в самое потенциально опасное место руин им тоже не нравилась, так что предлагать альтернативные варианты никто не стал. В общем, мы выбрали место посуше и без трупов крокодилов различных, кхм, вариаций и встали на краткий отдых.
Около часа спустя.
Подготовившись и убедившись, что всё подогнано, пополнено, не звенит, не шуршит и так далее, мы наложили на себя все возможные защитные и усиливающие заклинания и выдвинулись к донжону. Когда-то это было довольно основательной крепостью, скорее всего, пограничным фортом или укреплённой цитаделью какого-нибудь эльфийского ордена или гильдии — разумные подобным «баловались» и в незапамятные времена. Однако время не пощадило это место. Земля заболотилась и размякла, обратившись болотом, затянувшим в себя добрую треть, если вообще не половину всего строения. Ядовитые испарения и просто разлагающее воздействие воды с повышенной кислотностью сожрало отделку, оставив только голые камни, да и те выглядели не лучшим образом. В довершение ко всему, остатки стен ещё и сдерживали ветер, потому то тут, то там можно было увидеть клочки сырого холодного тумана. В общем, откровенно неприятное место. И, разумеется, нам нужно было именно туда, поскольку ничего, что походило бы на кусок древнего артефакта, в пожитках лизардфолков нами найдено не было. Да и полноценно разведать руины было необходимо.
 
Так что, стараясь не шуметь, мы принялись спускаться в донжон сквозь обнаруженный разлом, через который туда совались и ящеры — во всяком случае, характерные следы мы обнаружили. Почему мы так осторожничали? Место сильно напрягало, от него просто веяло «зловещестью», а ещё различных мух, слепней и прочей пакости в донжоне оказалось столько, что создавалось ощущение, будто всё поселение только сюда нужду и справляло, создав для них идеальный инкубатор. Короче, ну вот со всех сторон очевидно, что центр той неприятной аномалии жизни находился где-то внутри, а потому лучше было поберечься.
Внутри разрушения были ещё сильнее, чем снаружи. Полуобрушенные стены, снесённые внутренние перегородки… Фактически, «святая святых» крепости, её самая укреплённая часть, давно перестала существовать, став чем-то вроде полузатопленного грота, который вот натурально, кажется, уже без шуток выступал отхожим местом для всего племени, а не просто местом хранения странного артефакта, создающего идеальные условия для размножения насекомых. Во всяком случае, воняло здесь настолько паскудно, что я предпочёл перестать дышать. Каково было моим спутницам, особенно Эндаэль, я старался вообще не думать. Но всё же, неужели дикари просто взяли и утопили ценный древний артефакт в своём дерьме? Это было бы забавно, особенно тот факт, что почтенному графу, а также паладину и клирику пришлось бы в этом дерьме изрядно порыться, изыскивая нужную вещь, а скромные наёмники-разведчики честно покараулили бы их снаружи, хе-хе.
Завершить мысль я толком не успел, поскольку череда событий начала резко раскручиваться и увлекать нас за собой. Во-первых, тухлая вода, что затапливала грот, резко взметнулась столбами и попыталась нас обвить и затащить на глубину — пришлось срочно отпрыгивать и оттаскивать за шкирку растерявшуюся волшебницу, благо остальные девочки среагировать успели и сами рванули в сторону выхода… который перекрыла просто туча насекомых, слетевшихся со всей округи и едва ли не в живую стену спрессовавшихся.
— Это… — прошептала резко побледневшая Энди, — нет… не может быть… только не… — девушку начало буквально трясти.
— Мы умрём… умрём… — обречённо отозвалась Айвел, чьи глаза остекленели. А ещё я чувствовал, как что-то пытается давить на наши разумы, причём сразу по всем. Это не было псионическим воздействием в чистом виде, вернее, было, но… я привык, что такого рода штуки — тонкие, «острые», словно скальпель хирурга. Да, у неумелых псиоников, к которым я относил и себя, этот «скальпель» мог быть «тупым», с «кривой заточкой» и просто в «кривых руках», но он оставался «скальпелем», тут же было ощущение, что меня по голове пытаются ударить дубиной. Тупой, неповоротливой, но охрененно тяжёлой.
— Так-так-так, незваные гости. Пришли без приглашения, поломали мои игрушки… Но почему же вы желаете столь спешно покинуть мой дом, не отведав ответного гостеприимства? — донёсся до нас полный насмешки рокочущий бас, от которого в груди что-то резонировало и дрожало.
Произнёс же эту речь… На миг я подумал, что мы нарвались на драколича: из воды, омываемый потоком протухшей жидкости, поднимался драконий череп. Только присмотревшись сильнее, можно было заметить, что он туго обтянут чёрной чешуёй, а глазницы его не пусты — просто глаза дракона были глубоко утоплены в голову, так что первое впечатление создавалось ещё более страшное. Впрочем, здоровенному чёрному дракону и так было чем запугивать.