Становление Патриарха (СИ)

Ну а спустя ещё пару дней мы наконец-то вышли к крепости. Точнее, к её руинам. Ещё точнее — к её обитаемым руинам. То, что почти лишённые следов снега, поросшие мхом и наполовину погрузившиеся в болото развалины имеют своих обитателей, мы поняли задолго до того, как вышли к постройкам, и даже до того, как те попали в зону моего восприятия жизни. Пусть топи Обширного болота и сильно отличались от нормального леса, охотничья тропа оставалась охотничьей тропой, да и умения читать следы нас никто не лишал. Да, следы были непривычны, как и вся обстановка, проступившая из-под слоя снега, несмотря на зимнее время, а жухлая трава и даже нет-нет да пролетающие по воздуху мошки тоже не прибавляли праздного настроения, но понять, что по округе ходит кто-то достаточно разумный, чтобы носить обувь типа мокасин и пользоваться инструментами, нам удалось легко. Вот с численностью уже сложнее — болото следы затирает быстро, но, опять же, несмотря на аномально высокую для самого холодного месяца зимы температуру, вряд ли такая местность способна прокормить много народу, особенно дикарей, которые живут собирательством и охотой. Даже если в этом болоте водится куча рыбы, большое поселение только ей не прокормишь! Однако… был один момент.
В общем, послав вперёд Тмистис под невидимостью и осмотрев нарисованный Линвэль (за счёт возможности совмещать с феей зрение) на земле план руин, после чего дополнительно выслушав комментарии самой малышки, мы с Айвел натянули поглубже трофейные маскировочные плащи дроу и, дополнительно укутавшись всё теми же чарами невидимости, двинулись на рекогносцировку. Линвэль же со своим фамильяром осталась охранять Эндаэль, которая пойти с нами в разведку была не способна. Ну и на случай, если нам придётся резко драпать, несколько десятков усиленных магией стрел и дальнобойных заклинаний, что поддержат наш прорыв, были бы очень кстати.
Все эти предосторожности были вызваны тем фактом, что противником выступали не кто иные, как лизардфолки — совершенно новый и незнакомый нам враг, да ещё и моё чувство жизни вблизи руин… не то чтобы взбесилось, но я ощущал в районе древней крепости просто до чёртиков жизненной энергии! Так много, что она буквально затапливала восприятие и засвечивала отдельные огоньки. И что это могло быть, я не представлял.
Возможно, особенность конкретно лизардфолков — я не встречался с этими существами ранее, а были они вполне себе магическими, в конце концов — хладнокровный вид, произошедший от пресмыкающихся, но вполне активно действующий зимой, — такое без магии сложно представить.
Возможно, дело было в каких-то чарах, которые лежат на крепости, в конце концов, даже магам Кормира пришлось пробивать своим ритуалом какую-то защиту, чтобы найти нужный фрагмент артефакта, а кто сказал, что не бывает защит от восприятия живых нежитью? Пусть конкретно данный вариант — это скорее манок для всех немёртвых в округе, чем сокрытие, но… кто его знает, когда оно могло быть включено и для каких целей? Опять же, никто мне не гарантировал, что я чувствую живых так же, как и обычная нежить.
Наконец, это мог быть эффект как раз того артефакта, который мы ищем, как, собственно, и повышенная температура в окрестностях. Да, круто, да, очень мощно, но, эй, не будет же высокородный граф разбрасываться десятками тысяч золотых, поднимать на уши орден Боевых Магов Кормира и организовывать такие поиски ради простой хлопушки с конфетти? Короче, ждать нас впереди могло что угодно, от «ничего опасного» до армии зарывшихся под землю людоящеров, у которых там город-улей какой-нибудь. Потому и столько разведки с осторожностью.
И вот, значит, мы с Айвел крадёмся, старательно не хрустя ни веточкой, ни раздавленными снежинками, ну и хлюпания в грязи по пути избегая, и где-то через час после старта от наблюдательного пункта проникаем в поселение, чтобы впервые увидеть лизардфолков своими глазами.
Ящеры-мутанты оказались довольно разнообразны: мы наблюдали и приземистых (вряд ли выше полутора метров) коренастых и широкоплечих «двуногих крокодилов» с бурыми шкурами, облачённых во что-то вроде костяных доспехов и вооружённых примитивными топорами и палицами; и высоких синекожих (в смысле, синечешуйчатых) сухопарых «жердин» в два двадцать с перепончатыми «ушами», что предпочитали в основном копья; были там и различного рода «промежуточные» варианты этих случаев. Ещё наткнулись и на пресловутых лизардвульфов. Книги и теоретические познания Эндаэль не врали — реально «крокодилы с завышенным тыгыдыком», разве что несколько покороче и без хвоста. Однако на этом все отличия от орочьего стойбища и заканчивались. Нет, разумеется, была масса мелочей, связанная с видовыми различиями (например, кто тут мужчина, а кто женщина, а не, допустим, просто «подросток», разобраться, наверное, можно было только после вскрытия), местом обитания и, возможно, культурой, но всё это было в пределах «допустимых отклонений». Те же дикари в тех же шкурах и с такими же дикарскими повадками и оружием. Притом не сильно-то и много, всего около сотни на все руины, если, конечно, под землёй ничего нет и развалины донжона не ведут в тот самый город-улей. Однако проверять это мы не рискнули — слишком уж опрометчиво было соваться в явный центр аномалии, оставляя за спиной племя демонопоклонников. С чего мы так решили? Ну…
 
— Что это за статуи? — завершив разведку стойбища, насколько позволяли наши возможности, и вернувшись на исходную позицию, поинтересовалась Айвел у нашего штатного эксперта, нарисовав на листе бумаги несколько довольно точных изображений идолов, в избытке встречающихся по всему поселению.
— Не знаю, — недовольно поджала губы волшебница. — Слишком грубая работа, я даже не уверена, сколько у этой… штуки конечностей.
— Сколько бы ни было, мне она не нравится, — передёрнула плечами Линвэль. — Природа вокруг… неправильная.
— О чём ты? — я подобрался.
— Это сложно объяснить для не-друидов. Я и сама понимаю с трудом. Сначала вообще думала, что это просто с непривычки к прогулкам по болотам, но пока вас ждала… — девушка покачала головой. — Это словно витает в воздухе и ощущается как-то неестественно. Даже вот эта мошка и гнус, — поморщилась рейнджер. Рядом с лагерем дикарей действительно хватало этого добра, несмотря на зиму. Правда, с местной аномальной погодой наличие насекомых не удивляло — тут мало того, что болото, так ведь и живых существ в поселении полно, со всеми… кхм, вытекающими. — Вроде бы здесь достаточно тепло для того, чтобы они действительно могли быть, да и сами знаете, это нормально — над некоторыми стойбищами гоблинов ещё не такие тучи бывают, однако… всё равно тут какая-то неправильность.
— Да, очень злобно вокруг, — покивала фея, на редкость притихшая и «не отсвечивающая». Не то чтобы Тмистис не знала, как вести себя в разведке, но сейчас она была как-то по-иному тихой, на уровне даже не эмоций (хотя и их тоже), а ощущения «в целом».
— Есть мысли? — обратился я к Энди.
— Слишком мало информации, — та раздосадованно покачала головой. — Магическая аномалия; посвящённый какому-то демону (не обязательно танар’ри или баатезу) алтарь — среди подобной публики засилье всякими мухами и паразитами в месте присутствия — дело обычное. А может, это вообще «побочный фон» от того артефакта, который ищет наш наниматель — распространяться о его свойствах он не спешит.
— Не, ну последнее — всё-таки вряд ли, с ним два хельмита, в конце концов, — возразила плутовка.
— Как будто их никогда не использовали втёмную. Интеллект — это не самая сильная черта воинственных священников, — фыркнула Лин. Она видела отношение представителей клира к одному милахе-вампиру, и это отношение ей не нравилось, а потому и позубоскалить в сторону священнослужителей она была вполне не против.
Как бы то ни было, а задачу никто не снимал и дело всё равно нужно было делать. Мы всё-таки наёмники, а не идейные борцы за всё хорошее против всего плохого. И найм нужно было исполнять. Нам же, хочу напомнить, платили не только за разведку, но и за зачистку, и запрашивать помощь рыцарей и боевых магов, видя перед собой лишь примитивных дикарей, было бы, мягко скажем, не лучшей заявкой на получение премии.