Сердце древа Филлим (СИ)

Вскоре на улицы из своих квартир выбежали дети, нацепившие высокие резиновые сапоги, чтобы, наконец, вдоволь набегаться по лужам.
Рейна смотрела на все это и не могла вымолвить ни слова. Каждый раз, вызывая дождь, она наблюдала за тем, как люди сбегают в поисках укрытия. И ни разу не оставалась так надолго, чтобы застать эту картину. Почему она никогда этого не делала?
— У меня для тебя кое-что есть, — весело шепнул ей на ухо Спирит, доставая из кармана небольшую коробочку и вручая ее растерянной Рейне. — Это диффузор. Аромат для дома, который покупают себе люди. Взгляни, с каким он ароматом.
Рейна покрутила в руках коробочку со вставленными сбоку деревянными палочками. Под названием она нашла то, что искала.
— Запах, после дождя, — пробормотала она, понимающе хмыкнув.
— Людям настолько нравится этот аромат, что они хотят принести его к себе в дом!
— Забавно, — тихо прошептала она себе под нос. — Поставлю у себя в комнате.
Она не могла говорить громче. Потому что ее голос вдруг начал предательски дрожать. Ей на глаза навернулись слезы. Но это были совсем не печальные слезы. Скорее, наоборот.
— Рейна, — позвал ее голос Спирита. Но она не могла ответить ему, не могла поднять на него взгляд, продолжая судорожно сжимать в руках коробочку. Если она сделает это, слезы тут же вырвутся наружу. — Рейна, — снова позвал он, лаская, обнимая ее имя своим вибрирующим голосом.
Они стояли посередине дороги, прямо на разделительной полосе. Мимо неспеша проезжали машины, шелестели колесами по мокрому асфальту. Дождь усилился. Они оба промокли насквозь, волосы липли к лицу, лица забрызгало водой. Но еще никогда Рейне не было так тепло и уютно. Еще никогда она не была так рада почувствовать у себя на плечах чужие крепкие руки.
— Я долго думал обо всем. О тебе. О нас, — заговорил вдруг Спирит прямо в ее макушку. Рейна так и не решилась поднять взгляд. — Я пытался оттолкнуть тебя. Боялся, что мои, взявшиеся вдруг из неоткуда, чувства могут навредить тебе. Но оказалось, что я ужасный эгоист, Рейна. Я не смог отказать себя в твоей улыбке. Меня тянуло к тебе, на тот утес. В какой-то момент я понял, что прихожу туда только для того, чтобы снова тебя увидеть. Мне казалось, что там, над водопадами, мы создали свое собственное измерение, где не действуют никакие другие правила, кроме наших собственных. Но я понимаю, что это не так.
Спирит коснулся пальцами ее подбородка и заставил ее приподнять лицо, посмотреть на него, ему в глаза. И сделав это, Рейна поняла, что окончательно пропала.
— И что нам теперь делать? — Ее голос дрожал. Она заплакала. Слезы потекли вниз по щекам, смешиваясь с дождем.
— Я долго думал, — повторил Спирит. Его лицо будто бы стало чуточку ближе. Большим пальцем он ласково провел по ее щеке, смахивая слезы. — И понял, что, если Филлим привело тебя туда, на тот утес, ко мне — значит так было нужно. Древо подарило мне самый бесценный подарок, и я не собираюсь отказываться от него только потому, что так решил тот, кто не имеет на это никакого права. И если ты позволишь мне…
Спирит запнулся. Его голос звучал взволнованно. Время перестало существовать в этот момент, все вокруг замерло, исчезло, растворилось. В теплоте его янтарных глаз. Во взволнованном подрагивании промокших ресниц. В рваном дыхании, вырывающимся из чуть приоткрытых губ.
— Если ты позволишь мне быть рядом, Рейна, — с жаром продолжил Спирит, — то я готов рискнуть. Мы что-нибудь придумаем. Но только, если ты сама этого захочешь. Ты прекрасна. С чешуей или без нее. Ты безупречна.
Он говорил это, ласково смотря на ее лицо, скользя по его чертам взглядом. А Рейна даже не подозревала, что ее лоб разгладился, и Спирит первым увидел это. На нем больше не было чешуи.
Рейна шумно выдохнула. Спирит наклонился еще ниже к ее лицу, плененный ее глазами. Она не шевелилась, боясь, что вот-вот проснется. Боясь, что перестанет чувствовать его руки на своем лице. Чувствовать, как ее лица касается его горячее дыхание.
— Ты позволишь мне? — Едва слышно шепнул Спирит ей в губы. Они почти касались друг друга. Но между ними оставались вовсе не миллиметры. А слово.
 
— Да.
Его губы жадно накрыли ее. Рейна задохнулась, прикрывая глаза и запуская пальцы в его волосы, просто чтобы не упасть. Он целовал ее напористо, но при этом невероятно нежно, будто ждал этого момента веками, тысячелетиями. Ничего, кроме этого момента больше не было важно. Кроме его рук, с силой притягивающих ее к себе за спину. Кроме пространства между ее и его грудью, где биение двух сердец ощущалось в унисон.
Она задыхалась от счастья, продолжая плакать. Что бы не произошли с ними дальше, к чему бы все это ни привело…
Она никогда не станет об этом жалеть.
Рейна возвращалась в долину в компании Спирита. Она напрочь позабыла о том, что ее могут хватиться друзья, но в тот момент ни что — ни торнадо посреди города, ни вся чета Верховных, заставших их за поцелуем — не смогли бы заставить ее покинуть Спирита. Просто лететь с ним рядом было восхитительно волнительно. Еще никогда она не ощущала себя настолько живой и свободной, как в тот момент.
Но настало время возвращаться. И вот под ними уже замаячила долина. Вечерело.
Чувство окрыленности не могло продлиться вечно. Но так хотелось, чтобы оно побыло с ней еще хотя бы немного дольше. Но увы. Уже скоро она ощутила внутри себя странное беспокойство со стороны Спирита. Его белоснежный дракон ничего не говорил ей, но это и не требовалось. Его волнение возросло настолько стремительно, что перекинулось и на нее, как инстинкт, предчувствие.
Спирит вдруг ушел на снижение, нацелившись на небольшой остров по пути к академии. Рейна устремилась за ним.
Приняв человеческий облик, Спирит с беспокойством подошел к воде и коснулся ее глади ладонью, словно прислушиваясь к чему-то. Какое-то время Рейна старалась ему не мешать, волнительно переминаясь с ноги на ногу у него за спиной. Но вскоре не выдержала:
— Что-то случилось? Что происходит?
— Случилось, — пораженно выдохнул Спирит. — Мой отец, я… Я не чувствую его в долине. Я всегда чувствовал, где он находится, но теперь…
— Может, он полетел на землю за душами? — Осторожно предположила Рейна. Спирит отнял ладонь от воды и выпрямился, оборачиваясь. Он выглядел ужасно взволнованным. А в его случае это можно было умножать на два.
— Нет, не мог. Он уже много лет не покидает вод озера. Что-то не так. Я сразу это почувствовал. И вода, она какая-то… Странная. Беспокойная. Не могу понять.
Вдруг резко стало темно. Рейна по инерции вскинула голову в сторону закатного солнца. И ахнула, увидев причину внезапного затмения. В их сторону летел гигантский — гораздо крупнее обычного — дракон. Его могучее тело будто бы сплошь состояло из потрескавшейся земли, из щелей которой вырывался огонь.
— Кто это? — Только и смогла спросить Рейна.
К счастью или же нет, Спирит знал ответ:
— Катус.
— Но что ему… Почему он летит сюда?
Очень скоро она об этом узнала.
Рейна и Спирит отошли к дальнему концу острова, ближе к дереву с длинными гибкими ветвями, чтобы дать Катусу место для приземления. Гигантский дракон в последний раз взмахнул крыльями прямо над островом, едва не заставив его утонуть. А после превратился в мужчину, тут же зашагавшего в сторону недоумевающих студентов.
Что если он узнал о том, что они сделали?
— Добрый вечер, молодые драконы, — со странной улыбкой попроиветстовал он их, снимая невидимую шляпу. — Чудесный вечер для свиданий, не так ли? Так и знал, что застану вас здесь вместе.
  
12. Нидхёгг
 
— Что тебе нужно? — Резко бросил Спирит, выходя вперед так, чтобы Рейна оказалась у него за плечом.
Катус молча перевел взгляд на напряженное лицо Рейны и многозначительно хмыкнул. А после вдруг качнул головой и развел руки в стороны.
— Это ни к чему, Спирит. Я не враг вам.
— Что. Тебе. Нужно? — Четко и с нажимом повторил свой вопрос Спирит.