Сердце древа Филлим (СИ)
Рейна подняла взгляд выше — от отражения к оригиналу. Спирит сделал то же самое. О чем он думал сейчас? Почему не стал отводить взгляд, как делал это раньше? Хотела бы Рейна это узнать. Но с тех пор, как она сбежала от него с утеса прошло три дня. И больше она не решалась туда возвращаться.
Не выдержав первой, она отвела взгляд в сторону, чувствуя, как к щекам приливает тепло.
— Чего он так на тебя пялится? — Возмущенно шепнула Ирис. Ну вот, даже она это заметила.
После того вечера Рейна пыталась медитировать самостоятельно в своей комнате. Но каждый раз, закрывая глаза, она вспоминала тепло его пальцев у себя на щеке. И на этом вся медитация тут же заканчивалась. Наверное, ей стоило выбросить это из головы или поговорить с ним об этом. Но пока она не была готова сделать это достойно, не выдав краснотой на щеках свое растерянное состояние. Но чем чаще она думала об этом, тем сильнее уверялась в том, что он всего лишь пытался донести до нее ту же самую мысль, что была выделена жирным в заметках от Фектуса.
Она должна найти согласие со всеми своими обликами и принять их внутри себя.
Просто у него это получилось чуть… напористее. Видно, всему виной его привычка всегда говорить в лоб все, что думает. Ох уж эта его прямолинейность!
— Люди любят романтизировать русалок, — продолжала свою лекцию Унда. — На самом деле, история их превращения из драконов, как правильно связана с печальными событиями. Все вы знаете, что сейчас союзы между людьми и драконами не запрещены. Это нормальное явление, и в этом нет ничего плохого. Просто в таком случае дракон дает свое согласие на то, чтобы ведающий поработал с его памятью. Дракон принимает человеческий облик и навсегда забывает о том, кем когда-то был, кем был рожден. Соответственно, даже не пытается снова принять свой истинный облик или применить силу. А от союзов в человеческом облике всегда рождаются только люди. Куда опаснее бездумные союзы между двумя драконами, поэтому они контролируются до сих пор. Но раньше было не так. Раньше считалось, что дракон не может полюбить человека. И, конечно, многим приходилось идти против запрета. Русалки — это драконы, которых наказали за попытку сбежать вместе со своим любимым человеком. У них отняли не только драконий облик, но и голос. Им оставляли память, чтобы они помнили о своем преступлении, но не могли об этом говорить. Их придавали воде, чтобы лишить их возможности дойти до своего человека по суше.
— Как это жестоко! — Ужаснулась Ирис. Унда печально кивнула головой.
— Это так, милая. Но очень скоро законы поменялись. Многие были не согласны с таким наказанием. К сожалению, вернуть русалкам былой разум и облик после влияния стихии было уже невозможно. Они быстро вымерли, оставаясь лишь воспоминаем в человеческих легендах.
Все занятие Рейна пыталась не утонуть. И уже в самом конце ей удалось простоять на поверхности воды целую секунду! Правда Ирис утверждала, что никакой секунды не было, посмеиваясь над этим всю дорогу до общежития, где в общей комнате их уже ждал Аурим, увлеченно рисуя чей-то портрет. И лишь подойдя ближе Рейна заметила, кто именно ему позировал.
— Мама! — Радостно вскрикнула она, заключая смеющуюся женщину со спины в объятия.
— Сюрприз! Смотри, кого я тебе привел. — Рассмеялся Аурим, вытирая измазанные краской кисти о ветошь.
— Не привел, я заставила его меня сюда привести. — Фыркнула Аеста, поднимаясь и разворачиваясь к дочери лицом, чтобы обнять ее в ответ.
— Вообще-то это место не для взрослых. — Вскинул брови Аурим. — Оно секретное.
— Как будто я сама никогда не была студенткой!
— Я так переживала за вас с папой, — Рейна чуть отстранилась от матери, заглянув ей в лицо. Она выглядела здоровой и даже еще больше похорошевшей. — Кстати, как он? Он тоже прилетел?
— Да, он встречается с Турумом. Присоединится к нам чуть позже. — Аеста мягко улыбнулась, потрепав дочь по щеке.
— Кстати об этом, они начали говорить прямо при мне, и я тако-ое подслушал! — Похвастался Аурим, за что тут же получил подзатыльник от Аесты.
— То, что ты услышал вообще не предназначалось для твоих ушей.
— И что я должен был с ними сделать? — Потирая ушиб, фыркнул Аурим, тут же многозначительно подмигнув Рейне, мол расскажет все потом. А после вдруг вспомнил о смущенно топчущейся позади Рейны Ирис, представляя ее. — Но где мои манеры? Мама Аеста, разрешите представить вам нашу красавицу-подругу — Ирис.
Аеста отстранилась от дочери и мягко улыбнулась Ирис.
— Рейна много о тебе рассказывала. Рада знакомству.
— Взаимно. Рада, что с вами все хорошо.
Рейна чуть помрачнела от ее слов.
— Кстати об этом…
— Да-да, сейчас я тебе все расскажу. Понимаю, как ты волновалась. Мы получили твое письмо. Только вот вернуться к тебе Ур уже не смог. Пришлось подождать, пока все наладится.
Аеста подтолкнула дочь в сторону ближайших кресел. Аурим и Ирис последовали за ними. Ирис немного засомневалась, приглашали ли и ее тоже, но Аурим без лишних слов приобнял ее за плечо и повел вместе с ними. Это был первый раз, когда Ирис не стала этому сопротивляться.
— А где он сейчас? — Поинтересовалась Рейна, усаживаясь рядом с матерью.
— В твоей комнате, роется в вещах, наводит беспорядок, как обычно, — виновато улыбнулась Аеста. — Я не смогла его оттуда вытащить.
Рейна закатила глаза. Она была слишком рада увидеть маму, чтобы переживать из-за таких пустяков.
— Расскажи мне все. Как вы? Как наш дом? Деревня?
— Думаю, скоро ты и сама все узнаешь, — Аеста кинула недобрый взгляд в сторону Аурима, который тут же растянулся в нахальной ухмылке. — Сегодня стало понятно, что случилось с Филлим.
Рейна ахнула от удивления и облегчения. Хотя расслабляться было очевидно рано.
— Это один из древних драконов. — Не выдержав, выпалил Аурим, тут же притихнув под строгим взглядом Аесты.
— Не кричи так, — отчитала его она. — Скоро и так всем расскажут, но не нужно поднимать панику раньше времени. Да, это так. Один из трех драконов отчего-то начал шевелиться у основания ствола. Он расшатал Филлим, отчего вниз посыпалась листва. На земле случилось несколько сильных землетрясений. Нашу деревню тоже трясло, но я старалась сдерживать дома ветром, чтобы они устояли. Я не должна была этого делать, но…
Аеста замолчала, чуть нахмурившись. Рейна чувствовала невероятный внутренний подъем. Приехали ее родители. Причина катастрофы стала ясна. Ее деревня не пострадала. О чем еще можно было мечтать? Только вот что-то все равно не давало ей покоя. Странное ощущение, едва заметно царапающее изнутри. Рейна еще не успела до конца понять, что именно это было, как Ирис озвучила ее так и не сформировавшийся вопрос:
— Но почему дракон вдруг зашевелился? Я думала, что они давно окаменели… Не могло же это произойти просто так? Может, что-то заставило его? Побеспокоило?
Аеста перевела на нее взгляд, полный немого уважения.
— Это очень правильные вопросы, — кивнула она. — Я тоже уверена, что просто так это произойти не могло. Что-то случилось, только вот что именно? Теперь уже трудно сказать, — Аеста вздохнула. — Что бы там ни было, в ближайшие дни его будут всеми силами усыплять обратно. А мы с отцом прилетели, как только смогли, чтобы увидеть тебя, Рейна, и сказать, что с нами все в порядке. Но скоро нам придется улетать обратно. После землетрясений на земле много дел. Думаю, что и вас скоро снова начнут отправлять на практику. Лишние руки сейчас нужны как никогда.
Аеста замолчала, находя на диване руку дочери и нежно сжав ее, погладила ее большим пальцем. Рейне захотелось свернуться в клубок у нее на коленях и уснуть прямо так, чувствуя ее запах. Кто бы мог подумать, что она так сильно соскучится.
— А мои… родители, — нехотя, будто его заставили, спросил Аурим. Рейна понимала, что этот вопрос дался ему очень непросто и жалела о том, что сидит от него недостаточно близко, чтобы незаметно подбодрить. — Как они? Просили мне что-то передать?