Захваченный (ЛП)

Я смеюсь.
— Она была антропологом, но многие социологи проводят смежные исследования, да.
Дорин щелкает языком.
— И в основном ты делаешь это с футбольной командой, как прямо сейчас.
— Прошу прощения? — спрашиваю я, мое сердце учащенно забилось.
— Вы сравниваете меня и моих друзей с гориллами? — прерывает Колтон.
В гостиной один из парней громко кричит, звук эхом разносится по дому. Затем громкий стук. Звук перемещаемой или сломанной мебели доносится на кухню.
— Я бы никогда не стала, — говорит Дорин. — Это оскорбительно… для горилл. У тебя достаточно материала для тематического исследования прямо с ним, — она указывает на Колтона деревянной лопаточкой.
— Не ты ли та, кто просто пыталась заставить Кэсси быть моей девушкой? — спрашивает Колтон смеясь. — Теперь ты говоришь ей, что она должна провести тематическое исследование на мне.
Я снова испытываю надоедливое чувство вины. Колтон не знает, о чем моя диссертация, и я должна сказать ему. Я напоминаю себе, что это далеко не то же самое, что и тематическое исследование. Это определенно не исследование. Я ничего не нарушаю.
— Теперь, откуда твои предки, Кассандра? — голос Дорин прорывается сквозь мои размышления.
Мои предки?
— Она имеет в виду твою семью, — поясняет Колтон.
— О, мои родители живут в штате Массачусетс, — говорю я, передавая ей разделочную доску, с нарезанными кубиками перца, лука и грибов. Она указывает на миску, и я ссыпаю их внутрь. — За пределами Бостона.
— Это то место, где ты выросла? — спрашивает она. — У тебя даже нет акцента. Как они там говорят? Парковать машину?
Я хихикаю над её техасской имитацией бостонского акцента и возвращаюсь к своей старой манере.
— Похоже на это: было бы неплохо припарковать твоё авто на стоянке.
— Это смешно, — бормочет Колтон.
— Говорит парень с таким тягучим южным акцентом, что можно нарезать его ножом для масла, — говорю я обычным голосом. — Я не жила там с восемнадцати лет. Я ходила в школу в Джорджии, и теперь я живу в Техасе в течение двух лет. Акцент исчез, когда я переехала в Джорджию.
— А чем занимаются твои родители? — Спрашивает Дорин.
— Ма, прекрати допрашивать её, — вмешивается Колтон. — Она не подарит тебе внуков.
— Мать может помечтать, а? — говорит Дорин, и Колтон поворачивается ко мне, шепча губами «прости», через всю комнату.
— Не думай, что я этого не видела, Колтон Андерсон Кинг. Я просто вежливо общаюсь.
— Твоя версия вежливого разговора и версия вежливого разговора обычных людей — это не одно и то же.
— Я не слушаю тебя, — говорит она в ответ. — Теперь, как долго ты его обучаешь, Кассандра?
— Почти месяц, — отвечаю я.
— Почти месяц, Колтон Кинг. — Его мать поворачивается к нему. — Этой девушке приходилось мириться с тобой почти месяц, и она не сбежала в горы.
Колтон смеется.
— Ты думаешь, что недооцениваешь ее или меня?
— Думаю, к настоящему времени она наверняка поняла, какой упрямой задницей ты можешь быть, — объясняет его мать. — Разве нет?
Я смеюсь. Что, черт возьми, мне сказать, чтобы это прозвучало профессионально?
— Колтон может быть… сложным.
Колтон оборачивается, его глаза смотрят на меня.
— Я не сложный, когда получаю то, что хочу.
Я краснею и поворачиваюсь обратно, притворяясь, что очень занята, нарезая овощи для салата.
— Мой отец — отставной капитан из полицейского управления Бостона, — говорю я, резко меняя разговор, — а моя мама — учитель начальной школы. Она только что вышла на пенсию.
— О, ну, должно быть, именно отсюда у тебя есть терпение, чтобы иметь дело с Колтом, — говорит Дорин. — У тебя генетическая предрасположенность.
Парень просовывает голову на кухню.
— Здесь есть стаканчики? Мы будем играть в пивной пинг-понг. Пахнет хорошо, миссис К. Я скучаю по вашей стряпне.
— Вы, мальчики, берите один из этих складных столов и играйте во дворе, а не в доме, — говорит она. — Если вы разгромите столовую, вы не получите никакого ужина. И не тратьтесь впустую, играя в пивной пинг-понг. Никто не будет блевать моим спагетти.
 
— Да, мэм. — Он хватает пластиковый пакет с красными стаканчиками у Колтона. — Эй, Колт уже показал тебе скольжение с крыши?
— Заткнись, чувак, — шипит Колтон, ударяя его по руке.
— Вы пытаетесь убить пожилую женщину беспокойством, да? — ругает Дорин, но она улыбается, качая головой. Она подходит к Колтону и обнимает его. — Вы, ребята, полегче с ним, чтобы он не получил травму. Помните, что этот ребёнок — мой пенсионный план.
— Я не сломаюсь, мама, — настаивает Колтон. — Подвижная часть крыши — это шедевр конструкции.
— Ты видела этот шедевр, Кассандра? — спрашивает Дорин.
Колтон улыбается мне.
— Да, Кэсси. Ты видела мой шедевр, верно? — в его голосе звучит недосказанность.
Да, я определенно видела шедевр между его ногами.
— Да, видела, — отвечаю я. — Хотя это было не так впечатляюще.
— О, я думаю, ты была очень впечатлена, — утверждает Колтон. — Не могла оторвать глаз от этого.
Он смотрит на меня многозначительно.
Мне действительно очень нужно перестать думать о его члене.
— После ужина мне придётся проверить это инженерное чудо, — говорит Дорин, возвращаясь к плите, где она в духовке размешивает в кастрюлю мясо.
Глава 19
Колтон
Мы все сидим за столом — моя мама, Кэсси и Сэйбл, и мои соседи по дому. Это шумно, все говорят и раздают еду, как будто мы одна большая семья. У моей мамы есть способ заставить всех чувствовать, что ты — часть ее семьи, что, я думаю, является одной из причин, почему мои соседи считают ее классной. Это и булочки с корицей. Она готовит офигенные булочки с корицей.
— Итак, Сэйбел, — начинает моя мама.
Я знаю этот тон. Затем она станет рассматривать Сэйбл как мою потенциальную девушку. Я смотрю на Кэсси, сидящую рядом со мной. Я лично устроил это расположение сидений. Я не собирался позволять одному из моих соседей находиться рядом с ней.
— Скажи мне, что ты не в отношениях, — говорит она.
— Мама, — предупреждаю я.
— Я одинока и свободна, — объявляет Сэйбл спокойно и прямолинейно. С того места, где я сижу, вижу, как она подмигивает через стол Танку, который жует кусок чесночного хлеба. — Это намёк.
Я подавляю смех. Сейбл отразила удар, как профессионал.
Танк моргает на Сейбл, как олень в свете фар. Или парень, у которого только что появилась девушка вне его лиги.
— Очень тонко, — смеясь, говорит Кэсси.
— Я никогда не была деликатной девушкой. — Её глаза смотрят на Танка. — Мне нравится переходить прямо к делу. Я выбираю тебя, на случай, если я выразилась неясно.
— Чёрт возьми, — хмыкает Эммет.
— Хорошо. Ты хочешь потусоваться? — спрашивает Танк.
— Ну, посмотри на это. — Моя мама выглядит такой гордой. — Я должна запустить службу знакомств. Теперь, если бы я только могла заставить своего сына…
— Ма, — стону я. На этот раз нет предупреждающего сигнала. Я смотрю на маму взглядом, дающим понять, что я не шучу.
— Джонатан действительно самый милый парень, которого ты когда-либо встречала, Сейбл, — обещает моя мама, меняя тему. — У него такое доброе сердце.
Разговор продолжается, моя мама разговаривает с Сейбл и парнями, а я отвлекаюсь от всего, потому что меня ничто не интересует так сильно, как Кэсси.
Или, точнее, бедро Кэсси. Под столом я скольжу рукой по ее ноге, мои пальцы касаются ее кожи.
Когда я смотрю на нее, она бросает взгляд на меня. Я думаю, что даже ее ноздри временами подрагивают. Она поднимает вилку и сужает глаза, делая тонкий угрожающий жест, которого никто, кажется, не замечает.
В ответ я сжимаю ее ногу.
Она ничего не говорит. Она просто смотрит на меня взглядом, который может растопить лед.
Я, честно говоря, немного удивлён, когда она тянется к своему мобильному телефону, вместо того, чтобы ударить меня вилкой по тыльной стороне ладони, чего я вполне заслуживаю. Я смотрю, как она печатает текстовое сообщение. Мой телефон вибрирует в кармане, и я убираю руку от неё только для того, чтобы схватить его. Затем Кэсси поворачивается к Сейбл, притворяясь, что озабочена чем-то супер интересным о чём она говорит.