Захваченный (ЛП)

— Я сделала миску только для тебя.
— Гол!
Я киваю головой на Кэсси, когда мама отвлекается, и она на цыпочках приближается ко мне.
— Беги, пока можешь, — шепчу я. — Для меня слишком поздно. Спасай себя.
Кэсси тихо смеется, пытаясь это сделать.
— О, я надеюсь, ты не уйдёшь, — сразу зовёт мама. Ничто не ускользает от ее внимания. — Я хочу узнать, как ты помогаешь моему сыну.
Как Кэсси помогает мне — эта та вещь, о которой моей маме знать не нужно.
Глава 18
Кэсси
— Вы знаете, моя соседка по комнате, вероятно, ждёт меня, — говорю я, моя выдуманная маленькая отговорка совершенно неубедительна. — Уже почти наступило время ужина, и я думаю, что мы отправимся куда-то поесть, и…
— Она может прийти на ужин к нам! — провозглашает Дорин. Она как крошечный диктатор, сладкая, как пирог, который манит этих огромных футболистов, словно они дети. Она заставляет тебя чувствовать себя так, что ты не можешь сказать нет.
Я должна сказать нет.
— Давай, позвони ей, — воодушевлённо говорит мама Колтона. — Я уверена, что у неё есть мобильный телефон. Вы, ребята, настолько прикипели к своим телефонам и нуждаетесь в них, как в воздухе. Вы слишком молоды, чтобы помнить времена дисковых телефонов.
— Да, позвони ей, — говорит Колтон.
Я смотрю на него. Минуту назад он собирался вывести меня отсюда, а теперь я стою здесь, по середине гостиной, с его матерью и целой группой ребят из его футбольной команды, которые обсуждают мои планы на ужин.
— Твоя соседка горячая штучка? — спрашивает большой парень, его рот полон печенья. Он держит еще два в своих руках, накачивается двойным десертом. — Потому что если она секси, то она должна прийти на ужин.
— Эта девушка огонь, — отмечает другой парень. — Конечно, ее соседка по комнате горячая. У горячих девушек такие же соседки по комнате.
— Хватит! — рявкает Колтон твёрдым голосом. Это заставляет замолчать всех в комнате.
Теперь все спокойно стоят здесь, выжидающе глядя на меня.
Твою мать!
Я набираю номер, произнося тихую молитву, на которую Сейбл не отвечает. Она, вероятно, отсутствует. Может быть, она на свидании.
— Где ты? — спрашивает Сейбл. — У тебя нет занятий по пятницам после полудня. Сейчас время разлива напитков со скидкой (счастливый час). Это означает много тако и маргариты.
— О, ты уже в счастливый час? — спрашиваю я, надувая лицо и показываю жест «большой палец вниз» в пользу толпы. — Одна? И ты ждёшь, когда я присоединюсь к тебе?
— Почему ты говоришь со мной таким голосом? — спрашивает Сейбл. — Ты пьяна?
— Конечно, — говорю я. — Я не хочу, чтобы ты сидела в ресторане одна. Я буду там через несколько минут.
— Тебя удерживают в заложниках? — спрашивает Сейбл.
— В некотором смысле, да.
— Соседка Кассандры! — громко кричит мать Колтона. — Забрось ресторан и присоединяйся к нам на ужин.
— Что насчет ужина? — спрашивает Сейбл. — Кто это? Где ты, черт возьми?
Я прочищаю горло.
— Я в доме Колтона Кинга.
Сейбл так громко кричит, что все в комнате должны это слышать, и я быстро прижимаю трубку к груди, пытаясь приглушить звук.
Мать Колтона показывает на телефон, и я неохотно отдаю его.
— Это мать Колтона, — говорит она. — Кассандра говорит, что ты в ресторане одна, но я пытаюсь убедить ее пригласить тебя на ужин. О, ну, это прекрасно! Мы поставим еще одну тарелку.
Она возвращает мне телефон и сладко улыбается.
Определенно деспот.
Я подношу телефон к уху.
— Я так рада, что ты согласилась приехать сюда, — говорю я, голос мой ложно веселый.
— Я бы не пропустила это ради всего мира, — говорит Сэйбл. — Мать Колтона, а? Вы, ребята, двигаетесь довольно быстро. Когда будет ваша свадьба?
— Заткнись, — прошипел я. — Я напишу тебе адрес.
— Не могу дождаться, — говорит Сейбл слишком веселым голосом.
— Ну, вот и все, — щебечет мама Колтона после того, как я вешаю трубку. — Теперь мне нужно попасть на кухню. Кассандра, ты умеешь обращаться с ножом?
Я смотрю на Колтона прищуренным взглядом.
 
— Определенно, — говорю я.
— Ну, иди со мной на кухню и нарежь овощи для салата, — говорит она.
Остаться наедине с матерью Колтона? Я думаю, что у меня может быть сердечный приступ. По крайней мере, мне обеспечено учащённое сердцебиение.
— Я тоже пойду, — предлагает Колтон, следуя за нами на кухню. — Я имею в виду, что если вы двое на кухне готовите, то это будет вроде сексизма.
— С каких пор ты стал беспокоиться о том, что ты сексист? — спрашивает Дорин дразнящим голосом.
Я смотрю на Колтона еще раз. Очевидно, он просто не хочет, чтобы его мать находилась в одной комнате со мной наедине. Я не уверена, должна ли я обижаться или испытывать облегчение.
Прямо сейчас я выбираю облегчение.
Дорин копается в продуктовых сумках, вытаскивая овощи и кладя их на кухонную стойку. Или то, что осталось от кухонного пространства. Продовольственные товары покрывают почти все доступные поверхности кухни, их содержимое выливается на столешницы.
Она ловит мой взгляд.
— Этого достаточно, чтобы прокормить небольшую армию, не так ли? Эти мальчики могут съесть столько еды, сколько понадобится чтобы прокормить армию. — Она протягивает мне пакет с луком. — Колт и его брат съедали практически все дома и вне его, когда были подростками. Два галлона молока в день для них двоих. Хорошо, что у нас на ферме были коровы, это точно. Поедали хлеб буханку за буханкой. Я клянусь, что эти дети съедали пять сендвичей на завтрак, и через два часа они были снова голодны.
— Да, и посмотри на меня сейчас, — говорит Колтон, поигрывая мускулами. — Теперь я бог среди мужчин.
Я фыркаю и закатываю глаза. Его мать видит это.
— У Колта никогда не было проблем с самооценкой, — указывает миссис К., посмеиваясь, качая головой.
— Трудно иметь проблему с самооценкой, когда ты такой крутой, — говорит Колтон. — Ты хочешь, чтобы я распаковал все это, ма?
— Спасибо дорогуша. Вытащи для меня этот базилик из сумки, и отдай его Кассандре, чтобы нарезать. Я собираюсь приготовить соус, подходящий сюда. Кассандра, теперь расскажи мне как проходит обучение моего сына? Не лги мне сейчас. Я знаю, что он может быть сущим наказанием.
Сущее наказание.
Мои мысли направляются прямо к тому, когда немногим ранее рука Колтана, сидящего на стуле, была заполнена и он поглаживал свой член для меня. Колтон ловит мой взгляд, и я знаю, что он точно знает о моих мыслях, так как уголки его губ приподнимаются.
Я прочищаю горло.
— Было приятно работать с Колтоном.
О Боже. Я просто сказала это?
— Он действительно трудоголик, — быстро добавляю я. Чушь. Я не могу перестать выпаливать слова, которые звучат сексуально. Колтон определённо уже твёрд. Не говори об удовольствии. Или о наполненных руках. Или что-нибудь, что могло бы напомнить тебе об обнаженном Колтоне Кинге.
Колтон кашляет. Я думаю, что он смеется, но я не оборачиваюсь, чтобы подтвердить это. Вместо этого я сосредотачиваюсь на том, чтобы нарезать кучу зеленых перцев передо мной.
Да. Сосредоточься на перцах, а не на членах.
— Я также собираюсь приготовить сосиски, — говорит его мама, и я чуть не задохнулась. Я смотрю вверх, и глаза Колтона встречаются с моими. Он закрывает рот рукой и пытается скрыть смех, но это совершенно очевидно. — Итальянские. Для мясного соуса. Почему вы оба смотрите на меня? У тебя аллергия на колбасу, Кассандра?
Образ Колтона, поглаживающего член, вспыхивает в моей голове, и я прочищаю горло.
— Нет, — говорю я чуть повышенным голосом. — Не аллергия.
Колтон громко фыркает и оборачивается. Я не слышу его смеха, но вижу, как дрожат его плечи.
— Кассандра, что ты изучаешь? — спрашивает Дорин.
— Социологию, — отвечаю я.
— О! — кричит Дорин. — Ты как женщина, которая ходила и жила с гориллами!