Укрощение воровки (СИ)

— Мхм.
— Нет, ну правда! Просто ты иногда бываешь…резковатой. А ведь мужчины, как дети, с ними надо мягко и осторожно, — Саша пошла на кухню.
— И это мне говорит моя младшая сестра! — притворно ахнула Диана, складывая посуду в мойку. А Саша усмехнулась в ответ, да так по-женски коварно, что Диана вдруг поняла, что ее маленькая сестренка превращается в цветущую женщину.
— У меня ученики младше твоего Романа на четверть века, но поверь, между ними нет большой разницы. Тем более, он просидел целый обед, выслушивая мамины рассказы об огурцах и петуньях, ну какой мужчина стал бы такое терпеть?
— Назар терпел мамины разговоры, — напомнила о муже средней сестры — Анны.
— Вот-вот. И он делал это потому, что хотел понравиться нам!
— А помнишь, как Анька злилась на него? — Диана прыснула от смеха.
— Да я боялась, она ему глаза выцарапает! А сейчас, погляди, самая лучшая семейная пара. Значит, и для Романа ваши отношения не просто так, раз он пытается понравиться маме.
— Саша, спасибо тебе за поддержку, — тихо ответила Диана, и крепко обняла Сашу, пока та намыливала губку. С губ так и рвались слова откровения всей махинации! Так хотелось пооткровенничать с кем-нибудь, обсудить, высказаться…
Но безопасность семьи превыше всего, поэтому вместо этого прошептала:
— Но, знаешь, что самое лучшее во всей этой ситуации?
— И что же? — глаза Саши вспыхнули любопытством.
— То, что теперь я со спокойной душой передаю вам, Александра Михайловна, роль маминой мишени. Ты хоть представляешь, что тебя ждет, Сашенька? — Диана еле сдержала смех, глядя, каким паническим ужасом наполняются круглые глаза, и умиляясь искреннему страху в тонком голоске:
— О-о-о не-е-ет!..
  
Глава 6
 
Незаметно летели дни, складываясь в недели. Лето выдалось сухим и безветренным. Июнь не выжимал соки знойными полуднями, а июль не мучил душными плотными закатами.
Будние были заняты работой, после которой Диана спешила домой, чтобы помочь маме. Из-за кабинетного образа жизни, Михаил Демьянович только линейку и карандаш держал уверенно, но стоило ему взять в руки молоток, как женская часть семьи кидалась отобрать простые инструменты, которые в его руках превращались в смертельное орудие.
Участок возле дома был небольшой, с несколькими яблонями и грушами, вдоль забора кустилась вишня, а на заднем дворе уместилась маленькая летняя беседка. Отец, сетуя на неприспособленность в хозяйственных делах, предлагал нанять рабочих для прочистки стоков, стрижки травы или починки забора, но Диана не хотела платить наемному работнику за домашние дела, которыми любила заниматься сама. После целого дня в библиотеке, с запертыми окнами, тишиной и постоянной пылью, приятно повозиться в саду, размять тело и подышать свежим воздухом, который не шел ни в какое сравнение с городским смогом. Тут, в пригороде, воздух был по-особенному свеж и чист, особенно в утренние часы, когда то тут, то там слышались крики петухов, лай собак и гул автомобилей, на которых жители спешили в город.
Ритм жизни Дианы почти не изменился, не считая того, что раз в неделю им с Романом приходилось выезжать куда-нибудь, чтобы создавать видимость отношении.
Как-то раз он сводил ее в кино.
— Выбирай фильм.
Диана листала каталог, читала анонсы, изучала актеров в главных ролях.
— Берем на этот, — решил Роман, когда она пролистнула боевик.
— Я не смотрю боевики.
— Тебе понравится. — уверенно ответил он, но Диана бросила на него хмурый взгляд.
— Я знаю, что такое боевики, и они мне не нравятся. Могу я выбрать фильм, чтобы вы не стояли за спиной?
Стыдно было признаваться, что сто лет не была в кинотеатре, и даже забыла, каково это.
— Вот, мелодрама какая-то, — ткнул он пальцем, и Диана закатила глаза.
— Он про любовь, а значит, очередная глупость.
— Я думал, все женщины любят слезливые мелодрамы.
— Я не все, — немного высокомерно отбила она. Склонилась над каталогом, скрывая красные щеки от самоуверенности в голосе, которой на самом деле не было ни капли.
  
Роман посмотрел на Диану. Хм, вот уж точно не все. Ни одна его спутница не пришла бы на свидание без макияжа. Хотя, хорошо, что Диана не штукатурит лицо. Поверьте, ни одному мужику не нравится касаться губами к напудренной щеке и ощущать во рту привкус косметики.
— Берем на этот, — не вытерпел он, когда прошло еще две минуты.
— Я не …
— Не любишь боевики. Придется привыкать, потому что их люблю я.
В последний раз Рома был в кино, кажется, лет пять назад. Дома установлен свой кинотеатр, а фильмов в интернете выбирай-не хочу. Но раз в кои-то веки вырвался, то можно насладиться огромным экраном, качественным звуком и интересным сюжетом, так ведь?
Нет.
Фильм оказался глупый и пошлый. Не откровенными сценами, а плоскими шутками, над которыми гоготали подростки с задних рядов. Поступки героев не вязались с понятием «логика», а от переизбытка крови, жестокости и матов болела голова.
Боковым зрением Рома замечал, как Диана поджимает губы или хмурит брови. Когда раздался звук автоматной очереди, она испуганно вздрогнула. Тогда он встал с кресла, взял ее за руку и вывел из зала.
И в следующий раз терпеливо ждал, пока Диана сама выберет фильм.
Роман Алексеевич приходил к ним домой на субботний ужин, или воскресный обед. Мама одевала летний сарафан, Саша запекала пирог с ревенем или вишней, собранные в саду, и даже отец наводил в кабинете некое подобие порядка. За столом Роман развлекал всех байками и шутками, морскими историями или легендами, а после они с папой запирались в кабинете на несколько часов, и о чем-то говорили.
В основном, во время «свидании», будь то ужин в ресторане или прогулка в парке, Роман был занят телефонными переговорами, а Диана открывала читалку и углублялась в текст.
Если она переживала, что он будет таскать ее по шумным местам, то ошиблась. Оказалось, Роман тоже не любит многолюдной сутолоки. Хотя, можно посчитать по пальцам одной руки, когда они перекинулись друг с другом вежливыми фразами или завели обоюдно интересный разговор, но все же рядом с ним Диана чувствовала некоторую степень защищенности. Ей не приходилось заботиться о том, как добраться домой, ведь автобусы в пригород ездили довольно плохо, а Роман всегда довозил ее до крыльца. Также не переживала, что ужин в ресторане выйдет слишком дорогим, потому что ей ни разу не позволили даже заглянуть в счет. Роман не лез с глупыми разговорами, а если что-то и спрашивал, то только по делу. Иногда Диане казалось, что он пропустил ее ответ мимо ушей. Но потом убеждалась, что на самом деле Роман Алексеевич запоминает почти все, что она говорит.
Да и играть влюбленность не означало обжиматься, обмениваясь горящими взглядами и миловаться. Достаточно было улыбаться на людях, не пререкаться открыто и не отскакивать от Романа, когда он подходил ближе или брал ее за руку. Она привыкла это делать.
Играть на публику не очень сложно.
Но как вести себя, когда Роман Алексеевич целовал ее в щеку на прощание, Диана не знала. Разумом понимала, с чем связан этот жест, поэтому приняла правила игры. Но в тот самый момент, когда они останавливались у двери, и Диана оборачивалась к нему, забывалось все — как они провели вечер, куда ходили, о чем говорили. Только смотрела расширенными глазами на темное лицо, которое приближается к ней. Хотя, первое время, вообще впадала в ступор и забывала, как дышать. Теперь же она различала аромат одеколона, смешанный с запахом тела. И его аромат казался таким…правильно-мужским в сравнении с запахом мужчин, которые были в ее жизни. Давно, как же давно они были, и теперь выветривались из воспоминаний, и их место занял Роман.
Также ситуацию усугубляло то, как темно и интимно стало во дворе. Скорее всего, к постоянным поломкам фонаря у крыльца прикладывала руку мама. Теперь сумрак летнего вечера создавал неправильный антураж, вызывая неправильные мысли и ощущения.