Ты бросаешь вызов? (ЛП)

Лицо Лилы сморщилось, и она прижалась лицом к моей шее.
— Нет, нет, нет.
Я отшатнулся от Лэндона, и его сучка вышла вперед, упав на колени рядом с ним.
— Мэддокс, — тихо сказала Лила.
— Я держу тебя. — Я обвил ее рукой, поднимая так, чтобы ее ноги болтались в дюйме от земли.
Она издала сдавленный всхлип.
— Нет. Они заберут тебя. Лэндон, вероятно, выдвинет обвинения. Зачем ты это сделал?
Зачем?
Блядь, зачем?
Потому что я не могу вынести мысли о том, что тебе больно. Потому что, наблюдая за тем, как ты сдерживаешь слезы из-за такого мудака, как Лэндон, я схожу с ума. ПОТОМУ ЧТО ОН, БЛЯДЬ, СДЕЛАЛ ТЕБЕ БОЛЬНО.
У меня никогда не было возможности сказать ей об этом. Взглянув через ее плечо, я увидел полицейских, идущих по квартире. Они огляделись, изучая беспорядок.
— Это он, офицер, — крикнула женщина, указывая на меня.
Лила тряхнула головой, крепче прижавшись ко мне. На моих руках была кровь Лэндона; Я вломился в его дом… отсюда не выбраться. И я ничуть не сожалел о том, что превратил Лэндона в свою боксерскую грушу.
— Колтон отвезет тебя домой, Лила, — прохрипел я ей на ухо.
Она упрямо покачала мне головой.
— Я иду с тобой.
— Нет, — невозмутимо ответил я, сжимая рукой ее подбородок. Я заставил ее посмотреть на меня. — Колтон проводит тебя домой, увидимся утром.
— Но…
— Нет, Лила.
Ее лицо ожесточилось.
— Ты не указываешь мне, что делать.
— Я говорю, прямо сейчас. Делай, что тебе говорят. — Она оскалилась. Лила была упряма как черт, и я знал, что она будет сидеть со мной в тюрьме, если я не доставлю ее домой. Я ни за что не позволил бы ей провести ночь в камере, даже если бы она была со мной. — Пожалуйста.
Я поставил ее на ноги, и ее подбородок задрожал. Она повернулась к полицейским.
— Это всего лишь недоразумение, офицеры. Это моя вина.
— Недоразумение или нет, но вы арестованы. — Один из офицеров смотрел прямо на меня. Я согласно кивнул. Спорить с ними было бесполезно.
Колтону пришлось оттаскивать Лилу от меня, так как я был в наручниках, руки за спиной.
— Пожалуйста, — взмолилась Лила. — Могу я просто… обнять его?
Офицер, который надел на меня наручники, подозвал ее. Она подошла ближе ко мне, прижалась носом к моему горлу.
— Мне жаль. Это моя ошибка.
Лила всхлипнула, и мое сердце сжалось. Мои губы коснулись ее лба, и она обняла меня крепче.
— Мне жаль.
— Я держу тебя, — снова сказал я.
Ее заплаканные глаза были последним, что я увидел, когда они оттолкнули меня от нее. Лила подняла руку и коснулась своего ожерелья ловца снов на шее, как будто это успокаивало ее.
Меня это выпотрошило, потому что она плакала из-за меня.
ГЛАВА 30
Лила
Я не могла спать, никак не могла, когда Мэддокс был в тюрьме, а я здесь, в своей красивой и уютной постели.
Его заперли в камере из-за меня. Мой живот скрутило от вины, и я уставилась в потолок сквозь темноту. Колтону пришлось тащить меня домой, а Райли следовала за нами по пятам.
Убедив меня лечь в постель, пока он занимается этим вопросом, Колтон ушел.
Почему он не остановил Мэддокса от драки?
Почему я не была достаточно быстрой, чтобы остановить его?
Почему… почему… почему?
Я всегда знала, что несмотря на то, что Мэддокс большую часть времени был непринужденным и легкомысленным, он также был вспыльчивым и легко раздражаемым.
Вину стало тяжелее переносить, потому что, если бы я только надела штаны для большой девочки и не устроила сцену, Мэддокс не побежал бы выбивать дерьмо из Лэндона.
Но мне было больно и стыдно.
Не то чтобы меня сильно волновал Лэндон. Я не была убита горем, но чувствовала себя… использованной.
Использованной и выброшенной после того, как он позабавился со мной.
Если бы Лэндон не хотел быть со мной, он мог бы легко уйти. Я не была цепкой; У меня не было никаких ожиданий. Но он изменил мне, после того как я впустила его в свое тело.
Это причинило мне боль.
И я была в ярости.
Я плакала не потому, что он разбил мне сердце. Это были злые слезы, на него… и на себя, потому что я доверилась не тому парню.
 
Я чувствовала себя глупо, но не думала, что Мэддокс отреагирует так. Все произошло так быстро, и прежде чем я успела его схватить, он уже был за дверью.
Потом я увидела, как он избил Лэндона до усрачки, но меня не волновало, пострадал мой бывший или нет. Но Мэддокс тоже был ранен, и эту вину стало гораздо тяжелее переносить.
Когда пришли полицейские, я изо всех сил старалась не умолять их взять меня с собой. Черт возьми, я бы сидела в грязной камере с Мэддоксом, если бы это означало, что он не один за решеткой, а я с ним.
Лэндон выдвигал обвинения. Его драгоценная подружка напала на меня после того, как полицейские ушли, и ее острые ногти оставили неприятный след на моей руке. Я отплатила за услугу, ударив ее по груди, прежде чем Колтон оторвал меня от нее и вытащил из квартиры, пока я проклинала их в их следующих жизнях.
Дверь со скрипом открылась, вырвав меня из мыслей, и я зажмурила глаза. Раздался облегченный вздох, и я выглянула из-за одеяла на дверь.
— Она спит, — мягко сказала Райли человеку позади нее. Наверное, Колтон.
Я была права, потому что через секунду до меня донесся его приглушенный голос.
— Хорошо. Это была длинная ночь для всех нас.
Дверь закрылась, и я снова опустилась на свой мягкий матрас. Мое тело все еще было напряжено, и я не могла найти удобное положение.
Прошло немало времени, прежде чем я провалилась в беспокойный сон.
Через несколько часов я отшатнулась, когда моя кровать прогнулась под тяжелым весом. Кто-то уселся позади меня, и сильная рука скользнула вокруг моих бедер, притягивая меня обратно к его телу. Жесткий и знакомый… теплый и твердый… сильный и безопасный.
Мэддокс.
Он обвил меня своим телом, и моя задница неприлично прижалась к его паху. Он не отодвинулся, как я ожидала. Он держал меня там, спиной к его груди, так близко, что между нами не могла пройти даже веревка. Мы много раз лежали в постели, но это было… по-другому.
Более близкие, менее «дружеские», и между нами возникло негласное напряжение. Я облизала губы и прочистила пересохшее горло, чувствуя, как мой живот опустился и затрепетал, когда он коснулся меня.
Мэддокс просунул другую руку мне под шею и прижал мой затылок к своему плечу. Я выпустила затаившееся дыхание и вдохнула его знакомый запах, уловив также запах алкоголя. Он пил перед приходом домой?
— Лэндон снял обвинения? — спросила я в темноте.
Я почувствовала, как он покачал головой. Его рука сжалась вокруг моей, словно убеждаясь, что я не смогу убежать, или, может быть, он боялся, что я уйду.
Он мало что знал…
— Как тебя отпустили? — Я настаивала на большем.
— Мой отец справился с этим, — признался он хриплым голосом.
Ах, так его отец выручил его. Дерьмо. Он узнал. Плохо. Плохо. Плохо. Мы с Колтоном решили оставить этот инцидент в тайне и надеялись, что Брэд Коултер не узнает, что его сын находится в тюрьме.
Думаю, у отца Мэддокса везде были глаза и уши.
— Он был зол?
— Он не писал мне, не звонил мне. Даже не разговаривал со мной. Он делал все за моей спиной и без разговоров со мной. Я узнал, что он это сделал, только когда меня выпустили, и Колтон приехал за мной.
О. Так что его отец даже не удосужился поговорить с ним, спросить, что случилось, почему это произошло или как вообще поживает его сын. Ебаните его.
Я сильнее прижалась к его объятиям и скользнула своей рукой в его руку, ту, что была у меня на бедре. Я сжала его пальцы.
— Мне очень жаль.
Он протяжно выдохнул.
— А мне нет. Он заслужил каждый чертов удар, который я нанес ему. Кажется, я сломал ему нос. Никто не заставляет мою Лилу плакать. Никто. Я, блядь, не позволю. — Он немного невнятно произносил свои слова. Да, он определенно был немного пьян.