Горизонт Вечности (СИ)

Наконец они дошли до тупика. Анна извлекла из ножен меч — синее мерцание озарило кромешную тьму. И она без сомнений вырезала кусок стены, за которой оказалась шахта то ли для перемещения мелких грузов дронами, то ли вентиляционная или ещё какая-то техническая. Тимур не знал точного ответа.
Анна оглянулась на учёных и махнула им рукой, указав вверх.
Тимур бессильно застонал. К счастью искусственная гравитация в этих отсеках едва действовала и порой поле полностью пропадало. Троица прыжками на маневровых быстро добралась до нужного уровня. Анна вскрыла другую стену и, разведав помещение, позвала их за собой. Она снова начала быстрым шагом петлять по коридорам, вернувшись ближе к целым секциям и пробив пару тонких переборок на пути. Когда они добрались до входа в узкий тоннель Анна, к счастью, наконец указала на чемоданчик, который болтался на короткой лямке на специальном зацепе на скафандре.
  
После чего показала раскрытую ладонь и указала сначала на тоннель, а потом на комнату. Тимур кивнув, подтвердив что понял: «Схожу туда, вернусь через пять минут».
Пока Анна лазила, он раскрыл чемоданчик и примагнитил его к полу по центру помещения. По нажатию кнопки сложенный внутри полимер стал разворачиваться, превратившись в сферу. Воздух накачался между слоями, что и заставило сверхкомпактное убежище принять нужную форму. Лоскут ткани болтался сбоку, дав возможность забраться внутрь.
Когда Анна вернулась, лишние вещи оставили снаружи, а три человека в скафандрах влезли внутрь с большим трудом. К счастью для убежища использовали достаточно прочный материал, не боящийся случайных уколов. Герметичную застёжку закрыли и по нажатию кнопки в центре из баллона, внутри которого было огромное давление, воздух перекачался внутрь убежища.
— Прошу, объясни, что это значит⁈ — наконец выпалил Тимур, включив фонарик на шлеме и открыв лицевой щиток, под которым было стекло. Анна же просто приказала шлему раскрыться и устало оттёрла лоб.
— Ты в порядке? — спросила София.
— Пока да. Там ловила наша сеть, Чернов догадался оставить трансляцию. Анбиддены захватили дредноут и ремонтируют. Наши то ли в заложниках, то ли ИскИн не видел надобности обрывать трансляцию.
— И что мы будем делать? Зачем всё это нам? Мы бродим уже полтора часа!
— Мы подобрались к другому вычислительному центру, частично повреждённому. Я попытаюсь взломать его.
— … Анна я не понимаю, — растерянно сказала София. — Корабль захвачен, консоль наверняка разрушена…
— Подключусь к основной и попытаюсь управлять через неё. Перехвачу контроль над системами, — Анна едва уняла дрожь в голосе, — нейросетью.
Марцинкевичи растерянно переглянулись, словно убеждаясь, что не ослышались. Видя их замешательство, девушка продолжила.
— У Старших они тоже были. Мира прислала мне подробную модель того Старшего, и все наработки. Я как Эрик запущу адаптацию.
— Это самоубийство! — воскликнула София. — И в этом твой план⁈
— А у тебя есть получше⁈ Идти сдаться чужим и их ручной жестянке? Если я смогу контролировать основную консоль, то нужно будет только отключить внешние каналы связи и вмешаться в прыжок!
София хотела повторить, что это самоубийство, но слова застряли в горле.
— Анна, послушай… — начал Тимур.
— Всё, хорош сбивать настрой! Можем сидеть на заднице ровно и ждать что случится или побороться. Эрик боролся, и я буду.
— У нас тоже нейросеть Кирин, — напомнил учёный. — Давай сначала я попробую.
— А осилишь?
— Анна, прошу, не время для высокомерия!
— Ответь себе: ты лучше меня понимаешь их системы? — продолжила она. — К тому же твой мозг старше, менее гибкий. И у меня гораздо выше показатель совместимости с нейросетью, если забыл. И намного больше практики использования.
— Но мы попробуем вместе? — спросила София. — Ты… права. Не доверяю я этим тварям. Только не представляю, как мы это сделаем.
Анна вздохнула, опустив плечи.
— Это ваше право. Но тогда нам лучше разойтись и попробовать одновременно, на рост нейронных связей нужны многие часы. Тут большинство сенсоров вроде дохлые, системы сбоящие и древние. Однако, когда начнём нас могут обнаружить. И… вот что — я оставлю это место вам: не уверена, что вы сотрёте все логи перемещений из скафандров. Если вас найдут, отменяйте адаптацию и сдавайтесь.
— А ещё лучше — привлечь внимание и отвести их, подав условный сигнал, — продолжил Тимур, взгляд стал решительным.
Анна сжала кулаки и кивнула.
— Пока мы ходили, я перегнала модель нейросети-адаптера в паттерн для развития нашей. Сюда бы Эрика, он… сделал бы лучше. Не ставьте модели очень высокий вес при настройке.
София коротко обняла Анну. Они быстро обменялись базами данных. Анна вытащила аптечку. В колбах инъекторов имелись порции вводимого в кровь медгеля-регенератора.
— Класс А… этот со стволовыми клетками направленного воздействия на случай повреждений мозга. Позволит нейросети расти быстрее.
Почти всё оставили Анне, видимо признав, что её шансы наивысшие. Из убежища откачали воздух, и Анна выбралась наружу. Подзарядила скафандр и ушла в глубину повреждённых секций.
— Влезли мы… стоило остаться на Эйнштейне, — печально сказала София, когда убежище вновь закрылось.
— Справимся… как и раньше. Как и там, у Кирин. Вдруг и правда получится, — Тимур обнял жену. Некоторое время они разговаривали, готовясь расстаться. — Не прощаюсь. Главное если ощутишь изменения в сознании, сразу завершай процесс. Если вовремя отменить, то нейросеть вернётся к старому состоянию без урона.
Они тоже расстались и разошлись по узким коридорам, ища места, где можно подключиться к сети. ИскИн не скоро доберётся до некоторых участков — главное затаиться.
Анна тем временем быстрыми прыжками продвигалась по разрушенной шахте в невесомости, пытаясь не думать о рисках и неизвестности.
Как и в случае систем Ксентари, нейросети людей попросту не умели общаться с чужим интерфейсом: их не признавали, устройства не понимали друг друга. Однако нейро-режим имел огромный потенциал.
Созданная Кирин система управления была настоящим «костылём». При взломе ядра интеллекта, повреждали часть его логических механизмов — отнимали «волю», если так можно говорить о сложной системе без самосознания. Это позволяло управлять системами «вручную» без идентификации или вмешиваться весьма кустарным способом.
Здесь же придётся бороться как минимум с ИскИном. Зато это будет главная панель. А напрямую отданные команды всегда превалируют над дистанционными. В конце концов, когда-то этот дредноут был последней надеждой Старших, оборонявшихся от флота восставших машин в окрестностях туманности Орла.
Пробив очередную перегородку, Анна оказалась впритык к ещё одному центру управления. Через проход шло множество кабелей, порой поворачивающих и скрывающихся в стенах. Выступающие коробы оборудования светились синим. Не идеально, но тут был доступ в сети для дронов. И, Анна очень надеялась, что здесь не действуют сенсоры и никто не придёт.
Она устроилась в сделанном тесном проломе, поджав ноги. Перед глазами появилось меню настроек нейросети.
— Прости, Эрик, мне придётся рискнуть. Если что, ты снова выправишь мне мозги. И я опять смогу понемногу грызть твои.
Анна улыбнулась, радуясь, что хотя бы никого из Горизонта на борту не было. Она не видела смысла оставлять при себе телохранителей.
«Активировано внешнее соединение с нестандартным интерфейсом, использован специальный протокол».
«Активирован режим неограниченной адаптации. Подключён внешний паттерн, вес модели 0.7».
  
— Надеюсь… угадала. Ха, что-то я уже сама с собой говорю?
Чуть-чуть изменив позу, пытаясь устроится удобнее, она смотрела на крутящуюся анимацию загрузки. Чтобы контролировать это оборудование полноценно и хоть с кем-то конкурировать с ИскИном требовалась нейросеть как у Старшего. Кроме того, наличие паттерна должно уменьшить время на адаптацию. Вопрос лишь в скорости роста нейросети. А с этим могли помочь средства, которые она ввела себе.