Горизонт Вечности (СИ)

— Мы не находимся в конфликте, — отозвался ИскИн. — Я не компетентен обсуждать приказы и мотивации операторов. Однако этот корабль действительно принадлежит нам по праву наследования. Отзовите своих людей к своим жилым модулям и не препятствуйте нашим действиям. Ожидайте дальнейших инструкций. На данный момент распространение информации нежелательно. В случае сопротивления я не смогу сохранить ваши жизни.
  
Чернов стиснул зубы. Он изучал подробные записи разговора с ИскИном и прекрасно знал две вещи:
Первая — он абсолютно верен создателям. Приказ он не нарушит, извернуться не выйдет. При этом он вполне способен на обман и манипуляцию рамками исполнениями приказов.
Вторая — он вполне может делиться определённой информацией и неплохо понял психологию людей. И уж точно не имеет каких-то ограничений по убийствам представителей иных разумных рас.
— Не оказывать сопротивление, отступить и забрать с собой все вооружённые силы. Подготовить системы ликвидации любой техники.
Чернов обратился к банкам данных и отдал приказ на полное стирание секретных сведений.
Чужой флот окружил Абсолют и начал ремонтировать. Группа дроидов прошла к вычислительному центру, попутно рассекая и убирая кабели, проложенные людьми для соединения систем. Делиться какой-либо информацией ИскИн не спешил. Чернов сидел в командном центре, общаясь с советниками и ожидая развития событий.
Он мог наблюдать за некоторыми вещами. Хотя картинка с внешних камер пропала и в голове крутилась мысль: «Почему так медленно?»
Адмирал видел запись, как над Небосводом работала Руми. И там темп был поистине безумный. Этот ИскИн, в тысячи раз старше, хоть и работал столь же чётко и технично, но иногда как-то неуклюже. Иногда небрежно или без изобретательности. Порой явно следовал стандартным директивам, которым не хватало гибкости, что удлиняло время ремонта.
— Вы поняли, как они отобрали управление? — спросил адмирал у специалистов.
— Что-то частично перезагрузило интеллект, — ответил худощавый мужчина. — Или это ошибка Горизонта… или что-то проникло на борт, полагаю. Иного варианта не вижу.
— Перезагрузило? Но Абсолют не атаковал других. Даже прыжок начал именно по нашей команде, но не туда…
— Позвольте пояснить, как оно работает? — предложил техник и на кивок продолжил. У Чернова обычно не было времени изучать то, как работают эти гибридные системы. Это вопросы инженерных команд и ксеноисследователей. — Хм… скажем так, созданная Кирин система весьма ненадёжна и мы её использовали лишь за неимением лучшего. Хорошей аналогией будет… полностью сломленный человек, которому если сказать идти прямо, то он будет делать это до смерти, не задумываясь о причинах и потребностях. При этом он сохранил все навыки, но совершенно не разбирает своих и чужих: им повелевает голос в голове.
Чернов вскинул брови от такого сравнения, но не прерывал монолог.
— Как и у нас, над интеллектом корабля стоит консоль управления. Если она не работает, то интеллект действует согласно директивам. Вот именно их мы взламываем и отбираем у корабля возможность самостоятельно принимать решения. Плюс делаем их податливее, заставив забыть ранги допуска. Ценой этому становится высокая зависимость от консоли управления. И этот интеллект, судя по всему, снова вспомнил ранги допуска и получил команду от приоритетной родной консоли.
Слыша это Чернов припомнил более ёмкое объяснение, которое Анна давала другим людям из Горизонта: «Одна консоль удобна как кровать из гвоздей и для нас работает только через режим ручного ввода команд. Всё равно что управлять кораблём при помощи самого дешёвого кнопочного пульта от телевизора. Причём меню оптимизировано под сенсорный экран, а сам пульт размером с диван, так что от кнопки к кнопке порой приходится скакать. Зато ограничения на работу с системами минимальные. Другая консоль наполовину собрана методом научного тыка и не способна на сложные взаимодействия, но хотя бы родная».
По всему выходило, что во время стоянки к флоту подлетел стелс-корабль и проник на дредноут? Или просто связался издалека, используя протоколы общения, которые людские корабли вообще не заметили.
— Александр Чернов, вас желает видеть посол. Пройдите в одиночку без оружия за высланным к вам проводником.
Холодный женский голос, который ИскИн не находил причин менять, раздался из простой рации. Радовало, что ИскИн вроде как пока не пытался взломать компьютеры людей. Да и при отключении всей беспроводной связи требовался физический контакт, а его не было.
Адмирал глянул на советников, надел шлем и вышел из шлюза. Один из дроидов провёл его к небольшой древней гравиплатформе, которая плавно перевезла их ближе к главному мостику. В одном из помещений, ещё раньше опознанных как жилое, парил «гравибайк».
Тёмно-серый материал с зелёными прожилками выглядел идеальным — никаких следов повреждений. Дизайн казался гораздо сложнее, чем у «старой модели» скафандра, но суть осталась та же — каплевидный, с обрубленными хвостом, сложенными «ногами» на случай необходимости надёжно закрепиться, и парой манипуляторов. Очень трудно было убедить мозг, что сейчас перед тобой скафандр с разумным существом внутри.
Анбидден парил около крупного контейнера, которого ранее не было в этом помещении. Личный жилой отсек? Или новый модуль для Абсолюта? И рядом с ним стоял ящик поменьше.
— Добрый день, моё имя Александр Чернов…
— Знаю, — перебил Анбидден бесполым нейтральным голосом, кажущимся намного более чуждым, чем выбранный ИскИном. — Нет нужды тратить время на неэффективную коммуникацию. Нам необходимо определить дальнейшие действия.
Адмирал не понял формулировки, но поспешил ответить, краем глаза посмотрев на дроидов за спиной.
— Я готов с вами обсудить многие вопросы, но я не являюсь послом АКсИ. Мы можем отправиться в сектор, который называем Эгида Прайм для проведения переговоров.
— Я не говорил о ведении переговоров. Нам необходимо определить дальнейшие действия.
Повторённая фраза заставила адмирала вздрогнуть. Под «нам» инопланетянин не имел в виду его и Чернова как посла. Он говорил о собственном народе. Договариваться Анбидденов не собирался. Чернова схватили за руки манипуляторы почти гуманоидного дроида.
— Но почему? Что мы вам сделали? — воскликнул Чернов.
— Дело не в отношениях разных рас, а в нашем будущем.
* * *
[Немного ранее, глубины Абсолюта]
Анна неслась по тёмным коридорам. Встроенный Эриком в шлем нейро-интерфейс позволял управлять своим скафандром и заставить его принять основную нагрузку, сняв её со своих ног. София и Тимур, хотя тоже получили пару аугментаций, едва за ней поспевали. Даже пониженная гравитация мало помогала.
Однако даже окликнуть её не могли: Анна приказала включить полное радиомолчание, а атмосферы на дредноуте ни разу не было с самого дня его обнаружения. Они уже спустились по спиральному коридору на сотню метров ниже и перемешались к одному из сильно повреждённых секторов. София выдохлась, и Тимуру пришлось догнать Анну за счёт двигателей скафандра и указать назад.
Анна поколебалась и указала на ответвление коридора, перейдя на шаг. От разговоров она всё ещё отказывалась и сосредоточенно изучала планы Абсолюта и информацию, которую перенесла с собой сначала на коммуникатор, покоящийся в кармане комбеза, а потом и на нейросеть.
Объяснять свои планы спутникам она пока не собиралась и после короткого привала вновь повела учёных вглубь дредноута. Тимур сдерживал глухое раздражение, понимая, что Анна уж точно не бесцельно мечется. Но ему не нравилось слепо следовать за кем-то, а тишина убивала. Он даже включил на внутренней аудиосистеме «звуки леса», чтобы хоть как-то снизить давление на психику. Всё равно говорить не с кем, а слушать нечего.
  
Освещения не было, если не считать редкие горящие лампочки. Ориентироваться приходилось по приборам ночного виденья со слабой инфракрасной подсветкой.