Куда черт послал (СИ)
— Поэтому ближе к болотам?
— Да. Бочажников уже, наверное, и не осталося, делить территорию не с кем, — Силантий вздохнул, уже не скрываясь.
— А водяные?
— Тю! Что, я совсем одичалый, в воду лезть?
— Понятно.
Разговор на этом иссяк. Леший совсем загрустил, видимо, я своим разговором разворошила больное, мне же утешать его не хотелось. Своих проблем немало, не хватало, чтобы и я ещё жаловаться на свою горькую судьбинушку начала в ответ на откровения Силантия. Нет, лучше помолчать, обдумать хорошенько информацию…
Вот и шли мы, полностью уйдя в свои думы, пока на пути не попался большой камень.
— Эка диковинка! Глянь, указатель! — Силантий обошёл камень по кругу.
— Налево пойдёшь — шапку найдёшь? — хохотнула я.
— Ты не смейси, настоящий камень-то, — леший с благоговением погладил округлое изголовье.
Чутью Силантия я не очень-то доверяла после его бесславного провала ночью, но решила всё-таки посмотреть на указатель.
Камень стоял крепко. Низ его покрылся густой порослью мха, выбитые буквы сильно истёрлись под воздействием солнца ветра и воды. Но надпись всё равно прочитать было можно.
«Первая дорога — к славе, вторая — к погибели, выберешь третью — судьбу найдёшь», — вполголоса проговорила я, озвучивая надпись. Три тропки, разбегающиеся в разные стороны, тоже можно было различить за тенью камня.
— Силантий, нам слава нужна? — героически потрясла метлой я.
— Нет, — отчаянно замотал головой леший.
— Так я и подумала. Придётся за судьбой идти.
Хоть я и старалась придать легковесность своим словам, сердце моё несколько раз беспокойно трепыхнулось.
— Да, выбор невелик, — согласился старик.
О том, чтобы вернуться назад, никто из нас и слова не сказал. Возможно, тоже из суеверий. Среди тёмного народа говорят: большая удача такой указатель найти. Не побоявшемуся пройти по зачарованному пути должны открыться неведомые прежде возможности. А вот тому, кто побоялся положиться на случай, на всю жизнь обещаны разного рода невзгоды и лишения.
Мы уверенно встали с левой стороны камня. Пусть я и не окончательно уверилась в подлинности магического указателя, но шутить подобными вещами не хотелось.
Тонкая, едва заметная тропка, что мы выбрали, сразу же превратилась в хорошую дорогу, стоило сделать по ней несколько шагов.
— Ты смотри, и впрямь настоящий вещун, — восхитилась я.
— А я про что говорил? — подбоченился леший.
— Как думаешь, не прогадали с выбором-то? Время вернуться ещё есть, — я оглянулась на камень.
— Нет уж. Лучше получить своё, чем заритьси на чужое, — вполголоса проговорил Силантий.
Настроение у него снова пропало. Чтобы хоть немного разбавить лесную грусть, я толкнула старика в плечо и сказала:
— Ну, тогда шевели копытами.
— И ничего у меня не копыта, — с обидой отозвался Силантий, оборачиваясь.
— А я не к тебе и обращалась, — поддразнила я дедка, гладя по морде свою лошадь.
— Тьфу, ведьмино семя, — сплюнул леший.
— В точку.
Короткая словесная перепалка прервалась так же быстро, как и началась. Нам даже и сотню шагов не удалось пройти, как дорога резко свернула вправо.
— Силантий, тебе не кажется, что тут что-то нечисто? — останавливаясь на повороте, спросила я.
— Наверное, мы поторопилися с выбором. Проще было вещун стороной обойтить, — согласился леший.
— И что теперь?
— А какой у нас вариянт? С дороги-то не сойти…
— Эх, поворожить, что ль?
С дороги-то сойти было можно, но не было гарантии, что не перейдёшь на какую-нибудь из невыбранных. А рисковать в данном случае слишком опасно. Получится, что мы пытаемся судьбу обмануть намеренно.
— А у тебя книга с собой? — леший заинтересованно затоптался на месте.
— Конечно. Даже шар имеется, но на его помощь мы вряд ли можем рассчитывать.
— А что с ним не так?
— Да подпорчен чуток.
— А книга?
— Не знаю. Как-то пока не было желания с ней знакомиться ближе, — призналась я.
— Боишьси не совладать? — понимающе хмыкнул леший. Видать припомнил мне давешнюю подковырку и решил отомстить.
— Вот ещё. Просто не было особой надобности в такого рода помощи, — пренебрежительно фыркнула я.
На самом деле у меня пока не было возможности проверить весь свой инвентарь. Вон, с котлом только вчера и разобралась. Ну и, понятное дело, кое-какие опасения имелись. Но не показывать же это дряхлому лесовику? Слишком много чести! А Силантий подначивал:
— А таперя рискнёшь?
— Да какой риск? Обычное дело.
Мне пришлось как можно правдоподобнее сыграть.
Леший надавил на больную точку любой ведьмы: на самолюбие. А потому я стащила с лошади мешок и зарылась в его недрах, выискивая книгу.
— Ох ты, какая древность, — прокомментировал появление атрибута ведьминской ворожбы леший.
— Да, очень дорогая вещь, — ответила я, вроде бы и не заметив язвительности в голосе Силантия.
— Раритет, — хихикнул зловредный лешак.
Я ничего отвечать не стала, всё своё внимание уделив ритуальному ножу. Пока леший не успел и к этому инструменту придраться, я наскоро проговорила очищающее заклинание. Лезвие весело сверкнуло, отражая солнечные лучи.
— О, а ножик-то совсем дешёвенький, — Силантий с интересом посмотрел на нож. Всё, пришёл в себя старичок, разверзлись врата остроумия и сарказма.
— А мне большего и не нужно. Какая разница, чем кровь пускать?
Я думала на этом разговор и закончить, но дотошный леший не оставил попыток разговорить меня. Теперь я вопрос относительно своей персоны.
— Слушай, Чернава, а что у тебя с родителями?
— Да известное дело, сирота я, — совершенно спокойно ответила я.
— Вон чего, а я смотрю, инструмент разномастный. Обычно ваше племя предпочитает работать с определённым набором… — Силантий изучающе посмотрел в моё лицо.
— Мне не повезло получить метлу в наследство от бабушки, — хмыкнула я. Никаких сантиментов по этому поводу я не испытывала. Я привыкла рассчитывать только на себя, а отсутствие семейных реликвий могло огорчить разве что ребёнка. А мне уже восемнадцать.
Глава 9
В кустах и на самом деле дёргался из последних сил заяц. В боку его торчала стрела.
— Всё-таки будешь ворожить?
— Буду, — ответила я. Многие скажут, что в моих действиях не было логики, ведь если мы выбрали дорогу судьбы, то уже никуда от неё не денешься. Но это в результате, а вот сам путь может быть разным. Поэтому лучше заранее подстраховаться, чтобы быть готовыми к испытаниям.
Я положила книгу перед собой и уколола палец лезвием. Много крови не нужно, для того чтобы открыть книгу. Старательно размазав алую капельку по замку книги, я скороговоркой произнесла заклинание:
— Кровью спаяны единой, сутью связаны глубинной, на силе скручены, жизнью обучены, до смерти обручены.
Потянула за застёжку — результата никакого.
— Не сработало?
— Ничего не понимаю, — я растерянно смотрела на книгу. Ритуал я провела правильно, сомнений в том не было, так в чём же дело? Неужели эта рухлядь считает меня недостойной своих знаний?
— Не расстраивайси, Чернава. Возможно, книга настолько стара, что уже и не помнит своего предназначения. Или прежняя хозяйка с наговором намудрила, — леший решил меня подбодрить.
Я ничего не ответила, рассматривая древний фолиант. Обложка была в нескольких местах прожжена, углы обмахрились, как и торчащие из-под обложки страницы, корешок был весь обляпан чем-то липким. Я поскребла острым ногтем по корешку, счищая присохшую каплю воска. И тут меня словно молнией прошило, даже волосы встали дыбом.
— Чтоб тебя разорвало на части! — крикнула я, отбрасывая книгу.
— Ты чего? — попятился леший.
— Эта дрянь меня ударила! — наябедничала я. Вытащила из мешка медовуху и присосалась прямо к горлышку бочонка, пытаясь заглушить испытанный стресс.
— И теперь ты не смогёшь её открыть?