В одной постели (СИ)
— Никого, кроме нас двоих, Золотце, — снова погладил меня по спине горячими ладонями. — А ты совсем-совсем ледяная! Ложись под одеяло. Живо!
— Нет, мне нужно уехать. Немедленно. Не хотите давать мне свой телефон, хотя бы проводите меня.
Даже в полутьме я заметила, как сверкнули глаза босса.
— Куда?
— Подальше отсюда.
— У меня есть идея получше.
Кароль снова стал ближе. Хотя это казалось невозможным, ведь я почти оседлала его бедра, но все же мы еще ближе, и когда он дышал, звук его дыхания и сердцебиения отзывались во мне.
— Ты остаешься. Не позволим каким-то глупым страхам прогнать мою самую лучшую помощницу, так?
Губы Эмиля собрали мои мурашки у виска, отвесив мягкий поцелуй.
— Ложись, я тебя укрою.
— Но как же…
— Привидения? Как видишь, здесь их нет.
— Но там они есть.
— Тебе показалось, Золотце. Просто показалось. Ложись под одеяло, я расскажу тебе, как это работает.
— То есть? — встрепенулась я.
— Расскажу о том, как страхи работают против нас и как собственный мозг дурит. Но мы всегда можем обдурить его в ответ.
— Вы ничего не слышали?
— Слышу, как испуганно ты дышишь, и мне это не нравится. Ложись, я зажгу свет.
Эмиль двинулся в сторону, и я впилась в его плечи ногтями.
— Нет. Стойте.
— Адочка, я всего лишь зажгу свет, чтобы ты не боялась. Может быть, автомат выбило.
— Я здесь одна не останусь! — сказала чуть истеричным голосом.
— Далеко ходить не буду. Все здесь. Интерьер моей спальни выполнен под старину, а ты же знаешь, как я не люблю дешевые подделки. Поэтому свечи настоящие, и где-то в ящике точно были спички. Два шага в сторону. Два шага, Золотце.
Эмиль зашипел, когда мои ногти еще раз царапнули его плечи.
— Хорошо, вот моя рука, давай вместе.
Свечи нашлись быстро, спички тоже. Мягкий, но не яркий свет затопил комнату, стало намного легче. Я заметила, что босс в одних трусах, и спешно поправила халатик, который и до этого был кое-как надет на мне.
— Пошли, я покажу тебе, что никого нет.
Мы неспешно вышли. Я боялась, что вот-вот выпрыгнет привидение, но было тихо. Мы прошлись по коридору.
— Спустимся в холл?
— Нет, вроде бы никого. Неужели мне показалось?
— Конечно. Начиталась всякого… Вот и твоя комната. Тоже пустая.
— Окно закрыто, — пробормотала я. — Я проснулась, оно было открыто.
— Ну все, ложись, — добродушно показал босс на кровать. — Если хочешь, я даже оставлю тебе свечи. Только надо будет их потушить, если не хочешь спалить мой дом.
— Чинить свет вы не будете?
— Подожду до утра, это недолго. В общем, свечи у тебя, как сильно оплывут, туши их, и спи. Сладких снов…
Босс двинулся в сторону выхода.
— Нет! Постойте… Не уходите. Останьтесь, — попросила я. — Покараульте. Мало ли…
— Боюсь, мои караульные услуги будут стоить тебе очень дорого, Золотце. Очень… И не только тебе, — вздохнул Эмиль.
— Одна я не останусь.
— Как скажешь, прыгай в кроватку.
Я послушно отправилась к себе, залезла под одеяло. Босс разместился следом.
— А вы… не хотите отправиться на диван?
— Кто же тогда тебя согреет? Привидение, что ли? — пошутил.
— Не смешно.
— Ну-ну, не злись. Я и не подозревал, что ты их боишься настолько. Игры разума. Мы все иногда попадаем в ловушки. Но их легко обойти, — подмигнул Эмиль. — Просто переключиться на кое-что другое.
— Я не могу переключиться на другое, я только и думаю о том, что прочитала. Думаю и не могу заставить себя перестать думать об этом.
— Закрой глаза и просто слушай меня, — придвинулся ближе, опустив ладонь на бедро. — Я покажу тебе замечательный способ.
***
Наверное, стоило задуматься.
Критически. Логически.
Разумно, словом.
Но я не могла думать разумно, я провалилась в панику и цеплялась за Эмиля, как за соломинку. Если вдруг он решит уйти, то и я уйду глубоко в панику, сходя с ума от страха.
— Первое. Я здесь. Да, дотронься. Никуда не ухожу.
Я легла на бок, сунув подушку под голову, Эмиль переплел пальцы наших рук, подержал, потянул мою ладонь к себе и опустил на грудь.
Под пальцами оказались жесткие волоски. Я хотела убрать руку в сторону, лапать собственного начальника казалось мне неправильным, но он накрыл мою ладонь своей.
— Второе. Не спеши. Мы не делаем ничего дурного. Просто… спасаемся от обстоятельств. Если бы мы замерзали, то согрели друг друга. Ты бы согрела меня, Золотце?
— Разумеется!
— И я бы тебя не бросил. А что насчет глубоких, дремучих и неразумных страхов, есть еще кое-что, гораздо более глубокое и чувственное.
Теперь дыхание Эмиля коснулось моих губ, его ладонь поглаживало мои бедра, попу, живот, снова бедра…
Отвлекало от жутняка.
— И что же это такое?
— Вот это, Адочка. Исключительно вот это… Танец обнаженных инстинктов… — коснулся моих губ своими.
Жарко и трепетно.
Еще осторожно и нежно.
Одновременно с касанием его губ, пальцы босса передвинулись на внутреннюю сторону бедра, поглаживая его.
Язык босса толкнулся в мои губы, чувственно раздвинув их. На языке разлился вкус мяты и шоколада. Он все еще пах мороженым и собой…
Ох, в голове тренькнуло, звоночек узнавания…
Да-да, те самые сигналы, не дающие мне покоя на протяжении целого дня, сейчас звонко и громко звучали в каждой клеточке моего тела.
Это так неправильно — меня целовал босс.
Но целовался он восхитительно — брал напором, но не силой. Его губы и язык ласкали каждый уголочек моего рта, который принимал эти поглаживания и приятные толчки языка с восторгом.
Как хорошо…
Вкусно.
Он поймал мой язык, кружа вокруг него, и точно так же, вихрем, вокруг чувствительной точки между ног, закружились его пальцы.
Каким-то чудом я наскребла остатки самообладания, чтобы сказать и немного отстраниться.
— Это нехорошо. Вы мой босс…
— Я просто помогаю тебе справиться со страхом. Давай договоримся, что однажды ты оплатишь мне той же монетой. Поможешь справиться с тем, что окажется сильнее меня, и будем в расчете.
Я всего лишь на миг задумалась, что бы это могло быть.
Ничего не пришло в голову, а в это же время умелые пальцы босса, его головокружительные поцелуи и мое собственное тело начали играть против меня.
— А как же… Как же работа? — с трудом вынырнула из омута его поцелуев. — Я не хочу лишаться своего места! У вас принципы.
— Этим утром я забуду, как провел ночь, и все.
— Забудете?
— Да. Утром будет моя очередь ничего не помнить. Ни разу не напомню, какая ты жаркая, вкусная девочка, Золотце.
Глава 17
Ада
Мне нравилось, когда Эмиль называл меня “Золотце”.
В этом было что-то игривое, но в то же время глубокое, личное. По крайней мере, для меня.
Это случилось в тот день, когда я только начала на него работать. Ужасный день.
Тогда я облажалась, как только могла, не успевала ничего, путалась. Эмиль чудом терпел меня.
До конца рабочего дня.
Ведь он обещал дать мне всего один день, чтобы доказать, что я чего-то стою.
До конца рабочего дня оставалось всего несколько минут.
Я была уверена лишь в одном — я только что доказала человеку, спасшему мою жизнь, что не стою ровным счетом ни хрена, потому что я налажала всюду, где только было можно.
Эмиль подписывал контракт, его помощница перелистывала листок за листком. Кароль отвлекся, перевел взгляд в сторону, болтая с кем-то по телефону.
Я сидела на диванчике, как мокрая мышь, готовая услышать:“Спасибо, но я не нуждаюсь в твоих услугах…”
Как вдруг я заметила, что в стопку листов помощница подсунула еще один.
— Извините, Эмиль Рустемович, я забыла, что вы вот здесь не расписались.
Ручка зависла над листом бумаги.