Демоны могут смеяться (СИ)

Он мог много чего еще, но, конечно, его родовым даром был метаморфизм. Дар отца в сочетании с даром матери Неро породил нечто что мы назвали технобиоморфом. Пожалуй, Неро был единственный в своем роде — его боевая форма, это, по сути, киборг если не сказать полноценный робот. Какая-то роботизированная, наверное, даже неуглеродная форма жизни, вероятно с процессором вместо мозга и гидравликой вместо мышц.
— Ну ладно — я вскинул руки разворачивая перед собой хилый щит на остатках маны — иди сюда жертва селекции.
— Идти? К тебе? Брат, слишком много чести — усмехнулся антропоморфный андроид, покрытый серебристыми пластинами брони, в сочленениях которой проглядывались какие-то подвижные механизмы.
Рука полуробота с тихим шелестом словно раскололась надвое. Сокрытые под верхним слоем брони механизмы пришли в движение, перестраивая привычную, почти человеческую конечность в нечто другое. Как мне показалось, что-то похожее на ствол пушки…
— Все все, ладно — я развеял щит — давай обойдемся без пальбы, ты у нас безмерно крут, мы все это поняли.
— Это так не работает — ухмыльнулся Неро — если влез в драку, дерись до конца.
Чертов мутант — подумал я, глядя на метаморфозы брата — надеюсь когда-нибудь он трансформируется в паровоз и укатится прямиком в пиз…
Дуууу — протяжно бухнуло орудие, которое тот вырастил себе вместо руки. Синтезировать в своих механических кишках порох, он видимо, пока не научился. Это, судя по всему, была гаусс-пушка, на электромагнитах.
Снаряд ударил меня в грудь. Простая болванка из какого-то очень мягкого металла, больше похожего на слегка металлизированную плоть. Было больно, я уверен, как минимум два ребра сломал, но снаряд сразу же расплющился, превратившись в огромную кляксу и дыру во мне не пробил, просто отбросил метров на пять.
— Эй ты чего? — удивился Данте словно это не он только что швырял меня в стену через весь зал — зачем так сильно то? Ты бы еще меч достал.
— Можно и меч — Неро едва не смеялся от восторга и выпендривался как только мог.
Один на один мы с ним не дрались уже очень давно, наверное с момента раскрытия у него родового дара, а его постоянный спарринг-партнер Данте, несмотря на свою относительную глупость и несерьезность, на дистанции боя дольше чем в несколько десятков секунд, всегда оказывался сильнее. Его можно было обмануть какой-нибудь тактической хитростью, но затем он быстро приходил в себя и побеждал за счет тупой но неудержимой грубой силы.
Формально титул слабейшего из братьев принадлежал мне, но я самоустранился из этих дурацких соревнований на длину члена, и вечным проигравшим оказывался Неро. Он был хитрее, умнее, а его боевая форма обладала большим тактическим разнообразием, и раз за разом изобретая новые способы боя, он мог какое-то время даже удерживать инициативу. Но потом Данте поднимался, отряхивался, наращивал толщину брони, силу и скорость, и по итогу весело хохоча, тупо вбивал Неро в землю грубой мощью… Младшенький получил редкую возможность…
Пушка Неро втянулась куда-то внутрь руки, на ходу распадаясь на составляющие, а потом непонятное месиво из механизмов перестроилось в сложный составной клинок вырастающий из предплечья и частично сросшийся с кистью. Брат пошевелил пальцами, и элементы клинка задвигались и зажужжали, я даже не представлял что эта ковырялка умеет и зачем на ней те или иные штуки. Что-то сложное, шестеренчато-составное, эдакий бутерброд из двух широких многосоставных лезвий, и цепной пилы между ними.
— Ну что, добить его? — Неро улыбнулся, сжал кулак и его цепной клинок загудел набирая обороты — или не надо?
— Ну хватит — пожурил младшенького отец — ты же сам знаешь. Давай его сюда.
— Эх, а так хотелось.
Брат легко трансформировался обратно, оставив частично кибернетической лишь правую руку. Он почти всегда поддерживал состояние частичной трансформации. Как классический маг он был не особо силен, и большая часть его навыков была завязана именно на техномагию, поэтому небольшой набор из своего арсенала он всегда держал под рукой, или точнее — в руке.
 
Он даже телекинезом в классическом его виде не владел, вместо этого создавая что-то вроде полуматериальной, астральной проекции своих рук. Магнитное фазирование гравитационных полей в сочетании с аэрозольной взвесью нанороботов. Как-то так…
Пока я валялся на полу пытаясь вспомнить как дышать и пропихнуть в легкие хоть один глоток воздуха, он именно эту свою виртуальную клешню и разворачивал. Его металлизированная правая рука засветилась множеством линий неоновой подсветки и казалось, начала то ли парить, то ли дымиться.
На самом деле это распылялись из множества форсунок, миллионы крохотных, размером меньше пылинки, роботов. Крошечные частицы мгновенно разлетелись, заняв каждая положенное ей место и соединившись друг с другом магнитными полями и ионными разрядами, формируя светящийся почти нематериальный образ огромной руки, больше меня размером.
Эта самая рука, аккуратно и как будто бы брезгливо, повторяя движения Неро, двумя пальцами подцепила меня за плечо, и рывком поставила на ноги. Рукав треснул по шву, но до конца не оторвался, хороший плащ был, жалко даже.
Дантес, уже принявший человеческую форму, поднял с пола стул, куда Нерон меня и толкнул, отчего я едва не свалился вместе со стулом обратно на пол.
Несколько секунд мне понадобилось чтобы перевести дыхание, за которые братья успели как ни в чем не бывало рассесться за уцелевшим огрызком стола, подтащив туда же уцелевшие стулья.
— Ну и зачем все это было? Можно было просто сказать.
— Нужно было продемонстрировать.
— Кому? Мне? Я и так знаю кто из нас на что способен.
— Это важно, судьба семьи зависит от этого. Конкуренты поднимают голову, на наш рынок заходит Китай в союзе с несколькими местными кланами… Еще лет двадцать и нас сомнут. Меня вот пытались убить, пусть и с нашей подачи. Но попытка это попытка, а нам нужен весомый повод, чтобы решить вопрос кардинально, поэтому — смерть наследника.
— Да понял я.
— А именно твоя, потому что ты слаб — отец извлек откуда-то из пустоты металлический кейс и покрутил пальцем диски кодового замка — и все это знают. Скоро тебе исполняется двадцать один, по обычаям я вынужден ввести тебя в совет директоров компании. Вот только после этого наши акции упадут в цене — все знают, что ты самый слабый щенок в помете, но не ввести тебя в совет я не могу. Для всего мира это будет означать что в нашей семье раскол…
— Кто это все? — парировать необходимость повода для драки я никак не мог, а потому уцепился за первую часть отцовского спича — я вроде никому о своих навыках не докладываю.
— Это видно… Точнее как раз не видно. Неро отлично показал себя на ближнем востоке, Данте — в Африке. Их уже не раз видели в деле, а вот тебя — нет. Все, кому нужно поняли что родовые способности к тебе не перешли, все все знают и видят. У нас у всех есть родовой дар и боевая форма, у Неро, у Данте, у меня…
— А человеческая форма у тебя есть? — тихо спросил я, но отец расслышал и даже соизволил ответить.
— Это ты про жалость, сострадание и другие… слабости? Можешь считать, что нет.
Вот уж в чем с отцом я был согласен. Старый ублюдок в соревновании по эмоциональности, проиграл бы камню. Это проявлялось во всем. В его облике, поведении, речах. Даже в боевых формах.
У Неро и Данте, боевые формы несли в себе множество ненужных элементов, как отголоски бурлящих эмоций. Черная копоть Данте и огненные потеки не несли в себе никакого функционала, скорее даже вредными были, но ничего поделать с ними Данте не мог.
Альтернативное тело Неро, тот самый боевой андроид, тут и там нес на борту неоновую подсветку, тоже никакого функционала, скорее элемент дизайна. А вот у отца боевые формы были подчеркнуто лаконичные и сугубо функциональные, печати эмоций на них не было, только то, что нужно для выполнения конкретной задачи. Если нужна скорость и ловкость — это будет что-то кошкоподобное. Если нужна сила и неудержимая мощь — какая-то помесь медведя с гориллой. Надо летать — что-то похожее на птицу…