Демоны могут смеяться (СИ)

— Я так и понял, хе-хе — полухохотнул, полукашлянул я — и что делать будем? Что тебе важнее? Крепкая семья или крепкий курс акций?
— Это не смешно — покачал головой отец — толку от тебя никакого, тебя не жалко вывести из игры, это даже полезно. Это, наверное, едва ли не единственный способ для тебя, послужить на благо семьи.
— Умереть… — я закашлялся и сплюнул на пол кровью — чтобы послужить поводом для драки и удержать курс акций? Да вы тут все еба…
— Нули с банковских счетов, которые сразу же посыплются, меня волнуют не сильно, денег у нас и без того столько что я даже не знаю точной суммы — оборвал меня отец — дело не в деньгах а во влиянии. Если кто-то инвестирует большие деньги не в нас а в наших конкурентов, значит и поддержку, по возможности, он будет оказывать именно им. А в компании стоимость которых падает, никто не инвестирует и даже извлекают капитал, а значит и свою поддержку. так что не говори глупостей, дело не в деньгах и никто тебя убивать не собирается… Если можно обойтись без этого. Иди сюда.
Я с трудом поднялся на ноги, на ходу избавляясь от обрывков рубашки и висящего на паре ниток рукава плаща, и приблизился к столу, на который отец выложил одну за другой три папки.
— Как у тебя с языками? Французский, немецкий, русский?
— Все знаю на уровне носителя — кивнул я. Быстро становилось легче, видимо ребра все же не сломал, просто трещина. Ускоренная регенерация уже принялась за дело, через пару дней буду как новенький.
— Значит будет из чего выбрать.
Я взял одну из папок, раскрыл и с удивлением вгляделся в фотографию что была приклеена в углу первого листа из многих, находящихся внутри.
— Наша служба безопасности предварительно пасла их четыре месяца — продолжал отец пока я одну за другой открывал остальные папки, в каждой из них лежало личное дело и пакет с документами — паспорта, водительские права, банковские карты. В одной из папок, в маленьком прозрачном пакетике, лежала даже сим-карта сотового оператора. Парни на фотографиях были удивительным образом похожи друг на друга… И на меня.
— Все очень похожи на тебя — словно комментируя мои мысли вещал отец — сходство более семидесяти процентов. Можешь сам убедиться, лежат в холодильнике, на минус тридцатом. Если сделать соответствующую прическу, набить все твои татуировки да нанести серьезные, посмертные раны… Разницу никто не увидит, можно лица травмировать немного, а уж с тестом ДНК проблем не будет.
Отец извлек из кармана небольшую пробирку с красной жидкостью, взболтнул, понаблюдал секунду-другую как в красной жидкости плавает какая-то мерцающая взвесь, и протянул пробирку мне.
— Новейшая разработка, пока такого ни у кого нет — при этих словах Неро улыбнулся и я понял, что род его матери, магов-технопатов имеет какое-то отношение к этой разработке, отец же продолжил — краткоживущий ретровирус, на основе генома Неро, некая смесь наномашин и и его природного метаморфизма. Встраивается в ДНК, не меняет его, но скрывает, словно бы надевается на гены, как своего рода чулок или, точнее, маска. По примерным подсчетам должен годика два-три прожить, потом умрет и распадется…
Отец в два шага приблизился ко мне, поставил на стол пробирку и положил руку мне на плечо.
— Выпей.
— А если я не хочу?
— Когда повзрослеешь и заведешь свой клан, тогда и будешь сам решать, что делать, сейчас же, изволь делать то, что я скажу.
Лежащая на моем плече рука отца потяжелела, и я почувствовал как сквозь плащ мне в кожу впиваются отросшие когти.
— Давай по-хорошему.
— А что, может быть и по-плохому? — не знаю зачем я огрызался, уже понятно было чем все закончится но остановиться почему-то не получалось.
— Может — когти удлинились еще немного и я почувствовал как они пробивают кожу и впиваются уже в плоть. Еще немного и начнут скрести по кости.
Я скрипнул зубами, но к пробирке не прикоснулся, а когти отца продолжали удлиняться…
— Бог мой, ну хватит уже дурак! — подал голос Данте — ты же все равно выпьешь, только еще и потеряв пол литра крови!
 
— Не беси меня Вергилий — рука Неро снова пришла в движение и с металлическим скрежетом раскололась на несколько частей перестраиваясь и трансформируясь во что-то вроде громадного шприца, эдакий механический инъектор, странная смесь киберпанка и стимпанка.
— Чтоб тебя заклинило ублюдок — я взял со стола пробирку — зачем такие хлопоты? Могли бы просто меня прикончить.
— Ты, конечно, ничтожество и позор рода — отец извлек из моего плеча когти и те втянулись обратно в пальцы — но кто знает, вдруг когда-нибудь еще пригодишься. Пей давай.
Я открыл пробку, принюхался — запаха не было, но пить все равно не хотелось. Интересно какая эта дрянь на вкус?
— Надеюсь генокод Неро вы не из мочи брали? — пошутил я.
— Хватит твоих шуточек Вергилий. Это уже не смешно Пей.
— Смерть сына не повод для смеха?
— Но это веский повод для улыбки — парировал Неро и снова пригрозил мне шприцом — Пей.
— Чтоб вы сдохли — произнес я тост и залпом осушил пробирку — доволен?
— Пока нет. Вирус скроет твой геном, но это словно белая пластмассовая маска, если образно. На генотесте ты будешь похож скорее на кроманьонца или какого-нибудь неандертальца, эдакая базовая заготовка человека. Ему нужен образец другого генома чтобы нарисовать на этой условной маске, новое лицо. В папках с делами есть образцы ДНК, опустишь образец сюда — отец протянул мне еще одну пробирку, в этот раз синюю — и примешь, но это уже после того, как прибудешь на место.
— Ладно — я принял пробирку и убрал ее в карман — что-то еще?
— Скорее всего в семью ты никогда не вернешься, и остаток своей жизни проживешь в качестве одного из этих ребят — мы тщательно проверили, родни у них нет, родину покинули давно, контактов с земляками почти не имели, так что никто заподозрить ничего не должен — но все-таки лучше если ты останешься живым, так сказать про запас. Не сомневайся, если бы я считал, что мертвым ты полезнее живого, ты был бы уже мертв.
— Не сомневаюсь — хмыкнул я и прочитал первые строки личных дел — а если я перехочу играть по твоим правилам? Если я покажусь прессе?
— Не стоит тебе проверять что будет тогда — пожал плечами отец — семья важнее.
  
Глава 5
 
— Тоже мне семья — я покинул переговорку, грубо отмахнувшись от спешащей ко мне с вопросами Деметры, и побрел, держась за бок, по коридору, пока не добрел до туалета. Навалился всем весом на дверь, и едва не свалился, но устоял, вцепившись в раковину.
— Бери документы — сказал отец — иди к себе на этаж и потрать сегодняшний вечер на изучение биографий. Разрешаю даже самому выбрать новую личность, тут уж исходи из того какой язык лучше знаешь ну или из любых других соображений… Я слышал в российской империи лучшая водка, а французские девушки самые страстные. Других интересов у тебя вроде бы нет? Завтра утром ты должен покинуть дворец, с тобой отправлю пару доверенных людей, и запомни, ни одной вещи с родовым гербом взять с собой ты не можешь. Послужи семье хоть так.
— Тоже мне семья — я склонился над раковиной чувствуя что-то похожее на ментальную тошноту — не семья, а клубок змей.
Меня скрутило спазмом, похожим на тошноту, но не в желудке, а не знаю где, я бы сказал где-то в душе, что ли… Я склонился над раковиной, на белый фаянс упали капли чего-то черного, похожего на чернила. Настолько черного, не отражающего ни единого блика света, что было непонятно, это какая-то субстанция, или просто черные прорехи в ткани мироздания.
Поток воды из крана, сбить черную кляксу и унести ее в слив не смог. Черная дрянь, которую я уже по привычке называл чернилами, менялась и перетекала, словно пятна Роршаха, из одной формы в другую, пока не остановилась на форме маленькой змеи… Несколько секунд потребовалось чтобы картинка на белом фаянсе обрела трехмерность, а еще мгновение спустя, крошечные глазки чернильной змеи вспыхнули холодным фиолетовым светом. Змейка вздрогнула, словно просыпаясь, и зашевелилась, собираясь кольцами.