Круги на воде (СИ)
В тот момент, когда я решил не заморачиваться с чётками, Алевтина проснулась. Прерывисто вздохнув, она потянулась всем телом - на узкой кровати для нас двоих места было маловато, но мне понравилось.
- Доброе утро, - прошептал я, прижимая девушку к себе. - Как спалось?
- Замечательно.
Разумеется, я тут же забыл о чётках, Алексе, Антигоне и вообще обо всём. На некоторое время. Довольно продолжительное, надо признаться...
Удивительно то, что мне не хотелось есть. В смысле - питаться. Точнее, пить.
Поясню: с тех пор, как я стал стригоем, утреннее пробуждение было самым тяжелым временем. Я просыпался так, словно восставал из мёртвых - со всеми вытекающими... Казалось, что тело высохло, как старая туалетная бумага. Глаза походят на два сморщенных шарика, язык - кусок пемзы, зубы шатаются. Кости трещат, как дрова в прогоревшем камине. Каждая клетка тела болит по-особенному, отдельно от других.
Это напоминает ломку наркомана - во всяком случае, по описаниям очевидцев. И длится до тех пор, пока я не приму дозу... Не обязательно крови, подходит любая пища: энергия людей и животных, главное, чтобы это было что-то живое.
Я научился брать понемногу, только излишки. Точнее, учусь. Пока не всегда срабатывает.
Обязанность следить за тем, чтобы у меня всегда была кровь, добровольно взяла на себя Антигона - после того, как обнаружила в нашем саду целую стаю дохлых голубей...
Они любили отдыхать на крыше старого Алексова особнячка, и вот однажды, проснувшись в пустом доме, я не отыскал ничего "съедобного" и высосал энергию из птиц. Досуха.
Сейчас, лёжа в кровати с Алевтиной, я с удивлением понял, что не чувствую жажды. У меня ничего не болит, нет свербящего, сводящего с ума ощущения ломки - когда кажется, что ещё секунда - и я не выдержу. Рассыплюсь, как статуя из песка.
Я не стал анализировать это ощущение. Точнее, инстинктивно я и так понимал, отчего мне так хорошо. И просто наслаждался.
К сожалению всему, даже очень хорошему, рано или поздно приходит конец.
Лёжа в постели, мы с Алевтиной слушали, как просыпается терем. Заскрипела деревянная лестница, заходили половицы в горнице, запахло дымком из печи. Затем хлопнула дверь чёрного хода, со стороны озера послышались голоса.
Антигона, - узнал я. - И Чумарь. Неужели, они - тоже?..
Об этом думать совсем не хотелось.
А на улице, между прочим, бушевала гроза. Пока мы с Алевтиной были заняты друг другом, небо окончательно нахмурилось, и последние полчаса мы слушали дробный стук капель по тёсовой крыше.
Лежать в тёплой постели под шум дождя - это очень приятно...
- Где тут у вас умываются? - прервала мои счастливые мысли Алевтина.
- Вообще-то во дворе, - привстав, я посмотрел в окно и содрогнулся. Гнать гостью к умывальнику в такую погоду... - Но я лучше принесу воды сюда.
Как в лучших домах, под кроватью стоял эмалированный горшок, который я ещё в первый день задвинул в угол, как можно дальше. А на комоде - ему в пару - большой кувшин, разрисованный алыми маками, и такой же тазик.
Раньше я с предубеждением относился к умываниям в тазу, но сейчас он мог решить проблему утренней гигиены.
- Вода, правда, будет холодная, - извинился я. - Электричества у нас нет, а на печи кастрюля будет греться минут сорок.
- Ты забыл, что я ведьма, - улыбнулась Алевтина. - Согреть воды - это пара пустяков. Так что тащи вёдра, устроим горячую ванну.
Совершенно счастливый, я наскоро оделся и выскочил из комнаты. Игнорируя прожигающий взгляд Антигоны, выкатился за дверь и поджимая босые пальцы, застучал пятками по доскам причала.
Вёдра и большую лохань для ванны я отыскал в бане...
Бросив мельком взгляд на озеро, я поразился, как изменилась погода. Мягкие солнечные деньки конца лета, которые стояли с начала нашего приезда, казались теперь волшебным сном. Вода в озере сделалась свинцово-серой, шероховатой, как наждачная бумага. Косые струи дождя больно секли лицо, ветер наддавал в спину и презрительно окатывал холодным душем.
Лес подёрнулся мутной дымкой, из-за деревьев полз густой туман.
И казалось, что в этом тумане, кроме нашего терема и крохотного кусочка озера, больше ничего нет.
Туман пах пылью и почему-то порохом...
Но в тереме меня ждала Алевтина! Я вспоминал её улыбку, всполохи её тяжелых волос - они текли, как расплавленное золото. Её мягкую горячую кожу, её длинные ноги...
Чёрт с ним, с дождём. Так даже лучше: приятно посидеть в тёплой кухне за кружкой чая, слушая, как трещат дрова в печи.
Когда я зачерпывал воду, мне послышался далёкий стук движка. Моторная лодка?.. Ну и пёс с ней. Мало ли, кого нелёгкая в такую погоду на озеро вынесла.
Оставив вёдра с водой и большое оцинкованное корыто Алевтине, я всё-таки взял себя в руки и пошел вниз. Надо поговорить с Антигоной. Объяснить ей...
Я не представлял, что именно, но чувствовал, что без этого не обойтись.
Но они подружатся, я уверен. Конечно подружатся! Как же иначе?
- Ведьма должна уйти.
Я просто окаменел. Ни здрасьте, ни доброго утра...
- ?..
- Не люблю ведьм.
- Но...
- Пусть собирает манатки и валит ко всем чертям. Иначе я за себя не отвечаю.
- Она пришла помочь.
- Нет, нет, нетушки... - Антигона затрясла головой так сильно, что рыжие косички заходили ходуном. - И не проси, не уговаривай. Никаких ведьм на моей территории.
- Задание шефа, - я прибёг к крайнему средству. - Он просил ведьму помочь с охраной села. Так что не тебе принимать решения.
- Это по его заданию ты с ней шуры-муры крутишь? - голосом Антигоны можно было травить мух.
- Не твоё дело. Подумай лучше, как ТЫ объяснишь свои шашни с Чумарём.
- Он хотя бы не строит из себя невинную овечку.
- Да ну?.. А шефу будет интересно знать, чем ты тут без него занималась?
- Я взрослая женщина. Не ваше дело, чем я занимаюсь.
- Значит, и в мои дела тоже не лезь!
Разговор зашел в тупик. Так сильно мы с Антигоной ещё не ругались. Если подумать, мы вообще ни разу не ссорились - как-то не из-за чего было... Но сейчас я просто не мог её понять. Какая муха укусила нашу уравновешенную, рассудительную девочку? Опять Лихо? Не похоже. Тут что-то другое.