Портниха

– Так там будет конкурс? – спросила я.
– Ну да. И я хочу попытать счастья. Вдруг повезет?
Такое горячее желание изменить свою жизнь, конечно, похвально, но…
– Дэн, ты уверен, что оно того стоит? Я ни в коем случае не собираюсь тебя отговаривать, однако подумай сам: нужно ли превращать хобби в профессию? Одно дело не спеша готовить в собственной кухне и совсем другое – молниеносно выполнять заказы клиентов, которые зачастую бывают придирчивы и капризны. К тому же, в ресторане тебя ждет новый незнакомый коллектив, да и зарплата наверняка будет гораздо ниже, чем в конструкторском бюро.
– Я все это понимаю, – кивнул Дэннер. – И ко всему готов. Готовить быстро умею, с коллегами как-нибудь подружусь, а зарплата там очень даже неплохая. В деньгах я, конечно, потеряю немало, однако того, что заработаю хватит и на жизнь, и на подарки для дорогих мне людей. Если, конечно, хозяева «Кэллы» согласятся взять меня к себе. Видите ли, Алира, в бюро я тружусь уже полтора года, однако полноценным членом его коллектива так и не стал. Ко мне все относятся презрительно, свысока. И самое обидное, что они имеют на это полное право. Я плохой инженер. Признаю это со всей честностью и ответственностью. Из-за меня не раз тормозились сроки исполнения заказов, срывались эксперименты и так далее. Это ужасно стыдно, и я очень стараюсь делать свою работу хорошо, однако у меня то и дело вылезают какие-нибудь недочеты. Согласитесь, так трудиться нельзя. Пусть конструированием лучше занимается тот, кто сможет это делать без огрех. А я пойду на кухню. Готовить.
Он говорил с таким жаром, что я заслушалась. Похоже, этот ребенок уже все для себя решил.
– Я долго думал, – продолжил между тем Дэн. – В «Кэлле» выше младшего повара меня поначалу, конечно, не поставят. Однако там имеется неплохая перспектива карьерного роста, и, если я сумею показать, на что способен, смогу двинуться дальше. Знаете, если господа владельцы этого ресторана мне откажут, я буду искать другое заведение. Черт! Да любое, самое вшивое бистро устроит меня гораздо больше, чем конструкторское бюро.
– Именно поэтому тебе и нужен амулет, – вмешалась Элана. – Чтобы с твоим талантом не пришлось жарить сосиски в пивной на окраине города.
Дэн закатил глаза.
А я подумала, что дочь в чем-то права. Приятель ее действительно очень способный, но при этом застенчивый – станет волноваться и что-нибудь сделает не так.
Честно говоря, за несколько недель, что прошли после нашего с Дэннером знакомства, я успела к нему привыкнуть и даже немного привязаться. Этот мальчик приходил к нам в гости каждую неделю и обязательно приносил с собой что-нибудь вкусненькое. Или же становился к плите и готовил это вкусненькое сам. Еще он с большим удовольствием участвовал в наших беседах, а зачастую сам же их заводил, причем, на самые разные темы. Для своего возраста он оказался необыкновенно начитанным и любопытным – живо интересовался всеми новостями города и страны, новинками литературы и кино, даже несколько раз вытащил Ланку в оперный театр. Это при том, что моя дочь кроме драматических постановок ничего никогда не признавала!
Элане Дэн с каждым днем нравился все больше и больше – во-первых, она стала трещать о нем без умолку целыми днями, а во-вторых, стоило ему появиться на нашем пороге, в ее глазах загорался такой же восторг, что и у него при виде ее самой.
Насколько быстро развиваются их отношения я деликатно старалась не расспрашивать, однако, на всякий случай тайно положила дочери в сумку упаковку презервативов – все-таки от любви порой так срывает крышу, что о ее последствиях не вспомнит даже такая рассудительная девочка, как моя Элана.
Разговор тем временем продолжался.
– Вот скажи, Лана, каким образом твоя мама достанет для меня амулет? У вас в кладовке хранится коллекция древних артефактов?
– Если бы, – фыркнула дочь.
– Тогда, быть может, она тайный артефактор и сможет изготовить его сама?
– Именно так, – кивнула дочь. – А что? Знаешь, когда я училась в школе, мне нужно было сдать один очень трудный экзамен. Я так волновалась, что ни за что бы его не сдала. Так мама сплела мне из ниток счастливый браслет, и у меня все получилось. Помнишь, мам? Он был такой красивый! Фиолетовый с красным. Я начала его носить постоянно, а потом случайно порвала. Эх!.. Был бы он цел, я бы, Дэннер, непременно тебе его подарила.
 
– Только фенечек мне не хватало, – фыркнул парень – Алира, не слушайте ее. Собеседование я пройду сам, без всякой магической помощи. Что я, бездарь какой-нибудь?
Я улыбнулась. Конечно, пройдешь. Обязательно. И волноваться не будешь, и руки у тебя будут твердые, и мысли ясные.
Честное слово, снова дежавю.
– Домашние браслеты-амулеты – это, конечно, ерунда, – сказала я. – В нашем городе есть много людей, которые на заказ могут наложить чары на самые разные вещи, чтобы сделать их «счастливыми»…
– Что вы, – усмехнулся Дэн. – Искусственно сотворить «счастливую» вещь невозможно. Я это знаю наверняка: все-таки в моем семействе было немало сильных магов, поэтому теория чар мне хорошо известна. Наши городские умельцы могут разве что покрыть нужный предмет особой иллюзией, которая на короткое время сделает человека в глазах других людей более симпатичным и внушающим доверие. Но эти чары быстро исчезают, а вместе с ними и «удача». К тому же, приносить подобные игрушки на экзамены и собеседования нельзя. Если хозяева «Кэллы» обнаружат у меня такую цацку, сразу выгонят вон.
Совершенно верно. Но ведь это касается только традиционной магии.
– Знаешь, – я сделала самое невинное и честное лицо, на которое была способна. – В нашей семье хранится старинный секрет одного волшебного узора. Считается, что он несет в себе умиротворение и покой. Если покрыть этим узором одежду, украшения или что-нибудь еще, будешь спокоен и строг, как птица чаур во время высиживания яиц.
В глазах Дэна зажегся заинтересованный огонек.
– Правда?
Ланка-поганка отвернулась, чтобы скрыть улыбку.
– Конечно, – кивнула я. – Если ты дашь мне, скажем, носовой платок, я могу вышить фрагмент этого узора прямо сейчас. Он совсем не сложный. И на собеседовании никто на него внимание не обратит, ведь эта магия будет направлена на тебя, а не на членов комиссии.
Парень тут же полез в карман и достал из него чистый, аккуратно сложенный голубой платок. Я сходила в свою комнату, принесла иглу и моток темно-синих шелковых ниток и в течение пяти минут вышила в уголке протянутого кусочка ткани некое подобие примитивного растительного орнамента. Параллельно с этим вплела в рисунок пару нитей моральной устойчивости. Примерно то же самое я делала для заказчицы Аниты, только в этот раз плетение было гораздо проще и тоньше. Дэн – парень скромный, а все ж не настолько, чтобы заново выплетать ему уверенность в себе.
– Держи, – я протянула ему «украшенный» платок.
– И это все? – разочарованно удивился Крег, разглядывая незамысловатые синие листочки.
– А ты думал, мама тебе сопливчик древними рунами разошьет? – хохотнула Элана.
– Нет, конечно, – смутился парень. – Спасибо, госпожа Ланифи.
– Пожалуйста, Дэн, – улыбнулась я. – Надеюсь он тебе пригодится.
 
Глава 3
 
Работу Дэннер получил.
Вечером в понедельник, когда я вернулась из мастерской, меня снова встретил уставленный многочисленными вкусностями стол и совершенно счастливые дети. Ланка, как мне показалось, радовалась даже больше, чем Дэн. Это при том, что сам парень сиял, как новенькая монетка, а с его губ не сходила улыбка.
За ужином он с воодушевлением рассказывал нам о своем собеседовании: оно прошло на удивление легко, вопросы владельцев «Кэллы» оказались простыми и понятными, а утка, запеченная с овощами, которую его попросили приготовить, дабы проверить кулинарные навыки, получилась нежной и сочной.
– Много у тебя было конкурентов? – поинтересовалась я.