Орден Архитекторов 10

– Отступаем, – скомандовал я, понимая, что если не уйдём сейчас, то уже не уйдём никогда.
Мы начали медленно отходить к выходу, держа строй. Командор, однако, не собирался нас отпускать. Одним резким движением он метнул щупальце, которое пронзило голову голема справа от меня. Машина содрогнулась, а затем рухнула, как подкошенная.
Последний голем, видя, что шансов отступить нет, внезапно развернулся и с неожиданной для такой тяжёлой машины скоростью бросился прямо на Командора. Он врезался в паука всем телом, вонзая свой нефритовый клинок глубоко в центр теневой массы.
  
Командор взревел – звук, от которого, казалось, сама реальность начала трескаться. Щупальца обвились вокруг голема, сдавливая его, ломая металлический каркас. Но машина, даже разрушаясь, продолжала вгрызаться в тело твари.
Последний голем ещё несколько мгновений сопротивлялся, его металлический каркас издавал жуткий скрежет, сминаясь под давлением теневых щупалец. Тварь приподняла его над полом и с жутким чавкающим звуком втянула в свою пульсирующую пасть.
Я остался один.
Вокруг – лишь мрак подземелья и гигантская туша Командора, разросшаяся после поглощения моих големов. Его тело, сотканное из тьмы, теперь пульсировало с новой силой.
Отступать было некуда. Позади – стена, впереди – монстр, который с каждой секундой становился всё больше и сильнее.
Командор явно наслаждался моментом. Его щупальца лениво колыхались в воздухе, словно он решал, как именно прикончить последнего противника.
– Отступать некуда, человечишка, – прошелестел он голосом, похожим на скрежет ржавого металла по стеклу. – Ты пришёл в мой дом. Ты нарушил наш покой. Но твои игрушки только сделали меня сильнее. Теперь и ты сам станешь частью меня.
Паук медленно надвигался на меня, заполняя собой все пространство. Щупальца тьмы потянулись к моему лицу, словно желая ощутить мой страх перед смертью.
Я прижался спиной к холодной стене и нервно усмехнулся. Время уходило. Сейчас или никогда.
– Знаешь, в чём твоя проблема, уродец? – спросил я. – Ты слишком много жрёшь. Будь у тебя мама, она бы научила тебя в детстве – нельзя глотать, не пережёвывая тщательно пищу.
Командор на мгновение замер, будто озадаченный моей дерзостью перед лицом неминуемой смерти. Этого мгновения оказалось достаточно.
Я закрыл глаза и активировал свой Дар. Магия хлынула через меня бурным потоком, наполняя каждую клетку тела жгучей энергией. Я направил своё сознание внутрь Командора, нащупывая то, что совсем недавно было моими големами.
Да, там, внутри теневой плоти, я ощущал их. Поглощённые, но не переваренные до конца. Нефритовые пластины, металлические детали, обломки оружия…
– Что ты делаешь? – прохрипел Командор, явно ощущая, как что-то меняется внутри него.
Я не ответил. Всё моё внимание было сосредоточено на остатках големов. Медленно, но верно я восстанавливал связь с каждым фрагментом, каждым осколком нефрита, каждой металлической деталью. А затем…
– Трансформация, – прошептал я, вкладывая в это слово всю свою силу.
Внутри Командора начался настоящий шторм. Металлические детали, обломки нефритовых клинков, пластины доспехов – всё это пришло в движение. Но не хаотичное. Нет, каждый фрагмент подчинялся моей воле, выстраиваясь в новую, смертоносную конфигурацию.
Командор взвыл от боли, когда осколки нефрита, заточенные моей магией до бритвенной остроты, начали вращаться внутри него, прорезая теневую плоть.
– Что ты… ааааа! – его голос превратился в сплошной вой боли.
Щупальца беспорядочно заметались по залу, ударяясь о стены и потолок, разбрасывая камни. Одно из них просвистело в миллиметре от моей головы, но я не сдвинулся с места. Вся моя концентрация была направлена на трансформацию.
– А теперь, – процедил я сквозь зубы, чувствуя, как пот градом катится по лицу от напряжения, – …теперь танцуй.
С этими словами я мысленно отдал последний приказ. Все металлические и нефритовые осколки внутри Командора синхронно ускорились, превратившись в вихрь режущих лезвий, пронзающих теневую плоть во всех направлениях.
Командор выгнулся дугой. Его тело начало распадаться, разрываясь на части изнутри. Сначала появились маленькие разрывы, из которых сочилась теневая субстанция. Затем разрывы превратились в настоящие раны, а из них вырывались наружу созданные мною лезвия, покрытые чёрной слизью.
– Невозможно… – прохрипел Командор, его голос становился все тише. – Ты всего лишь жалкий человечишка! Ты не можешь…
– Могу! – отрезал я, делая последний жест рукой. – Потому что я – Архитектор!
Лезвия внутри тела Командора пришли в ещё более неистовое вращение, превратившись в настоящие циркулярные пилы. Они рвали, кромсали, разрезали теневую плоть на куски.
Монстр издал последний вопль, от которого задрожали стены, а затем его тело взорвалось тысячами теневых фрагментов. Они разлетелись по всему залу, а затем начали рассеиваться, растворяясь в воздухе, как дым.
В центре зала, там, где только что возвышался гигантский Командор, теперь парило облако из металлических и нефритовых обломков, медленно вращающихся вокруг своей оси. Фрагменты моих големов, освобождённые от теневой плоти, зависли в воздухе, повинуясь моей магии.
Я сделал глубокий вдох и медленно выдохнул, чувствуя, как напряжение покидает тело.
– Командор, значит, – усмехнулся я, глядя на рассеивающиеся частицы Тени. – Ну, недолго тебе пришлось командовать.
Я подошёл к останкам монстра и извлёк его ядро – сверкающий фиолетовым светом кристалл. Пусть он был и не таким большим, как тот, что я получил после битвы с Дредноутом, но всё равно – ценная находка, которая пригодится для питания башен защиты.
После чего собрал остатки големов в один металлический шар, который поднял в воздух и отправил к выходу. Пригодится для новых машин.
Затем, пошатываясь, побрёл к проходу, чувствуя, как закрывается за моей спиной разлом в реальности. Ячейка Теней прекратила своё существование.
Когда я вернулся обратно в свой мир, то увидел, что Боря, стоявший у входа в туннель, тяжело дышит. Пушки на его боевом костюме ещё дымились, а вокруг повсюду были видны чёрные пятна – следы Теней, которым всё-таки удалось прорваться.
– Всё нормально, Боря? – спросил я, подходя ближе.
– Ага, – кивнул он, вытирая пот со лба. – Теперь можно и домой? А то я уже хочу нормально поесть, а не эти твои сухпайки.
– Потерпи ещё немного, – улыбнулся я. – Нам ещё нужно кое-что сделать.
 Стамбул, Османская Империя 
 Дворец Топкапы, покои султана Мурада 
Султан Мурад, правитель Османской Империи, сидел в роскошном кресле, утопая в мягких подушках. Он был одет в шёлковый халат, расшитый золотом, а на его голове красовался тюрбан, украшенный драгоценными камнями.
Несмотря на свой почтенный (по меркам простых смертных) возраст, султан выглядел молодо и свежо, как будто только что вернулся с курорта. Вечная молодость – приятный бонус от сделки с одним весьма интересным существом.
Перед ним стояла его любимая дочь Аиша. Она, как всегда, была великолепна – стройная фигура, тёмные глаза, горящие холодным огнём, изящные руки.
– Дочь моя, я горжусь тобой! – воскликнул султан. – Ты – настоящая воительница! Ты – достойная наследница моего трона! Твой план по захвату Лихтенштейна – смелый и дерзкий! Я уверен, что ты справишься! У тебя есть всё, что нужно для победы – ум, красота, магия и… – он многозначительно подмигнул, – …мой безграничный ресурс.
Аиша, выпрямившись, гордо улыбнулась.
– Спасибо, отец! Я не подведу тебя. С теми ресурсами, которые ты мне выделил, победа будет за нами! Лихтенштейн станет нашим!
  
– Ха! – султан расхохотался. – Эти лихтенштейнские блошки и их российские покровители точно такого не ожидают! Они думают, что мы – османские варвары, способные только на бессмысленную жестокость. Пусть думают. Это нам только на руку. Как только ты убьёшь этого Вавилонского и захватишь трон, ты сможешь объявить Лихтенштейн частью Османской Империи. А потом… – он снова рассмеялся, – …потом я пригоню туда всю свою армию. И пусть весь мир содрогнётся перед могуществом османов!