XVII. Аббат (СИ)
— Ты кто такой, тысяча распутных монашек?
Я вежливо представился:
— Антуан де Бриенн, с сегодняшнего дня настоятель сего аббатства волей его высокопреосвященства кардинала Ришелье.
Отец Гийом шумно вздохнул, неожиданно отмяк лицом, а черпак пристроил на плече, словно мушкет.
— А-а-аа… — облегченно протянул он. — Господь услышал мои молитвы. Но учтите, ваше преподобие… — повар сурово нахмурился. — Провизией ведаю только я сам, меню устанавливаю тоже сам, а перед своим визитом на кухню меня следует уведомлять. В противном случае мы поссоримся. До остального мне дела нет, но только избавьте нашу обитель от присутствия падших женщин. Вам отдельный стол, обещаю, не стыдно будет пригласить самого короля.
Я улыбнулся и вместо ответа поинтересовался:
— Чем вы фаршируете каплунов? Чувствуется запах кориандра.
— Хлебный мякиш с травами! — отец Фома гордо задрал нос. — И кориандр, конечно! Но очень незначительных количествах, чтобы только оттенить аромат.
— Нам будет, что с вами обсудить в поварском искусстве, — я уважительно кивнул монаху и потопал на выход.
Ну хоть с поваром повезло. Конечно, персонаж колоритный, но, чувствую, мы с ним сработаемся.
По пути в резиденцию из дормитория донеслись шум, грохот и вопли. Похоже, там шел настоящий бой, но я только мстительно ухмыльнулся — Мигель и его братва свое дело крепко знают, а если кого помнут не в меру, так на то божья воля.
На входе в резиденцию, двухэтажном солидном особняке, нас попытался остановить какой-то монах, но тут же получил по морде и отправился к остальным пленным.
Из-за роскошной резной двери донесся приглушенный разговор.
— Ах, ваше преподобие, вам так идет эта сутана… — льстиво бубнил писклявый фальцет
— Мне кажется она слишком свободна, — отвечал гнусавый баритон.
— Нет, что вы, что вы, ваше преподобие, она подчеркивает ваш стан, вы выглядите очень стройным…
— Ах ты мой милый лжец…
Саншо хрюкнул, сдерживая смех, архаровцы его брата кровожадно оскалились.
Я скрипнул зубами от злости и пинком открыл дверь.
Надо сказать, обстановке жилища местного аббата мог позавидовать даже сам король. Мебель из черного дерева, палисандровый паркет, искусная резьба, позолота, лепнина, шелк, гобелены и фарфоровая посуда, черт побери, чувствовалось, что хренов Бонифаций на себе ничуть не экономит.
Сам он вертелся перед зеркалом, а вокруг него вился паренек с завитыми волосами больше похожий на девку, а точнее на шлюху своей смазливой и похотливой физиономией.
А вот Бонифаций особой смазливостью не отличался: носатый, сутулый и очень похожий на Дуремара из советского фильма в исполнении замечательного актера Басова. Но Дуремар у Басова получился обаятельный, а Боня своим видом вызывал гадливость.
— Кто вы такие? — он недоуменно уставился на нас. — Кто вас пропустил? Вон, немедля вон! Эй, кто там, живо прогоните их!
— Пш, пш… — его подельник брезгливым жестом приказал нам убираться, словно прогонял тараканов или надоедливых мух.
Я вздохнул, шагнул к стоявшему в углу тяжелому канделябру, взвесил его в руке и удовлетворенно кивнул.
Особой нужды в крайних мерах уже не было, переход власти в обители фактически состоялся, но я абсолютно убежден в том, что конструктивный диалог получается только тогда, когда у твоего собеседника разбита морда, выбиты зубы и поломаны пальцы. Примерно в этом роде. К тому же мне предстояло узнать куда подевалась большая часть доходов аббатства за последние три года.
Через полторы минуты статус-кво был восстановлен. Прежний аббат, хлюпая разбитым носом и жалобно скуля просил о прощении, а его помощника вообще запинаали ногами под шоконку. Пардон, под кровать.
Но допрашивать их я не стал, проинспектировал монастырскую темницу, куда прежнее руководство и отправил, а сам приказал выгонять личный состав на плац, а точнее во двор, расположенный в клуатре.
клуатр — (от лат. claustrum — закрытое, ограждённое место) — окружённый стенами квадратный или прямоугольный в плане внутренний двор, примыкающий к комплексу зданий средневекового монастыря или церкви. Служил нуждам клира и монашеской братии и был недоступен для мирян.
Монастырской братии собралось около сорока человек, я чуть не прослезился от злости при виде этого живописного сброда. Несколько монахов были до того бухие, что их просто сложили в рядок.
С правого фланга Мигель зачем-то поставил строй четырех девок пониженной социальной ответственности. Надо сказать, весьма пригожих и аппетитных.
Я помолчал, обвел ласковым взглядом монастырскую братию и спокойно заявил.
— А теперь мы начинаем жить по-новому, поздравляю мои друзья…
Глава 2
Глава 2
— Все хорошее когда-нибудь заканчивается… — утирая рукавом сутаны слезы всхлипнул невысокий толстячок, стоявший в середине строя. — Не понимаю, чем я прогневал господа…
— Чувствую это только начало… — коренастый монах с разбойничьей рожей зло сплюнул, за что сразу получил древком алебарды по спине.
Роптание и причитание в строю мгновенно стихли.
«Даже не представляешь насколько ты прав… — я про себя улыбнулся. — Только начало, совершенно верно…»
На самом деле мне было глубоко плевать на царившее в монастыре моральное разложение, экономическая часть волновала гораздо больше, но доверие Ришелье стоило дорогого, а посему аббатству Руаямон в самые ближайшие сроки предстояло стать образцово-показательным религиозно-хозяйственным предприятием
— Ах какой хорошенький… — одна из проституток, огненно-рыжая толстушка приподняла свои внушительные груди и дурашливо запищала: — Ваше преподобие, я хочу вам исповедаться!!!
— И я, и я!!! — Остальные шлюхи громко засмеялись, наперебой демонстрируя свои прелести.
Монахи угрюмо молчали, видимо уже приняв новую действительность.
Я немного помедлил, потом развернулся и пошел в резиденцию, по пути бросив:
— Девок отправить назад в бордель и передайте своей мадам, чтобы немедля явилась ко мне. Остальных пока запереть.
Вошел уже к себе в кабинет, провел рукой по столешнице инкрустированной серебром и присел в роскошное кресло.
Мелькнула мысль приказать привести свою резиденцию в более приличествующий священнику аскетический вид, но решение так и не принял, потому что заявился баск.
— Ваше преподобие? — Саншо почтительно поклонился. — Мы нашли прежнего эконома, но прежде чем явить его к вам, я приказал немного отмыть старика — он совсем завшивел. И еще… бедолага похоже немного не в себе.
— Хорошо, приведете его немного позже… — я ненадолго задумался. — С чего бы начать? Начнем, пожалуй, с обыска. Поможешь?
Следующее время мы увлекательно провели, досматривая логово смещенного аббата, а Саншо вдобавок составлял подробную опись найденного. Трофеи впечатляли: отец Бонифаций оказался настоящим сибаритом и гедонистом: золотая роскошная посуда, огромный гардероб полный нарядов, куча драгоценностей, некоторые из которых составили бы честь самой королеве, черт побери, нашлась даже впечатляющая коллекция изысканной порнографии, причем не только европейской, но и подлинной китайской с индийской.
Правда денег обнаружили всего ничего — около пятисот ливров, хотя по моим предварительным прикидкам Боня спер за время своего правления не меньше ста тысяч, а скорее всего гораздо больше. Перед вступлением в должность, я тщательно изучил в канцелярии кардинала список владений аббатства, которые должны были давать доход не менее пятидесяти тысяч ливров в год, за вычетом расходов на само аббатство, а Боня правил целых три года и за это время ни гроша не передал ни в Сито, где базировался верховный капитул Ордена цистерцианцев, ни в конгрегацию кардинала. Только недавняя продажа большого и роскошного отеля в Париже, которым владело аббатство, принесла около семидесяти пяти тысяч ливров, но и эти деньги канули в никуда. А еще, бесследно пропали королевские выплаты за то, что на его территории была расположена королевская усыпальница, а само аббатство не заплатило ни денье налогов, сославшись на убыточность.