XVII. Аббат (СИ)
— Чем обязан?
— Мне предписано осмотреть обитель и у меня устное послание для вас от государя… — камергер обернулся к швейцарцам из своего сопровождения и резко махнул рукой. — Оставайтесь пока здесь…
— Прошу, — я сделал шаг в сторону.
— Где ваши монахи? — Ла Шене с любопытством завертел головой.
— Я их приказал запереть, — спокойно ответил я.
— Зачем? — камергер резко остановился, брякнув шпорами.
— Я считаю, что монах должен быть постоянно чем-то занят под строгим присмотром, — любезно пояснил я. — А когда ему нечем заняться, лучше его запереть в четырех стенах, чтобы ничего не сломал и не нанес себе вреда…
В этот момент из ниши на втором этаже клуатра по пояс высунулся один из монахов, видимо поглазеть на гостя, но потерял равновесие и с приглушенным воплем вывалился прямо в клумбу на улице.
— Видите, — я показал на него. — Прямо дети малые.
Ла Шене вытаращил на меня глаза, но потом оглушительно заржал, а когда отсмеялся, уже гораздо более теплее поинтересовался:
— Вы не служили в армии?
— Служил с двенадцати лет. Я прошел всю фландрскую компанию, завершилась служба осадой Бреды.
Камергер уважительно покивал.
— Хочу признаться, изначально я относился к вам предвзято. Но вы мое недоверие развеяли. Итак, прошу показать мне помещения, где будет находится ее величество во время паломничества. Король просил меня передать вам, чтобы королева и ее свита не пользовалась никакими лишними благами. Никакой роскоши, никаких поблажек, его величество специально это специально отметил.
Я молча кивнул и провел камергера в дом для конверсов, откуда уже выселил обитателей. Обиталище скромней нельзя было придумать: похожая на пенал келья, с незастекленной щелью вместо окна, узенькая жесткая кровать, столик, табуретка и ночной горшок. На кровати уже лежало монашеское женское облачение из грубой шерсти. Обуви паломникам не полагалось вообще, а рацион ограничивался лишь хлебом и водой.
Я и без короля сам решил принять супругу Луи как можно суровей, чтобы избежать обвинений в излишней мягкости. Ничего страшного, потерпит, зато ко мне претензий будет меньше.
Ла Шене место для королевы остался доволен, обеспечением внутренней охраны тоже.
Он прошелся вдоль строя боевых монахов и резко скомандовал:
— На караул!!!
Алебарды синхронно взлетели на плечо.
— Молодцы! — камергер молодцевато подкрутил ус. — Вы меня радуете все больше и больше! Я доложу королю, что аббатство готово к приему королевы! А теперь, покажите, чем вы кормите гостей. — он подмигнул мне и, понизив голос, добавил. — Не паломников, конечно…
Вот к этой части проверки я был готов гораздо лучше, чем к всему остальному. Как уже говорил, почти все что связано с моей прошлой жизнью, напрочь стерлось из памяти, кроме тех моментов, что связаны с кулинарией. И я постарался эти знания реализовать и передать своему повару. К счастью, мне повезло с братом Гастоном — он впитывал новое как морская губка, а за продуктами дело не стало. Да, картошки и помидоров нет, но, можно и без них вполне обойтись.
Сегодня меню состояло исключительно из блюд грузинской кухни. Суп-чихиртма, сациви, шашлык, хинкали, хачапури трех видов, разнообразные соуса и прочие кавказские вкусности.
Поначалу камергер короля отнесся с легким недоверием к незнакомой еде, но очень скоро…
В общем. еды хватило бы на взвод голодных солдат, но, дьявол, он сожрал все! А потом, сыто рыгнув, потребовал:
— Если вы меня не пригласите отведать ваших волшебных яств еще раз, считайте, что нажили непримиримого врага! Проклятье! Это было божественно! Прованская кухня? Бургундская? Или все-таки Бретань? Нет, это ни на что не похоже!
Я пожал плечами.
— Мой повар сам изобретает рецепты. К слову… как вы отнесетесь к идее устроить дегустацию его творений при дворе?
— Великолепно! Я это устрою! — Ла Шене бурно одобрил мою задумку.
Мы еще немного поговорили, камергер дал мне несколько толковых советов по общению со свитой королевы, а потом убыл назад в Париж.
Результатами его визита я остался доволен. Да, формально мне благоволят кардинал и сам король, но еще один покровитель из высшей знати не помешает, тем более сам камергер его величества. Пока у меня отношения с ним больше приятельские, но после гребанного паломничества начнут воплощаться мои генеральные бизнес прожекты и попробуем поймать Ла Шене в экономические силки. Небольшая доля в предприятии там, доля сям и так далее и тому подобное.
На визите камергера гости не закончились, только он убыл, как в обитель приперлась…
Делегация из обители Сито, места базирования верховной конгрегации Ордена Цистерианцев, которую возглавлял целый клаустральный приор отец Мавр и два его помощника инспектора.
клаустральный приор — заместитель главного приора по дисциплине.
Намерения делегации для меня не остались загадкой, понятное дело: любыми способами накопать на меня компру для того, чтобы сместить.
На воротах их естественно тормознули, и братья с ходу устроили скандал.
— Что вы себе позволяете?!! — орал как резанный невысокий толстячок, с красной, объемистой рожей. — Немедля вызовите сюда вашего аббата! Я отец Мавр, клаустральный приор аббатства Сито. Вы у меня еще попляшете!
— Безобразие! — вторили инспектора: длинный и худой как скелет жердяй и кривоногий, плешивый коротышка.
Плешивый попробовал оттолкнуть одного из караульных монахов, но тут же получил древком алебарды в грудь и сел на задницу, судорожно пытаясь втянуть в себя воздух.
Я подошел к ним и вежливо поинтересовался:
— Что случилось?
— Так это вы? — приор гневно запыхтел. — Вы аббат? Я отец Мавр Фабер, клаустральный приор аббатства Сито! Мы прибыли с генеральной инспекцией. Немедленно прикажите пропустить нас…
— Мне некогда, братья, — мягко прервал я его. — Я прикажу вас покормить и идите себе с миром.
— Что-оо? — взвился брат Мавр. — Да что вы себе позволяете⁈ До конца проверки вы отстраняетесь от должности! Вы обвиняетесь в богохульстве, самоуправстве, злостном нарушении Устава Ордена и незаконном лишении свободы брата Бонифация…
Я ненадолго задумался, решая, как поступить с инспекторами. Не то, чтобы мне было полностью плевать на вышестоящую инстанцию, но на период визита королевы они ничего не могли мне сделать. Вообще ничего.
Может пинками под зад погнать?
Поразмыслив, я все-таки решил отказаться от кардинальных мер.
— Хорошо, следуйте за мной.
— Немедленно предоставьте мне брата Бонифация! — шипел приор. — Вы слишком зарвались! Вы не понимаете, кому перешли дорогу!
Я не отвечал и привел ревизоров к входу в подвалы.
— Это куда? — брат Фабер завертел головой. — Зачем? Вы что, шутки шутить вздумали?
— Вы же просили явить вам брата Бонифация? — я дружелюбно улыбнулся. — Прошу, я проведу вас к нему.
— Но… — забеспокоился приор. — Но…
Я подал знак одному из боевых монахов. Последовавший тычок в спину намекнул ревизору, что от приглашения отказываться не стоит.
Гости притихли и гуськом послушно спустились в подземелье.
Бонифаций со вчерашнего дня вел себя примерно, но при виде ревизоров неожиданно возбудился, пал на четвереньки и злобно завыл.
— Что с ним? — брат Мавр испуганно отшатнулся. — Что вы с ним сделали? Это… это возмутительно!
— У вас будет время с ним пообщаться, — любезно пояснил я. — Брат Лука, откройте эту клетку…
Гости попробовали сопротивляться, но их не особо церемонясь пинками загнали в камеру.
Грустный, полный сожаления вздох в моем исполнении вышел на славу.
— Я же говорил, что мне некогда, потому что с минуты на минуту в обитель прибудет королева. Не переживайте, вас будут кормить и по ночам выводить на прогулку. А после того, как ее величество она вернется в Париж, мы поговорим с вами о ревизии.
— К-какая к-королева… — приор от изумления даже начал заикаться. — К-куда? С-сюда?