Теория заговора (СИ)

Я чихнул и, приподнявшись, сел, посмотрел на неподвижного Грина, лежавшего рядом. Дориш смотрела на меня во все глаза.
— Надо уходить, нас будут искать, — сказал я. — Вставай.
Она послушно вскочила. Платье было разорвано, открывая взгляду длинные загорелые ноги.
— Придётся тащить этого козла, — кивнул я и поправил на спине вещмешок. — Так, смотри из поля зрения не пропадай, иначе придётся свернуть тебе шею. Ничего личного. Поняла?
  
Дориш серьёзно кивнула.
— Хорошо. Иди сюда.
Совсем рядом послышалась автоматная очередь, потом ещё одна и ещё одна. Закричали люди.
— Поможешь мне, — кивнул я на Грина и опустился на траву рядом с ним. — Его придётся взять с собой.
— Я этого борова не потащу, — замотала головой Дориш. — С ним нам конец. Мы далеко не уйдём, если потащим этого китайца с собой. Нет, точно нет. Если хочешь, можешь возиться с ним сам, я в этом не участвую.
Грин открыл глаза и облизнул сухие губы.
— Смит… — прохрипел он по-русски. — Не бросай меня. Я дам тебе деньги.
— Они и так у меня, — усмехнулся я.
— Ты не понимаешь, — через силу произнёс он. — Это лишь… это лишь маленькая часть. У нас… у нас будет намного больше денег. Намного… Больше… Не бросай меня… Не оставляй здесь… Это УНИТА… Те, кто сбил вертолёт. Они убьют меня…
— Я ухожу, — воскликнула Дориш, — а ты можешь развлекаться со своим дружком.
— Она… — чуть тише прошипел Грин. — Наклонись…
Я наклонился чуть ниже, внимательно следя, чтобы он не выкинул какой-нибудь фортель.
— Она… — прошептал старлей. — Она стоит больших денег… Это дочь Прошперу Оливейра…
— Не слышал про такого.
— Он… геолог… занимался разведкой алмазов и золота. Его убили, а она… она всё знает… Знает, где находятся… где… месторождения… Есть один парень… из ЮАР… он отвалит нам за девку кучу денег. Ты не потратишь за всю… жизнь… Мы должны с ним…
Грин закрыл глаза и часто задышал…
— Надо уходить! — воскликнула Дориш. — Заканчивай уже свои нежности. Брось его, перережь горло и пойдём со мной!
— Иди и помоги, — кивнул я. — Иначе… Иначе я отдам тебя унитовцам. Думаю, они с удовольствием обменяют мою жизнь на молодую красавицу с длинными ногами.
— Не надейся, — воскликнула Дориш и в её интонации промелькнуло упрямство.
— Не вынуждай меня, — тихо повторил я, поднимаясь и вытаскивая кольт.
Выстрелы звучали всё ближе, но выдержки барышне было не занимать.
— Они убьют тебя, когда узнают, что ты русский.
— Ну, что же… я готов рискнуть… Короче, или ты мне поможешь, или останешься здесь!
— Ты не можешь так поступить! Я помогла тебе выбраться из расселины!
— Серьёзно? — засмеялся я. — Почему-то в памяти осталось только то, как ты в меня стреляла.
— Ладно, — стиснула зубы Дориш. — Уговорил. Но если бы я действительно хотела тебя убить, ты бы сейчас не стоял здесь.
Мы начали поднимать старлея, и он заорал от боли.
— Тихо! Замолчи! Или мы тебя вытащим, или тебя грохнут боевики. Если хочешь жить, помогай нам. Сожми зубы и шагай.
Он застонал. Мы с большим трудом подняли его на ноги. Он положил нам на плечи свои ручищи, и мы поволокли его хрен знает куда, лишь бы подальше отсюда, от этой точки, к которой наверняка стекались бойцы УНИТА.
А нам они были явно не товарищи. Впрочем, кому нам? Русским? Китайцам? Родезийцам? Понять, кто мы такие на самом деле, было решительно невозможно. Поэтому проще всего было пустить нас в расход всех. И все дела. А себе оставить деньги и, может быть, смазливую белую девку.
Шагая около часа через заросли, продираясь через буйную зелень, вспугивая экзотических птиц и мелких обезьянок-капуцинов, я молился, чтобы не нарваться на горилл и не наступить на змею. Мы с Грином были в толстых ботинках, а вот ноги Дориш казались идеальной целью для гадов. Подол платья был оборван, а сандалии не давали совершенно никакой защиты. Надо было снять ботинки с пиратов, но где уж теперь…
— Нам нужно выйти из зарослей, — сквозь зубы сказала она, ясно осознавая опасности нашей прогулки.
Впрочем, опасность от встречи с вооружёнными революционерами была несоизмеримо большей.
— Выйдем, — попытался подбодрить её я. — Скоро выйдем, я над этим работаю.
Обходя расселину, мы забрались глубже в чащу и отдалились от края леса. А теперь практически возвращались, двигаясь на шум боя и забираясь постепенно в тыл отрядам. А их там, похоже, было минимально два. Судя по выстрелам, там разгоралась нешуточная битва и всё чаще раздавались взрывы.
— Мы возвращаемся к месту падения, — сердито проговорила Дориш. — Так мы попадём прямиком в лапы бандитов.
Я промолчал. Возможно, попадём. А как ты планировала выбираться, родная? Думала прохерачить через все джунгли в этих босоножках? Так у тебя уже сейчас все ноги исцарапаны и избиты.
— Ай! — вскрикнула она, словно подтверждая мои слова. — Укололась!
— Пить… — сипло простонал Грин.
— Потерпите ещё немного, друзья мои. Скоро всё будет.
Разумеется, уверенности в успехе у меня быть не могло, но я хотел, чтобы наш маленький отряд сохранял хоть какую-то силу духа и оставался на ходу как можно дольше.
Минут через пятнадцать мои расчёты оправдались. Совершенно внезапно, раздвинув стебли с широкими мясистыми листами мы увидели открытое пространство, большую лужайку. На земле валялись убитые и раненые. Чуть поодаль стоял один джип и два уазика. За кустами дымился грузовик. Звуки боя громыхали очень близко, прямо за густой линией кустарника, метрах в ста двадцати к востоку от нас.
— Ждите, — приказал я своим спутникам и стремглав помчался к ближайшей машине.
Это был уазик с тентовым верхом. Рядом с машиной на сухой траве лежал тёмнокожий боец с калашом. Я подхватил автомат и впрыгнул в машину. Ключ торчал в замке, так что мудрить с проводами не потребовалось.
Движок завёлся с пол-оборота, и я нажал на газ. Подлетел, прыгая на кочках к своим попутчикам и выскочил из-за руля.
— Зачем тебе этот мешок с дерьмом⁈ — зло бросила Дориш, когда ей пришлось помогать затаскивать Грина в машину.
Он уже начал отключаться. Глаза то и дело закатывались и единственное, что он говорил, а вернее шептал в моменты просветления, было слово «пить». Мы уложили старлея на заднем сиденьи, я вернулся за руль, а Дориш села рядом. Автомат я положил на колени, а кольт заткнул за пояс, прикрыв вещмешком. Он всё ещё болтался у меня на плечах.
— Возьми канистры, — приказал я, остановившись у Виллиса.
— Я⁈ — возмутилась Дориш. — Кто-то, я помню, хотел походить на джентльмена…
— Бегом! — крикнул я, — не то выброшу из машины!
Она поджала губы, но выполнила команду, закинув две полные канистры назад к Грину. А я тем временем посмотрел карту, валявшуюся на полу. Посмотрел и засунул в карман. После этого мы рванули на запад. Огромная проплешина посреди джунглей скоро закончилась, и мы снова оказались в зарослях. Но здесь было наезжено что-то отдалённо напоминающее дорогу.
Это было и хорошо, и плохо. Двигаться было проще, но раз существовала дорога, по ней мог ехать кто-то ещё, кроме нас, а нам сейчас неожиданные встречи были совсем не нужны. Поэтому, когда джунгли вдруг поредели, а потом и вовсе отступили, я сразу съехал в сторону. Поверхность позволяла, поскольку оказалась более-менее ровной.
Примерно через час потребовалось долить горючее. Я вытащил ключ из замка и вылил в бак бензин из канистры. Открыл дверь багажника и увидел там ещё две канистры и несколько индивидуальных аптечек в пластиковых коробках. В войсках такие, вроде, должны были появиться позднее, а здесь уже были…
На заднем сиденьи застонал Грин.
  
— Не отходи от машины! — бросил я Дориш.
— Я так не могу! — гневно ответила она и зашагала к кусту.
Я не ответил и забрался на заднее сиденье.
— Деньги… — хрипел Грин. — У нас будет много…
Я воткнул ему в бедро иглу и сжал бока белого пластикового тюбика с обезболивающим. Он вздрогнул.