Семь желаний Ани

Кто он такой, этот Рейтинг? Самая главная знаменитость? Сегодня в вечернем эфире — Василий Попаданец и Артур Рейтинг. Вот и ели бы хурму вдвоём.
От хурмы спасения не было. Даже главный художник сдался и встал за камеру, которая будет снимать крупный план. Мама прикрепила к Аниной футболке микрофон на петельке, чтобы зрители слышали, как она чавкает. И встала ко второй камере, с общим планом.
  
— А если под хурму загримировать яблоко? — ухватилась Аня за последний шанс. — Или сказать, что я не люблю яблоки? Мы сказать-то можем? А я сделаю вид, что мне противно.
— Это не театр! Ешь что дают! В ней, между прочим, витамины! — закричала мама. — Начинай, не тяни, запись уже идёт.
Аня потянулась к хурме. Из трёх оранжевых плодов она выбрала самый мягкий и сочный на вид.
Может, с годами всё изменилось, и хурма уже не та?
Одного укуса хватило, чтобы убедиться — хурма всё та же. И Аня та же.
Если долго жевать, вкус уходит. Но это только первый кусок первой хурмины. А если глотать, почти не жуя? Ох, нет, это была плохая идея.
«Я — попаданец из будущего с секретной миссией, — начала сочинять Аня, чтобы как-то отвлечься. — Я должна узнать, зачем люди прошлого ели то, что им противно. У нас, в будущем, вся еда синтетическая. Заказываешь тот вкус, который тебе нравится. А в него напихивают витамины и минеральные вещества, которые тебе нужны для здоровья. Сам здоров и ешь вкусное. Как ужасно страдали эти бедные, далёкие от цивилизации люди из прошлого! Мы должны отправить к ним спасательную миссию».
Долго, очень долго Аня сражалась с первым фруктом. Но второй оказался ещё труднее. Аня грызла его, но впереди маячил третий. А первый уже плотно лёг в желудок.
Аня откусывала и жевала, жевала и откусывала. А когда на тарелке остались две фрукт, вдруг подумала: «А что они мне сделают, если я всё не съем?» И решительно отодвинула тарелку, косточки и один целый.
— Больше есть не буду! — сообщила она.
— Две съела — сгодится, — кивнула мама.
Аня взбесилась. Может, и одной было бы достаточно? Звезда Ютьюба в два раза больше страдала ни за что. Но мама сказала, что страдала она ради рейтинга и одной как раз было недостаточно. Две — то, что нужно. Не будет человек, который страдает от хурмы, доедать третий фрукт. Это психологически достоверно. Потому что Аня не притворялась. С яблоками так не вышло бы.
Главный художник принёс стакан воды, Аня выпила и попросила ещё. Мама достала коробку с пирожными. На них Аня даже смотреть не могла. Мама настаивала — переговорная весь день простаивать не может. Главный художник напомнил про фотосессию и предложил провести её, а закончить — пирожными.
Мама подумала и согласилась. Отодвинули стол со скатертью, переставили свет. Из коридора прикатили стойку, на которой висели знакомые Ане платья. Принесли обувь, сумочку и зонтик. Конечно! Звезда ведь не только ест, но и во что-то одевается.
Аня взяла первый комплект и отправилась за ширму. Мама тем временем со смехом рассказывала главному художнику о том, как отказывала заказчикам фотосессии, которые мечтали, чтобы в новом ролике Аня ела что-нибудь интересное в одном из их платьев.
— За те же деньги, представляешь? Вот хамы. Я им даже прайс показывать не стала. Ответила, что Аня ест в своей одежде, потому что во время записи ей должно быть удобно и комфортно.
«Удобно и комфортно! — с горечью подумала Аня. — Хурму есть! Две штуки! Комфорт нечеловеческой силы!» Её снова передёрнуло от воспоминания об огромных терпких ягодах.
Во второй раз переодеваться было проще — она сразу разобралась с застёжками и воротником. Да и позировала она уже более уверенно. Человеку, который съел две хурмы, стесняться нечего. Главный художник её похвалил за естественность. Мама велела не расслабляться и продолжать в том же духе.
Когда Аня за ширмой переодевалась во второе платье, дверь в переговорную открылась и какой-то мужчина крикнул:
— Студентов-рекламщиков на практику пригнали!
— Отправь их выбирать яблоки для рекламы сока! — распорядилась Анина мама.
— Они не хотят яблоки. Они хотят канал «Моя сестра ест». Специально к нам в агентство записались.
— Мало ли что они хотят. Когда я проходила практику, меня отправляли мыть посуду после пресс-конференций! Холодной водой с хозяйственным мылом! Не спрашивая, чего я там хочу! — возмутилась Анина мама.
— Это мы такие были. А они другие, — сказал голос из-за двери. — Расскажи им что-нибудь, а? Практиканты нам сейчас нужны, мы их уже между собой расписали.
— Ладно. Мне двоих оставьте.
Аня сидела за ширмой и злилась. Превратили её в цирковую собачку! Показывают за деньги, экскурсии устраивают. Разве так можно обращаться со знаменитостью?
— Разве так можно обращаться со знаменитостью? — выкрикнула она.
— Рейтинги падать начнут, заказы на рекламу кончатся — и через месяц про тебя все забудут, — отозвалась мама. — А это — твои поклонники.
Ане было интересно взглянуть на поклонников. На людей, которые специально пришли сюда, чтобы её увидеть.
Она вышла из-за ширмы во втором платье и стала кружиться на месте, пока главный художник пытался поймать это кружение в кадр. И тут как раз явились поклонники: студенты и студентки с яркими причёсками, в ярких очках и яркой одежде. Столько разноцветного сразу! Как будто весна уже по-настоящему наступила, всё вокруг растаяло, ручьи зажурчали, почки на деревьях полопались, летние каникулы не за горами.
Студенты принесли с собой чёрные табуретки. Аня запомнила с прошлого визита, они штабелями на кухне стояли.
Увидев Аню, все, как по команде, достали мобильные телефоны.
— Не сейчас, — остановила их мама, — у неё работа. Фото можно будет сделать позже.
— А селфи? — спросил кто-то.
— И селфи, — ответила мама.
Аня заметила, что двое или трое всё-таки успели её сфотографировать.
Чтобы не мешать фотосессии, мама посадила студентов спиной к Ане и начала рассказывать проагентство — какое оно знаменитое, какое популярное и сколько проектов в год делает. Студентам это было не слишком интересно. Но они отвлекли маму, и Аня смогла расслабиться так, что получилось несколько естественных кадров.
Когда Аня вышла из-за ширмы в сарафане, самый яркий студент поднял руку и спросил:
— А вы, как бы, когда расскажете нам про «Моя сестра ест»?
Мама недовольно дёрнула щекой и сказала, что как раз приближается к этой теме. Разноцветная публика приободрилась.
История канала «Моя сестра ест» началась с того, что старшая сестра Варя сняла на телефон, как Аня ест варёную треску. Видео показалось ей смешным, и она переслала его подруге. Та поделилась со своим парнем. А он выложил видео у себя на канале.
Ролик собрал рекордное количество просмотров. Аня отказалась ходить в школу и даже не могла показаться на улице, потому что все на неё показывали пальцем и кричали: «Треска, треска!»
С плохим парнем поговорили, видео удалили, но люди про него не забыли, многие скопировали его и пересылали друг другу.
И тогда появился этот канал — «Моя сестра ест». Видео с треской выложили самым первым. Все могут убедиться, какое там плохое качество записи, сколько посторонних шумов, изображение дрожит, ракурс всего один — сразу видно, телефоном снято.
Следующие ролики снимались здесь, в этой студии. Они сделаны профессионально, в их раскрутку вложены деньги. Над Аней больше никто не смеётся — ей завидуют, ведь она знаменитость. Многие пытаются повторить её успех, но пока никому и близко не удалось догнать по просмотрам даже самый первый ролик, с треской. Зло наказано, добро восторжествовало.
  
— И обогатилось, — тихо сказал кто-то.
Анина мама на реплику не среагировала. Она рассказывала о том, что её дочке не так-то просто быть знаменитостью. Ей нельзя есть в общественных местах, даже перекусить на улице она не может, чтобы никто это случайно не заснял. Обедать из школы она ездит сюда. Приходится пропускать какой-нибудь урок. Если урок важный — Аня обедает дома. Опытным путём удалось выяснить, что лучшая периодичность выхода новых роликов — раз в три дня. Ане удаётся сделать рейтинг даже откровенно рекламным видео. Потому что людям интересно, как она ест.