Крестоносцы (СИ)

Профессор Виноградов на каждой свадьбе женихом быть совсем не мечтал. Есть в дружине у него и в дружинах бояр вои гораздо тяжелее, сильнее и главное — регулярно физическими упражнениями занимающиеся. Готовился к олимпиаде Андрей Юрьевич основательно. Для начала велел боярам подготовить команды из семи человек и посмотрел на их возможности. Чтобы просто в смотрины не превращать все участники получили подарки, а команда победителей сабли из харалуга. Вот из этих двух сотен воев Андрей Юрьевич и выбрал настоящих монстров.
  
Ору было много, некоторые холерики из зрителей даже бросались в порыве чуйств своим помогать. Цепляясь сзади восьмым. Их хватали гридни князя Владимирского за шкирку и оттаскивали. Холерики-то холерики, а упирались и пререкались с гриднями, не желая канат бросать, как настоящие сангвиники.
В результате в финале оказались команды княжества Владимирского и Брянского. И естественно, ещё в первом круге вылетели обе команды ляхов, а во втором Болоховского княжества. Силушкой меряться тоже нужно уметь.
Финал шуму вызвал ещё больше, но тут уже никто помогать своим не спешил. А Андрей Юрьевич заметил, что все болеют за брянцев и против владимирцев. Так-то понятно. Видна была разница. У него все двухметровые гиганты со жгутами мышц. А там просто люди. Чего болеть за богов, они и без твоего боления победят.
Победили.
Вечером опять общий ужин за длиннющими столами, где вои помирились, перепились и подрались. А потом снова помирились. Князья пировали отдельно внутри замка, и уже тут Андрей Юрьевич заметил, что народ как-то сдружился за этот день. Ну, а чё, если всё пойдёт, как планировалось, то где-то через год все будут в одном государстве и делить им будет нечего. Ну, разве Польша особняком.
Событие восьмое 
Не ковыряй в носу пальцем, будет война с китайцем 
Роман Судиславич в руководство воями не полез. Ясно, что он боярин и старший в караване. Более того, не в одной сече побывал… А только вои были чужие. Владимирцы.
Есть у них десятник, что старшим поставлен князем Андреем Юрьевичем, вот пусть и руководит подготовкой к бою. Сам же боярин тоже зрителем быть не хотел. Он достал из своих вещей, что были сложены в передней части их дилижанса, лук и стал тетиву натягивать. Что бы не случилось, а лишний стрелец им сейчас не помешает. Татаровей в два раза больше. Давно не пользовался, а тут взял в дорогу, с детства любил пострелять по птице, а там, на севере, говорят, их полно и гусей, и уток, лебеди должны быть. И вот теперь лук пригодится, и не по птицам бить, а по ворогам, что гораздо полезней.
— Так, вои, десяток Кузьмы вон за теми деревьями хоронитесь, прямо напротив возка. Как они спешиваться начнут, так и начинайте стрелять. И внутрь чтобы ни один не попал. Кузьма, смотри, попадёт кто в коня, твоего заберу, а сам бежать дальше до самого Углича на ногах своих будешь, — Иван Болотов зыркнул на десятника стрельцов.
— Не переживай, — поправил шелом стрелец, — Тута и десятка сажен нет. Невозможно промахнуться.
— Смотри, я сказал. Дальше, Алексий, твой десяток вон в тех зарослях, с другой стороны дороги, станет. И лучше даже ещё чуть подальше. Если их пять десятков, то на приличное расстояние растянутся. А нужно ни одного не упустить. Сначала бейте по самым дальним, а после смотрите, нужно выбить тех, кто лук в руки возьмёт. Их сабельки нам не угроза. Ещё добраться до вас нужно с той сабелькой.
— Сделаем, — коротко кивнул второй десятник, из диверсантов ещё, и увёл своих людей в указанные заросли метрах в пятидесяти позади остановившегося и перегородившего дорогу дилижанса.
— Мы еще саженей на двадцать позади десятка Алексия встанем, если всей оравой ордынцы назад бросятся, то мы их остановим.
— Я с вами, — вынул меч брянец.
— Федор? Ну, с нами, так с нами. Не помешает и твой меч.
— А я с десятком Кузьмы у возка останусь, — когда Иван перевёл взгляд на надевающего колчан со стрелами боярина, махнул рукой тот, — Надеюсь, и я не помешаю.
— Ага, потом и скажут, что сеча не по чести была, нас эвон скоко, а там пастухи голодранцы. Напали на сирых, — гоготнул десятник дружинников, и дружный гогот распугал пичуг на версту от места будущего боя.
Наум Изотович воем не был. Да и хотел бы, так не стал. Хромота с рождения, что-то там при родах не усмотрела повитуха и сломала ему ногу или вывернула, ну это так мать говорила. Сам откуда бы знал. Такого люди не помнят. Сейчас он вместе с возчиками ушел в голову каравану и даже, как и они, сошёл с дороги и вооружился. Копьё взял с телеги, им от конного оборониться можно. Так и не умел саблей, хоть и носил всегда на поясе. При этом в последнее время не простую железяку, а из настоящего червлёного дамаска. Андрей Юрьевич лично ему презентовал за два воза свинца, что ему добыть в Кракове удалось.
Жаль он отсюда боя не увидит… Хм, да ерунда какая. Никто его тут не держит, кто мешает ему встать чуть подальше стрельцов Кузьмы. В паре метров позади. Мешать он им не будет и, если, что… Ну, не будет мешать. Так помощник ключника и сделал. Прихватил копьё и небольшую горбушку хлеба, а то ведь так поснидать и не успели, пошёл к тем густым зарослям елей, куда стрельцов Иван Болотов поставил.
Время остановилось. Приготовились все, заняли свои места, а поганых нет. Полчаса нет, час нет. Лошади, голодные и не поеные, начали волноваться, слышалось жалобное ржание там впереди, за поворотом лесной дороги. Наконец, кто-то появился, пыль поднялась на дальнем, еле видимом, конце этой дороги. Но вскоре стало понятно, что это не ордынцы, ехало три телеги и пяток воев впереди. Купцы, возможно, ох не вовремя они. Теперь, если дело серьёзное заварится, то знать будут купцы эти, кто ордынцев убил.
— Помешают, — к тому же пришёл и стоящий в трёх саженях от Наума Изотыча десятник стрельцов Кузьма.
До купцов оставалось с пару десятков саженей, когда появились и поганые. Что там большой отряд, сразу стало понятно, шум, гиканье, ржание лошадей и пыль столбом.
Увидели их и купцы, и стали сворачивать с дороги в лес. Удачно, ещё бы чуть, и вообще бы помешали. А тут даже помогли трохи.
Ордынцы заметили свернувших в лес и ускорились, вперёд десяток вырвался, они вскоре поравнялись с тем своротком, скорее тропой лесной, куда прянули купцы, когда заметили стоящий поперёк дороги огромный дилижанс и шестерик коней в него запряжённых. Сразу несколько мелких возов татаровьям стали неинтересны и они, не останавливаясь, поскакали к гораздо более интересной добыче.
Весь отряд ордынцев чуть не скачки наперегонки устроил, так всем захотелось необычный огромный возок первым в свои руки прибрать, пограбить.
Наум Изотыч смотрел на ворогов из-под большой еловой ветки — лапы. Явно не простые пастухи. На всех пусть кожаные, но доспехи, с нашитыми на груди и плечах стальными пластинами. В руках круглые шиты с начищенным до блеска медным умбоном. За плечами луки, а в ножнах широкие и толстые татарские сабли, весившие не меньше меча. Шеломы железные, украшенные конскими хвостами, на головах. И главное — кони, они, как и у их отряда, прикрыты попонами с нашитыми железными пластинами. На головах лошадей налобники почти все в железе. Во второй руке у поганых короткое ордынское копье тоже с конским хвостом позади наконечники. Настоящие вои.
— Бей! — услышал помощник ключника команду десятника Кузьмы, и отогнул ветку сильнее, чтобы чего не пропустить.
Глава 4 
  
Событие девятое 
Роман Судиславич команды десятника стрельцов не послушал. Не из чванливости, мол, кто такой Кузьма, чтобы ему команды давать. Он, вона, боярин целый и не из последних, а там деревенщина бывшая. Охотник. Тьфу. Нет, по другой совсем причине припозднился с выстрелом боярин. Воем он был опытным и знал, что как ни разбирай целей, а один чёрт в кого и две стрелы прилетят, а кого и вовсе минует. А этот счастливчик развернётся и коня, скажем мечом рубанёт или того хуже, нырнёт в возок и затворится там, выкури его опосля оттуда.