Лето выбора (СИ)

И - да. Отправить гонца в Звенигород. К Пламенному.
Или пожалеть людей?
Однозначно пожалеть! Вон, телеграф есть! Его не жалко! По нему и передать, благо, там немного.
Сдавайся - или умри.
Это Пламенный точно поймет.*
*-в реальной истории, без божественного вмешательства точно победили бы освобожденцы. Прим. авт.
***
- ...!!!
Пламенный бесновался так, что мебель летела в разные стороны. Здесь, в отдалении от театра боевых действий, он разобрался, что именно случилось и как.
Подвела Броневого география. И торф.
Торф надо добывать. Вывозить. И для этого прокладываются такие узколейки... их не на всякой карте-то найдешь. А рядом со Звенигородом такое болото было. И деревня не просто так называлась Торфяновкой. Выходила узколейка как раз к основной ветви...
Валежный, получив весточку от Чернова (телеграф работал паршиво, но работал же!), рванул вперед со скоростью ракеты. И нашлись у него в отряде люди, которые знали окрестности.
Валежный плюнул на все, рискнул и рванул через болото. Погрузил орудия на дрезины, сколько мог, погрузил на них людей, прибавил броневики - и помчался спасать подчиненного. И ударил Броневому в тыл.
Вполне успешно и неожиданно.
Появись на поле боя 'счастливчики'...
Не удери Радикал и Ферей...
Но все сложилось один к одному. И Валежный получил самый большой выигрыш в своей жизни. Русину.
Звенигород.
Оставалось договориться с Пламенным. Если это вообще возможно. Вряд ли человек капитулирует, зная, что противнику нужна его голова. Но может, остальные задумаются? И выдадут главнюка с головой? Для начала - с головой.
Вот и послали.
Предложили сдаваться, или послезавтра Валежный войдет в город. Хотя так и так Валежный собирался атаковать уже завтра. Когда подойдут остатки сил. Кстати вместе с Яной. Рисковать императрицей генерал не собирался. Да Яна и не напрашивалась.
Плохой из нее солдатик. Лучше она с арьергардом прогуляется. Для здоровья полезнее будет.
Пламенный посмотрел еще раз на телеграмму.
И швырнул в стену здоровущую чернильницу.
Послезавтра буду Звенигороде. Предлагаю сдаваться. Валежный.
СВОЛОЧЬ!!!
Ну, погоди ж ты у меня!
Закончив бушевать, Пламенный отряхнулся - и отправился в лионесское посольство.
***
- Вы - что!?
Выдержка решительно не хотела возвращаться к Пламенному. Убивать хотелось!
Медленно, жестоко и цинично. Всех.
По два раза! А Броневого - три! Жаль, сам подох! Пламенный еще бы и труп осквернил, и ногами попинал.
Но Слейда бы тоже...
Только вот ничего это не изменит. Вот он, сидит, сам удрученный донельзя.
- Я. Хочу. Погрузиться на корабль.
- Ее величество настрого приказала. Никого на наши корабли не брать.
- Но у меня есть подданство...
- Жом Пламенный, буду честен, - тор Дрейл смотрел грустно. Чего уж, мимо него такая прибыль уплывала! - Полагаю, вы хотите не просто уехать, а именно погрузиться?
- Ну да.
А что? Оставлять тут все, в Русине? Размечтались!
- Ее величество приказала жестко. Ни переговоров. Ни перевозок. Ни даже простого причаливания к берегу. Более того, она дала указание не сотрудничать с Освобождением.
Пламенному показалось, что он видит кошмар. Тягостный и непрекращающийся.
- Но почему!?
Слейд только руками развел.
- Я.... Тор Вэлрайо знал больше. Но ему на замену пока никого не прислали, к моему сожалению.
Пламенный заскрипел зубами.
- Я могу...
- Вы не понимаете, жом Пламенный. Я могу вас погрузить на корабль. После чего его проверят. Вас утопят. Меня... моей карьере - конец. Я не знаю, что сказали ее величеству и кто, но...
- Я знаю, - почти прошипел Пламенный.
Чего уж тут не знать?
Анна, гадина такая! Вот кто мог. И не просто мог, а наверняка, и сделал. Но толку-то скрежетать зубами? Лучше расспросим...
Уходил из лионесского посольства Пламенный в преомерзительном настроении.
 
Уплыть - не выйдет. Никак. Даже если он на своем корабле поплывет, все равно его перехватят и утопят.
Уехать?
Ага, к Логинову в ручки, которые тот уже потирает в ожидании встречи.
Или к Валежному.
Бежать? Скрываться затравленной крысой, прятаться, и всю жизнь помнить?
Помнить, как у твоих ног лежал Звенигород?! И ты все проиграл!?
Это не жизнь.
Я такое помнить не согласен. Это вы меня попомните.
Валежный, при всей его гениальности, забыл, что крысу нельзя загонять в угол. Она опасна. Вот Пламенный и решил укусить. И приказал вызвать к себе жома Огненного.
У него был еще один козырь в рукаве. Настало время бросить его на стол.
Ида, Свободные герцогства.
- Смотрите. Домик небольшой, но уютный.
Ида вместе с жомом Меншиковым осматривала дом. Честно говоря, так себе. На шестерочку из десяти. Весьма сомнительное удовольствие.
Но стены неплохо сделаны, расположение комнат удобное...
- Да, пожалуй, можно взять, - тоном записной кокотки протянула великая княжна.
- Думаете, тора?
- Ну... только не за такую цену, конечно! Здесь же все переделывать! Стены надо обтянуть розовым шелком, панели поменять на более светлые, это ж ужас, как все мрачно, - смотрела при этом Ида на панели из резного моренного дуба. И даже потихоньку восхищалась тонкостью резьбы, но только мысленно. - Другая мебель, другие шторы... это влетит в хорошую сумму.
- Ваша правда, тора. Ладно, ежели цену снизите, так возьмем, - вздохнул мужчина.
Ида отлично понимала, что Федору Михайловичу нравится дом. Но что за купец, который не торгуется?
Слово за слово, и сговорились. За две трети первоначальной цены.
Ударили по рукам, подписали договор, вышли на улицу.
Ида довольно улыбнулась, потрепала за ушами Полкана.
- Федор Михайлович, давайте я вас провожу, да и пойду в лечебницу?
- Конечно, тора Ида.
Жом Меншикову приехал вчера. Привез Мишку и Машку (дом уцелел, а вот часть обстановки погибла безвозвратно, два табурета и большая ваза), привез важные новости - войско Валежного движется к Звенигороду.
Императрица с ними.
Ида слушала и сжимала кулачки.
Кровь требовала крови.
Девушка отлично понимала, она сама никогда не смогла бы вот так... как Анна. Пойти вместе с войском, заявить о своем статусе, отстаивать справедливость, мстить за родных.
Она не сумеет.
Анна все это сделала, и Ида верила, сестра сядет на престол. И будет замечательной императрицей. А век ее правления назовут Золотым.
Только вот...
Уезжать из герцогств не хотелось.
Здесь был госпиталь, здесь было хорошо и уютно...
- Что вас гнетет, тора Ида? - Федор Михайлович подал руку Иде и повел ее вниз по улице.
- Если Анна победит...
- Я уверен, что она справится. Сестра ваша, уж простите, человек крайне серьезный. Жестокий даже.
- Как мы тогда?
- Тогда... - взгляд купца аж замаслился. Он отлично представлял себе, сколько можно заработать на государственных подрядах. Причем даже честно.
Сто процентов прибыли взять можно!
Просто некоторые идиоты хотят тысячу взять, и себе все портят, и людям дела крутить не дают. А ведь сто процентов - это даже без воровства. Даже без накрутки. Умеючи, оно многое можно сделать...
- Вы поедете в Русину, верно?
- Вам не хочется домой, тора Ида?
Ида пожала плечами.
Полкан понимая душевное состояние своей хозяйки, подставил ей для поглаживания и почесывания лохматые уши. Собакотерапия называется.
- Хочется, не хочется... здесь я счастлива. Понимаете, Федор Михайлович, моя жизнь... она была сборником правил. Мать нас держала очень жестко. Не ходи, не стой, не думай, поклонись и улыбнись. А здесь... здесь мне сложно. Я решаю сама и выбираю сама. Я занимаюсь тем, что мне нравится, я приношу пользу. А в Русине я опять попаду в клетку. Если б вы знали,, как мне было тогда...