Госпожа Доктор (СИ)

Каждый шаг по коридору, каждый звук за окном заставлял меня вздрагивать и думать, что лорд Локвуд вернулся. 
Но Рейнарда все не было. И чем ближе подбирался вечер, тем больше нарастало странное чувство беспокойства. Я вспоминала ту ночь, его слова, его прикосновение… Его поцелуй. Все это кружилось в моей голове, заставляя сердце то замирать, то биться быстрее. 
Когда я почти смирилась с тем, что этот день пройдет в ожидании, в дверь моей комнаты постучали. 
  
– Анна, – раздался голос Марты. Она осторожно приоткрыла дверь и заглянула внутрь. – Тебе записка. 
– Записка? – удивилась я, отрываясь от книги. Впрочем я все равно уже в третий раз бралась перечитывать одну и ту же страницу. 
– Да. От лорда Локвуда, – добавила она, протягивая мне сложенный листок. 
Я быстро поднялась на ноги, чувствуя, как внутри все сжалось. Взяв сложенный листок, я развернула его, и взгляд сразу упал на знакомый, уверенный почерк. 
«Анна,Завтра состоится заседание. Я понимаю, что это известие может взволновать вас, но я прошу вас быть готовой. К сожалению, ваше личное присутствие необходимо. Не бойтесь — все будет под контролем. Я лично проследил за тем, чтобы все меры предосторожности были соблюдены. Мы выезжаем рано утром.Лорд Р. Локвуд» 
Я перечитала записку несколько раз, словно пытаясь найти в его словах что-то еще, что-то скрытое. Но это было все. Лаконично, сдержанно. И все же я знала, что за этими словами скрывается его забота… и, возможно, беспокойство. 
– Анна? – Марта осторожно погладила меня по спине, видя мое беспокойство. 
Записка дрожала в моих руках, и я чувствовала, как внутри меня поднимается волна тревоги. Завтра. Все произойдет уже завтра. Суд. Эти люди. Те события, которые я так долго пыталась забыть, снова всплывут на поверхность. 
– Суд состоится завтра, – объяснила я ей. – И мне придется присутствовать на заседании. 
– Значит они решили, что записать, что ты скажешь и передать судье недостаточно? – Марта понимала мое беспокойство. Я отрицательно покачала голово. – Ох, не переживай. Уверена, ты справишься и ничего страшного там не будет. Вот увидишь. 
Я крепче сжала листок. Хотелось куда-то спрятаться. Но в то же время в глубине души я знала, что не могу сбежать. Я должна быть там. Ради справедливости. Ради Люсиль. Ради всех тех, кто пострадал от рук доктора Бродрика. 
*** 
На утро дня суда я проснулась с тяжестью в груди. 
Утро судного дня… Какая забавная выходила игра слов. И для меня оно и правда было таковым. 
Солнечный свет пробивался сквозь занавеси, но он не приносил утешения. Мои мысли были где-то далеко, в том месте, куда мне совсем не хотелось. 
Суд. Эти люди. Все события моего похищения предстоит пережить заново вместе с ними. На всеобщее обозрение. 
Я медленно оделась, стараясь не смотреть на себя в зеркало. Черное платье, выбранное для этого дня, показалось вдруг слишком строгим, слишком тяжелым. Даже воздух вокруг был каким-то вязким, словно сам мир пытался задержать меня здесь, в безопасности. Но я знала, что не могу остаться. 
Когда я спустилась вниз, меня уже ждал Рейнард. Он стоял у окна в холле, его руки были сложены за спиной, а взгляд устремлен вперед, в пустоту. Но, услышав мои шаги, он обернулся. 
– Анна, – произнес он мягко, и в его голосе звучало что-то, что сразу привлекло мое внимание. – Я хотел поговорить с вами, прежде чем мы отправимся. 
– Что-то случилось? – спросила я, чувствуя, как мое сердце начинает биться быстрее. 
– Нет, но… – он замялся, словно подбирая слова. – Я просто хотел бы рассказать, как все будет. Не переживайте, Бродрика и его сообщников в этот момент не будет в зале. Судья согласился удалить их на некоторых этапах. Вы не увидите их. Я обещаю. 
Его слова прозвучали успокаивающе, но я все равно не могла избавиться от тревоги. Он сделал шаг ближе, его взгляд был серьезным, но теплым. 
– Анна, – тихо сказал он, – я буду там. В зале. Вы не будете одна. Если станет слишком тяжело, просто посмотрите на меня. Я не оставлю вас. 
Его слова коснулись чего-то глубоко внутри, и я почувствовала, как страх немного отступает. Я кивнула, не доверяя своему голосу, и он, казалось, понял. 
*** 
Мы ехали в повозке, и я старалась сосредоточиться на ровном стуке колес. Это помогало не думать о том, что ждет впереди. Рейнард сидел рядом, и его присутствие ощущалось даже без слов. Пространство между нами казалось одновременно небольшим и бесконечно широким. Я чувствовала его взгляд, но не решалась повернуть голову. За окном мелькали поля и леса, но я почти не видела их. Все мое внимание было сосредоточено на том, чтобы справиться с нарастающей тревогой. 
Несколько минут прошли в тишине. Но она не была спокойной — она звенела, как натянутая струна, готовая вот-вот порваться. Я знала, что Рейнард хочет что-то сказать. Его рука, лежавшая на колене, иногда едва заметно двигалась, словно лорд боролся с собой. Наконец, он нарушил молчание. 
– Анна, – его голос был мягким, но я услышала в нем нотки напряжения. 
Я подняла глаза, наконец отрываясь от изучения своих рук. Его взгляд был сосредоточен на мне, глубокий и чуть настороженный, как у человека, решившегося на непростой разговор. 
– Я хотел бы поговорить с вами. О том, что произошло… той ночью, – продолжил он, чуть понизив голос, словно не хотел, чтобы его слова прозвучали слишком громко. 
Я почувствовала, как мое тело напряглось. Конечно, Рейнард говорил о поцелуе. Этот момент, который я сама никак не могла выбросить из головы, теперь снова всплыл на поверхность, заставляя меня почувствовать смущение. 
– Это был… момент, который я не могу забыть, – продолжил Локвуд, глядя куда-то перед собой, будто собираясь с мыслями. Его голос звучал искренне, но в нем было что-то еще. Неловкость? Сожаление? – Но я понимаю, что, возможно, я поступил неправильно. Я не хотел ставить вас в неудобное положение. 
Его слова были аккуратными, но в них чувствовалась какая-то внутренняя борьба. Я заметила, как он слегка сжал кулак, будто это помогало ему не сбиться. Его взгляд, однако, оставался серьезным, внимательным, словно он искал в моем лице ответ. 
Я смутилась и опустила глаза, чувствуя, как тепло заливает мои щеки. Этот разговор был последним, чего я хотела сейчас. Предстоящий суд, воспоминания о той ужасной ночи — все это уже было слишком. А теперь добавлялось еще и это. Его слова, его эмоции, которых я… пока что боялась. 
– Лорд Локвуд, – перебила я его, подняв руку, чтобы остановить. Мой голос звучал тихо, но решительно. – Пожалуйста. Сейчас… не время. 
Я буквально кожей ощущала, как он внимательно следит за каждым моим движением. Он замолчал, и несколько мгновений мы просто сидели, окруженные звуками повозки и стуком копыт лошадей.
– Я понимаю, – наконец ответил Локвуд, и в его голосе прозвучала едва заметная грусть. – Простите. Я не должен был заводить этот разговор сейчас. 
– Нет, – тихо произнесла я, покачав головой. – Вам не за что извиняться, Рейнард. 
Я все-таки подняла глаза и встретилась с его взглядом. Я нарочно назвала его по имени, чтобы все немного смягчить обстановку. 
В темной глубине его глаз таилась теплая, но сдержанная эмоция, которая заставила мое сердце пропустить удар. Он смотрел на меня так, словно все остальное перестало существовать, словно этот маленький мир в повозке был для него важнее всего. 
– Просто… сейчас мне слишком тяжело, – продолжила я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно, хотя внутри все дрожало. – Мы едем на заседание суда. Я должна быть собранной, должна сосредоточиться. Все, что меня ждет… это пугает меня. Я не готова обсуждать что-то еще. Не готова думать об этом. 
Его взгляд не отрывался от моего, но теперь в нем читалось понимание. Он немного расслабил плечи, хотя легкая напряженность все еще оставалась. Я видела, что он хотел сказать что-то, но удержался. 
– Но это не значит, что я хочу избежать этого разговора, – добавила я, неожиданно для себя. Мое лицо вспыхнуло, но я продолжила, стараясь говорить честно. – Просто… не сейчас. Когда все это закончится… когда я смогу снова дышать спокойно… тогда мы поговорим. Обещаю.