Назад в СССР 2 (СИ)

— У меня есть дочь. И шо, родословная хорошая у ваших щеночков? — С умным видом поинтересовался Иосиф.
— Конечно! Я вам больше скажу: если бы эта собака могла говорить, она бы таки не стала разговаривать ни с вами, ни со мной. Потому шо ни вы, ни я не доросли до уровня ее родословной. — Мужик наклонился, прицепил рисунок обратно, а затем, выпрямившись, сказал. — Я таки понимаю, шо ви хотите увидеть мать этих волкодавов?
В этот момент рядом с нами остановилась какая-то левая тетка. Она с интересом пялилась на щенков и конечно же, сочла своим долгом влезть в разговор. Здесь у всех на плечах тяжким грузом лежит долг сунут свой нос не в свое дело.
— Не слушайте его, Йося. Это аферист и жулик! Я купила у него сторожевую собаку у прошлом годе, а он оказался форменный сумасшедший. Кидается на всех, на птичек, на кошек, даже на несчастных соседских курей. У моей соседки есть две куры, шо бы ви себе там не думали, молодой человек!
Последнюю фразу она сказала почему-то мне. Причём сделала это громко, с возмущением. Хотя, я вообще стоял молча, никого не трогал. Мне на соседских курей вообще было глубоко фиолетово.
— Да! Кидается на всех, включая кошек. — Снова добавила эта ненормальная тетка. Просто нормальные люди не орут на посторонних, а она на меня реально наорала.
— А я вас предупреждал — это порода такая. Она так и называется — Сторожевая. Сторожит ваш покой и ваши нервы, мадам. — Невозмутимо ответил мужик.
— Очень прекрасно — Иосиф снова вступил в разговор, попутно плечом оттесняя дамочу. — Сколько вы хотите за этого щенка?
— Та я не знаю, надо же шоб ви посмотрели мать. Думаю, шо червонца хватит.
— А половину?
— Половину щенка я не продаю. Гражданин, не экономьте деньги! У вас будет отличный сторожевой пёс. — Мужик все еще торговался с портным, но сам уже начал паковать корзину, прикрыв щенков платком. Судя по всему, сейчас нас куда-то отведут.
— Смешной вы человек! — Взмахнул руками Иосиф — Если я вам отдам такую цену, этой собаке уже нечего будет сторожить…Ну, хорошо… Идемте, посмотрим мать…
В общем, продавец нас и правда куда-то повёл. Шли мы молча, но быстро. Миновали несколько кварталов, вышли в частный сектор, по нему пробежали еще хрен его знает сколько, и, наконец, оказались в каком-то старом, заброшенном сарае.
— Ждите. — Велел мужик, потом с сомнением посмотрел на меня и особенно на Гольдмана. — А ты, Миша, имей в виду, ежли шо, в твоем теле несомненно появятся лишние отверстия, не предусмотренные природой.
— Тююю…Та шо вы сразу все валите на Мишу? — Наигранно возмутился Гольдман.
Однако, когда в сарае минут через десять появились недовольный Василий, пацан-писарчук и суровый малый, с пулемётом, в первую очередь обыскали именно Гольдмана.
— Ну шо, как мы поступим? — Начал Миша переговоры.
  
Глава 9
 
— Ну шо, вернули взад?
Сирота повернул голову, окинул суровым взглядом нас с Гольдманом, а затем снова сосредоточился на чрезвычайно важном деле. Хотя по мне, на данный момент важнее Жукова с его тачкой ничего не было, однако Лев Егорыч явно считал иначе.
В руках начальника отдела по борьбе с бандитизмом наблюдалась палка, на которую были нанизаны куски черного хлеба. Он вертел импровизированный «шампур» над огнем, с каменным лицом изучая, как поджаривается хлебушек. Такое чувство, что в этом хлебушке сейчас сосредоточена вся правда мира. Неподалёку, на камне, виднелась развернутая газета. На газете лежало порезанное тонкими кусками сало и луковица.
— И взад, и вперед. Все вернули, товарищ начальник. — Миша потёр ладони, а затем шагнул к майору, намереваясь присоединиться к столь «изысканному» ужину.
— Лев Егорыч, двигайтесь. Мы так-то дюже голодные. — Высказался Гольдман и потянулся к лежащим рядом с Сиротой уже поджаренным краю́хам. Но тут же получил по рукам.
— Ты погодь жрать. Сначала отчитайся в подробностях. А ты… — Майор посмотрел на меня, как на врага народа. — Тебя вообще за такое расстрелять надобно. Устроил… Цирк с кловунами. Это хорошо, шо у Миши кажная собака в городе в знакомцах ходит, так мы зараз узнали, где тебя держит и хто. Да Мише спасибо скажи, шо он отправился к батиной блатхате, караулил сидел. Ждал, пока ты появишься. Мы так и думали, шо до Йоси тебя отправят. И про Йосю-портного зараз поняли. Ежли Бате через кого и говорить с «кошками», ток через него. Ты вот мне скажи, Волков, енто как можно было склады перепутать?
  
— Товарищ майор, так темень. И бандиты эти еще. В спину дышали…– Начал было я в свое оправдание.
— Темно было… — Передразнил меня Сирота. — А шо в ящиках шмотьё всякое, тебя ни разу не удивило? Ладно. Сида́й. Надо обсудить дальнейшие действия. Благодаря твоим выкрутасами мы зато теперь место Батиного обитания знаем. С утра весь город на ушах. Так Миша по ентой суете тебя и вычислил. Точнее их блатхату. Жулики и бандиты по городу насаются, як наскипидаренные. Тудой-сюдой, тудой-сюдой… Ужо к утру кажная псина уличная знала, шо у Жукова его трофейный автомобиль увели.
Я молча кивнул и подошёл к костру, возле которого устроился начальник отдела по борьбе с бандитизмом. В принципе, как не прискорбно это осознавать, но Сирота во многом прав. Не ограбление вышло, а черт знает что.
А самое поганое в этой ситуации, мои мысли и мечты о побеге теперь — воздух. Во-первых, момент был упущен. Очень удобный, между прочим момент. Во-вторых, я со вчерашнего дня чуть ли не местная знаменитость в определённых кругах. Только не в положительном смысле.
Мне так и сказал тот Василий, с которым у нас не столь давно прошли переговоры о возвращении «Мерса».
— Ну, Артист… — Протянул он, рассматривая мою физиономию пристальным взглядом, — Ты, конечно, отличился так отличился. Всякое у нашем городе бувало, но такого…
Бандит развёл руками и покачал головой.
Вообще, надо признать, мне фантастически повезло, что угнанный автомобиль принадлежал именно Жукову. Вся криминальная братия города хотела только одного — быстрее вернуть машину ее владельцу. Тут уж им было не до своих личных тёрок. В любом другом случае, подозреваю, легко бы я не отделался. Меня бы на портянки порвали. Причем обе банды сразу.
— Тэкс… Письмо готово. Берите и гоните машину до хозяина. — Распорядился Василий, когда пацан-писарчук закончил выводить слова извинения, предназначенные маршалу.
— Тю! Хто? Мы? — Искренне удивился Гольдман.
— Нет, мы! — Василий уставился на Мишу злым взглядом. — Хто евойный автомобиль крал, тот нехай и вертает. Дураков нет возле дома Жукова светиться. Вот, записку берите и езжайте. Машину ужо подогнали к парадному крыльцу.
Гольдман недоверчиво фыркнул, а затем широким шагом подошёл к входной двери. Открыл ее, посмотрел на улицу. Закрыл.
— Стоит. — Сказал он мне, хотя я вообще ни о чем не спрашивал. — А ящики? Ящики иде?
— Ящики… Там же. На кой черт они нам? Платья бабские да костюмы, дело хорошее, конечно. Только они ж теперича слишком приметные. Их ни продать, ни на карточки обменять не получится. Так шо вместе с ящиками и берите. — Махнул рукой Василий.
— А Кирпича шо? Угробили? — Гольдман посмотрел в сторону входной двери.
— Да на кой он нам? Толку от него, шо от козла молока.– Василий пожал плечами. — Отпустили обратно, к Бате. В знак доброй воли. Нехай подумают в следующий раз, прежде чем поперёк нашей дороги становиться.
Вот эта новость меня совсем не обрадовала. Не то, чтоб я сильно делал Конопатому плохого. Просто точно знал, он мне тоже хорошего не пожелает. Если бандит вернулся к своим, то скорее всего, в скором будущем можно ждать его мести. А внутренняя чуйка настойчиво мне подсказывала, месть точно будет. Кирпич не отличается душевной добротой и тягой ко всепрощению. Наоборот. Закусился он теперь на меня крепко.
Сейчас, как все уляжется, начнется какая-нибудь хрень, это прямо к бабке не ходи. Впрочем, думаю, опасаться нужно не только Кирпича. Уверен, там и у самого Бати вопросики имеются.