Извращенное королевство
Рина Кент
Извращенное королевство
Rina Kent
TWISTED KINGDOM
Печатается с разрешения литературных агентств
Brower Literary & Management, Inc., и Andrew Nurnberg.
Дизайн обложки Екатерины Климовой
Copyright © 2019. TWISTED KINGDOM by Rina Kent.
The moral rights of the author have been asserted
© О. Кузнецова, перевод на русский язык
В оформлении макета использованы материалы по лицензии © shutterstock.com
© ООО «Издательство АСТ», 2025
* * *Выжившим
Примечание автора
Привет, дорогой читатель!
Если ты раньше не читал моих книг, то, возможно, еще не знаешь, что я пишу темные истории, которые могут расстраивать и тревожить. Мои книги и главные герои не для слабонервных.
«Извращенное королевство» – темный роман для взрослых о буллинге в старшей школе. В нем содержатся неоднозначные сцены, которые могут показаться оскорбительными некоторым читателям.
Если вы ищете героя, то Эйден точно не тот, кто вам нужен. Однако если вам не терпится прочитать о злодее – добро пожаловать в мир Эйдена Кинга.
Чтобы остаться верной персонажам, лексика, грамматика и орфография «Извращенного королевства» написаны на британском английском.
Книга – часть трилогии, не одиночный роман.
Другие книги серии «Королевская Элита»:
0. Жестокий король
1. Испорченный король
2. Стальная принцесса
3. Извращенное королевство
4. Черный рыцарь
5. Порочный принц
6. Безжалостная империя
7. Королевская Элита. Эпилог
Плейлист
I Fell In Love With The Devil – Avril Lavigne
Paradise – Coldplay
Church – Coldplay
Daddy – Coldplay
In My Place – Coldplay
Things We Lost In The Fire – Bastille
Another Place – Bastille & Alessia Cara
Torn Apart – Bastille vs GRADES
Every Second – From Ashes to New & Eva Under Fire
Natural – Imagine Dragons
Death of Me – PVRIS
Blood // Water – grandson
Of These Chains – Red
Night Of The Hunter – Thirty Seconds To Mars
Fallout – UNSECRET & Neoni
Numb – 8 Graves
The Fighter – In This Moment
Mother Tongue – Bring Me The Horizon
Grave – Wage War
How It Feels to Be Lost – Sleeping With Sirens
Глава первая
Эйден
Прошлое
«Мы всегда будем вместе. Я живу ради тебя, Эйден».
Голос мамы витает в голове, словно теплый ветер посреди холодной ночи.
Кандалы протестующе гремят, когда я подтягиваю ноги к груди. Тело вздрагивает от холода, но сил встать у меня нет.
Пальцы ног онемели. На спине горят волдыри. Красные отметины от оков на лодыжке превратились в синяки.
Похоже, дело плохо.
Кажется, прошел уже не один час, а у меня так и не появились силы встать с пола, не говоря уже о том, чтобы повнимательнее осмотреть раны. Падаю спиной на холодный пол. Пахнет как на конюшнях папиного друга.
Зубы стучат от холода, и я несколько раз прикусываю губу, пытаясь это прекратить.
– Мама… – шепчу я в кромешной тьме.
Она говорила, что у нас особая духовная связь и что может почувствовать мою боль. Мама знает, что я захвораю, еще до того, как я проснусь утром. Должно быть, сейчас она чувствует мою боль. Наверное, даже плачет.
Мне не нравится, когда мама плачет, но сейчас я хочу, чтобы она нашла меня.
Это место не похоже ни на одно из тех, где я бывал. Оно ранит меня.
Желудок урчит, словно зверь.
Прижимаю руку к животу – бесполезно. Наоборот, звук становится громче и выше, словно дразнит меня.
Облизываю сухие, потрескавшиеся губы и пристально смотрю на пустую бутылку воды у моих ног. Единственное, что мне здесь дали с тех пор, как разлучили с Ксандером и Коулом.
Интересно, они тоже голодают? Тоже пострадали от рук той женщины в красном?
Не знаю, сколько времени я провел в этом темном грязном месте, но явно достаточно, чтобы желудок ныл, не переставая, уже несколько часов.
Если скоро не поем, то у меня не будет сил открыть глаза, не то что встать и попробовать выбраться.
Мама меня ждет.
Ей грустно, когда меня нет рядом. А я ненавижу, когда мама грустит.
Дверь со скрипом открывается. Резко поднимаюсь и вздрагиваю от удара спиной о жесткую каменную стену, но сейчас это заботит меня меньше всего.
Женщина в красном возвращается.
Я окружен цепями со всех сторон. Хватаю окову и пытаюсь стянуть ее изо всех оставшихся сил. Конечно, она не снимется. Я просто царапаю кожу, но это все, что сейчас можно сделать.
Если я не выберусь отсюда, та женщина снова сделает мне больно.
Изобьет меня.
Заставит кожу гореть.
Темную комнату озаряет мягкий свет и ослепляет мои глаза. Я щурюсь, и меня настигает эхо приближающихся шагов.
И это не стук каблуков той женщины.
Немного восстанавливаю дыхание и ослабляю хватку вокруг оковы.
Привыкаю к свету и вижу спокойное лицо. Нимб над головой, белое платьице и тапочки с заячьими ушками.
Ангел.
Она правда похожа на статую ангела в мамином саду.
Это та же девочка, которую я видел в прошлый раз. По-моему, вчера.
Раз она носит одежду для сна, должно быть, снова наступила ночь.
Она ставит фонарик на пол и садится передо мной. Подтаскивает ручками поближе тяжелый мешок, но я не обращаю внимания на его шуршание по полу.
Я рассматриваю ее.
Она похожа на одну из кукол Сильвер или Кимберли. Девочка с золотистыми волосами и блестящими голубыми глазами, нахмурившись, смотрит на меня.
У нее молочно-белая кожа и румянец на щеках.
Разве куклы Сильвер и Кимберли превращаются в людей, которые могут прийти и что-то притащить с собой?
Она машет рукой перед моим лицом, две морщинки между ее бровями становятся глубже.
– Ты меня слышишь?
– Ты что, настоящая? – Голос звучит глухо, словно я говорю из другой комнаты.
Я прикасался к ней вчера. Хватал ее за руку и умолял помочь, но может быть, мне это просто привиделось.
Возможно, я становлюсь как мама, когда она не может заснуть.
А может быть, та женщина в красном снова пришла меня пытать.
– Ну конечно, настоящая, дурачок, – смеется она, обнажив дырочку от выпавшего зуба.
Так, у кукол Сильвер и Кимберли не выпадают молочные зубы.
Она достает мешочек поменьше и разворачивает скатерть. Мне в нос ударяет запах хлеба и «Мармайта» [1]. Желудок уже урчит так, что слышно на другом континенте.
– Вот, принесла тебе…
Выхватываю у нее кусок хлеба прежде, чем девочка успевает закончить предложение.
Если бы отец видел, как я ем, он бы наорал на меня за неподобающие манеры. Я набиваю рот и проглатываю куски не жуя.
– Прости. Это все, что удалось найти так поздно на кухне.
Девочка осторожно приближается ко мне. Я отворачиваюсь, словно голодная собака, защищающая свой кусок мяса.
Она укрывает меня чем-то теплым и пушистым:
– Тут холодно.
Я пялюсь на нее, не переставая жевать. Кашляю и давлюсь куском хлеба.
Она шарит рукой в волшебном мешке и достает бутылку воды. Выхватываю ее и залпом наполовину опустошаю.
