Молчание во благо. Том 1 (СИ)

Когда они приблизились к двум говорящим послушникам, те замерли. Лидер Инагава-кай шагнул вперёд. Его рука поднялась, и невидимая сила сдавила горло одного из парней — тот захрипел, бился в агонии. Второй рванулся в сторону, но якудза сжал кулак — кости хрустнули, тело обмякло в луже крови.
— Слабаки, говорите? — хохотнул один из врагов, пнув труп. Остальные загоготали, их смех резал тишину, пока они не ощутили, что ноги больше не слушаются. Тонкие нити проклятой энергии закружились вокруг, сжимая их в невидимую клетку. Смех смолк, сменившись настороженностью.
  
Из тени выступила девушка, глаза её пылали гневом.
— Как вы посмели? — прошипела она, и два стилета, прикреплённых к её иглам, вонзились в шею одного из якудза. Тот захрипел, хватаясь за горло, и упал. Лидер махнул рукой, и невидимая рука, видимая лишь с большой концентрацией, разорвала нити. Другой выбросил волну энергии, отбивая атаку. Нити лопнули с треском, и Вокун не успела вскрикнуть, как к ней метнулся мужчина с длинным шипом из энергии, занося его для удара.
Но его движение прервал Накрин, рухнувший с воздуха. Он обрушил молот, но враг отскочил в последний миг.
— А вот и собачки с техниками, — усмехнулся якудза. — Сопляки ещё. Даже мою атаку не заблокируете!
Земля под Накрином задрожала, и чёрные шипы проклятой энергии вырвались вверх, пробив его барьер. Они вонзились в ноги, оставляя дымящиеся раны, кровь брызнула на гравий. Якудза захохотал, вытирая рот, но лицо Накрина осталось ледяным, глаза — пронзающими.
— А? — ухмылка врага дрогнула.
— Проверим, на что способен этот молот, — голос Накрина был низким, угрожающим. Он сжал оружие, и его аура вспыхнула, поднимая пыль. В мгновение ока он пронёсся вперёд и молот обрушился на врага, превратив его в кровавое месиво. Кости хрустнули, плоть разлетелась, эхо удара прокатилось по двору.
Накрин приземлился, тяжело дыша. Рука дрогнула, и он нахмурился.
— Хм? Он стал тяжелее? — пробормотал парень, ощущая, как молот перевешивает. Мысль мелькнула — неприятная, но занятная: у оружия явно была своя хитрая особенность, и она только начинала себя показывать.
Бой вспыхнул с новой силой. Из тени выскочил ещё один якудза, вскинул оружие — грянул выстрел и пуля разрослась в огромный шар, несущийся на Накрина и Вокун с грохотом. Одновременно Кадзуо Таока рванулся вперёд, чёрное кимоно взметнулось, эфирная рука нацелилась на шею Вокун, сверкая в свете фонарей.
Но Накрин и Вокун были начеку. Накрин, стиснув зубы, выбросил молот вверх — его энергия сгустилась в барьер, расколовший снаряд на куски, разлетевшиеся шрапнелью. Вокун крутанулась, метнув нити в плотную паутину, поймавшую эфирную руку Кадзуо в миллиметре от горла. Лидер зарычал, дёрнув эфирную конечность, но нитей стало больше, прорастая из паучьего узора между её пальцами.
Из тени, точно призрак, возник Вольсунг, паря на летающем мече. Его глаза сузились, второй клинок закружился вокруг, подчинённый воле. С резким выдохом он направил меч в спину Кадзуо — сталь со свистом рассекла воздух. Лидер, почуяв угрозу, развернулся в последний миг, отбив удар с лязгом. Искры брызнули в темноту, и он оскалился в дикой ухмылке.
Тут же Рагот, стоявший в тени, выбросил руку. Из ладони вырвалась огненная сфера, метнувшаяся к стрелку. Тот выстрелил — пуля, разрастаясь, врезалась в шар с оглушительным взрывом, разметав щебень и дым. Якудза отшатнулся, щурясь от жара, но устояли, готовые к рывку.
— Оставим пару из вас в живых, уроды, но сначала заставим пожалеть, что вы вообще сюда сунулись! — выкрикнул Рагот, кипя нетерпением. Окружённые якудза встали спина к спине, сохраняя спокойствие — угрозы в парнях они не видели. Рагот сунул руку в мешок и продолжил: — Моя техника вытаскивает один из двух видов огненных шаров — маленький или большой, даже я не знаю, какой будет. А ещё у каждого есть по три подвида, так что…
Рагот резко выдернул руку из мешка, и его ладонь вспыхнула ослепительным светом, точно солнце, разрывающее ночную тьму. Огромный, пылающий шар заставил якудза напрячься — они ощутили, как проклятая энергия хлещет из него волнами.
— Повезло-повезло! А теперь… получите! — выкрикнул он и с размаху швырнул исполинский снаряд в противников. Два якудза мгновенно выставили свои техники, но Рагот ухмыльнулся: — Это обманка, бейте их!
Вольсунг тут же сорвался с места, пролетев на мече. Два левитирующих клинка, подчинённых его воле, сверкнули в воздухе и рассекли руки стрелка, оставив их болтаться на тонких лоскутах кожи и костей. Огненный шар, не причинив вреда, угас — это был всего лишь яркий фонарь для запугивания. Двое других якудза бросились в атаку, но разъярённый Кадзуо взмахнул эфирной рукой — с оглушительным треском он сорвал пласт земли и швырнул противников на десятки метров назад. Некоторые шаманы Инумаки рухнули с тяжёлыми ранами: у одного хрустнули рёбра, у другого вывернулась рука, торчащая под неестественным углом. С холодными, застывшими лицами они стиснули зубы, накладывая повязки и вправляя кости, не издав ни звука.
— Что за чертовщина⁈ Вы же просто новички, и какого хрена у вас осталось оружие, которое должны были выкрасть! — орал Кадзуо Таока, не в силах понять происходящего.
Послушники Инумаки, не теряя времени, бросились вперёд, их фигуры слились в яростный порыв отчаяния и решимости. Накрин рванул первым — молот в его руках гудел от проклятой энергии, каждый шаг сотрясал землю. Вокун метнула нити, что извивались в воздухе, точно серебряные змеи, стремясь опутать Таоку. Вольсунг, паря на летающем мече, направил клинки в стремительный вихрь — лезвия сверкали в отблесках фонарей.
Но все атаки разбились о защиту Кадзуо. Рагот, стиснув кулак, сунул руку в мешок и вытащил маленький огненный шарик. С коротким выдохом он швырнул его к ногам Таоки. Шар упал на гравий с обманчивой тишиной, и когда Кадзуо понял, что его снова обманули, снаряд взорвался, как граната. Волна жара и осколков разметалась в стороны, осветив лица врагов яростным багрянцем.
Таока не дрогнул. Его аура, точно несокрушимая машина, поглотила пламя и отразила удары, словно каменная стена, насмехающаяся над новичками.
— Твои люди почти все мертвы, — высказал Рагот.
— Да плевать! Потом отожму территории у Сумёси-кай и найму кучу нового, полезного отребья, — бросил он с презрением.
Тут из тени, медленно, словно выныривая из глубин ночи, выступила Широя. Её клинок, испачканный тёмной кровью, тускло блестел в свете фонарей. Шаги были бесшумны, как шёпот смерти, а аура — тяжёлая, ледяная, пронизывающая до костей. Послушники замерли, ощутив этот холод, и невольно отступили, их взгляды метались между ней и врагом. Кадзуо повернулся, губы искривились в насмешливой ухмылке.
  
— Что, ещё одна мелочь хочет поиграть? — бросил он и резко направил эфирную руку в атаку.
Широя молчала. Одним движением, быстрым и точным, как удар молнии, она рассекла эфирную конечность — та треснула, точно хрусталь, и рассыпалась в облаке тёмной пыли, осевшей на гравий. Кадзуо взревел, лицо исказилось от ярости и боли, но не успел шагнуть — Широя, не замедляясь, ударила кулаком в его грудь, оставляя его живым. Сила удара заставила глаза мужчины расшириться от неверия.
— О-откуда… такая мощь?
— Не загоняйся. Просто наши послушники пока слабоваты, — ответила она холодно.
Он рухнул на колени, а затем лицом в гравий.