Молчание во благо. Том 1 (СИ)

Мэй Мэй подняла взгляд, её брови удивлённо изогнулись.
— Что, прямо тут спать будешь?
— Я снял этот номер, — ответил он, не открывая глаз. — Ложись рядом, если хочешь.
Она коротко хохотнула, отложила ноутбук в сторону и поднялась. Лёгким движением забралась на другую сторону кровати, устроилась поверх одеяла и повернулась к нему. Её глаза блеснули, встретившись с его взглядом.
  
— Руки не распускать. Я ещё рынок мониторю.
* * *
Неделю спустя
Утро в кафе «Сакура-но-ки» было тихим: лишь слабый гул Синдзюку просачивался сквозь деревянные стены. Мирак сидел у окна с чашкой чёрного кофе, лениво скользя взглядом по улице. Напротив него Мэй Мэй листала что-то на телефоне, её лицо озаряла довольная ухмылка. Бумажные фонари над входом слегка покачивались от сквозняка, а запах свежесваренного кофе смешивался с тёплым ароматом старого дерева.
— Ну что, — начала она, откинув волосы резким взмахом, — поиграли на рынке, и вышло славно. Мы взяли взаймы двести тысяч акций «Кровавой Сакуры» по тысяче йен за штуку. После твоего «визита» их главный филиал в Синдзюку разнесло в щепки. Через пару дней слухи докатились до биржи: смерть главы и разоблачение его имени подкосили репутацию, доходы рухнули. Акции скатились до шестисот пятидесяти йен. Я выкупила их за сто тридцать миллионов, вернула брокеру, и чистыми у нас семьдесят миллионов. Тебе пятьдесят: ты внёс двадцать миллионов на залог. Конечно, обычно брокер требует тридцать-пятьдесят процентов от заёмных акций — больше шестидесяти миллионов, в нашем случае — но остальное я прикрыла за тебя. На этот раз. Без тебя ведь ничего бы не выгорело.
Мирак кивнул, поднеся кофе к губам. Горячая горечь скользнула по языку, но его лицо осталось бесстрастным, как высеченная маска.
— Но, — она выдержала паузу, ухмылка стала шире, глаза блеснули хитринкой, — я провернула ещё кое-что на стороне. Помнишь, мы говорили, как выжать больше? Я распустила слухи среди бизнесменов: якудза в Синдзюку слабеет. Сгребла двести тысяч акций «Синдзюку Девелопмент» по пятьсот йен за штуку — сто миллионов из своих сбережений. После твоих дел, компания ожила, акции подскочили до восьмисот, и я сорвала шестьдесят миллионов чистыми. А ещё прикупила участок их старого склада за пятьдесят миллионов из резерва — скоро там вырастет торговый центр. Заодно создала траст «Канто Святилище», выпустила его акции по тысяче йен. Через год это может принести ещё сотню миллионов.
Мирак приподнял брови.
— Ты не упоминала об этом.
— А ты не спрашивал, — хмыкнула она, пожав плечами. — Я заработала чуть больше, но ты ведь не против? Твои пятьдесят миллионов — тоже неплохо для одной ночи.
Он отставил чашку.
— Неплохо, — тихо сказал он, глядя в окно.
— Зато ты выполнил работу и поднял себе репутацию. Поверь, она многого стоит для других кланов — не каждый сумел бы справится с Фудзином на открытом воздухе. И да, поздравляю, вот твой приз, — Мэй Мэй положила на стол новенькое удостоверение шамана первого ранга. — В будущем сам будешь знать, на что смотреть, чтобы поднять денег. Надеюсь, ещё поработаем!
В этот момент к столику подошла официантка — та самая, с короткими тёмными волосами, что обслуживала их неделю назад. Теперь она выглядела иначе: движения стали бодрыми, глаза блестели, а лицо озаряла тёплая, искренняя улыбка. Она поставила перед Мираком свежую чашку кофе — хотя он не заказывал — и задержала на нём взгляд, улыбнувшись ещё шире.
— Вот, вам ещё, — сказала она весело. — Сегодня хороший день, правда?
Мирак посмотрел на неё, слегка прищурившись, но кивнул. Его обвели вокруг пальца, зато не посадили в тюрьму на пять тысяч лет.
— И правда хороший.
— Осталась только одна проблема, — задумалась Мэй Мэй, когда довольная официантка ушла под добрым взглядом Мирака. — Шаманы обыскали местность на наличие проклятых вещей, но от некоторых нашли только защитные печати, а не их сами. Возможно, это приведет к небольшим проблемам в городе.
 Глава 10 
 Старейшины 
На веранде, под навесом из потемневшего дерева, сидели старики в шёлковых кимоно. Их узловатые руки сжимали свитки, а выцветшие от возраста глаза внимательно следили за двором. Перед ними на низком столике поблёскивали глиняные чаши с холодным чаем.
— Слышали новости? — нарушил тишину один из сидящих. — Регион Канто зашевелился. Глава клана Инумаки унизил сына Джиничи на программе обмена. Их новый лидер — настоящий хулиган.
— А доходы нашего клана видели? — подхватил другой. — Они больше не обращаются к нам за медицинской помощью. И тот случай с кузнецом, что они его вывели из себя, до сих пор не укладывается у меня в голове.
— Так они совсем перестали к нам обращаться? — удивился первый. — Даже к Зенинам? Или хотя бы к Годзё?
В ответ — лишь молчаливое покачивание головами. Взоры стариков задумчиво устремились во двор. Там юноши в чёрных хакама и белых хаори двигались бесшумно: один нёс ведро с водой, другой сметал листья, третий склонялся над курильницами, зажигая их.
Их движения, безупречные и молчаливые, подчинялись невидимому ритму древних канонов клана Камо. У стен застыли воины в таких же хакама, с катанами в ножнах, а слуги в серых кимоно скользили с подносами чая, подобно теням в полуденном свете.
Один из старейшин Камо, сгорбленный под тяжестью лет, с редкими седыми прядями, спадавшими на плечи, заговорил хрипловатым голосом:
— Если Инумаки ищут независимости, то не нужно быть гением, чтобы понять: они хотят вырваться из рабского положения. Я не против, лишь бы они не достались Зенинам. Но если попробуют захватить больше территорий, наша внутренняя война кланов, что бушевала во время Второй мировой, может вспыхнуть вновь.
— Вы ведь были там, мистер Шино, — остальные, куда моложе говорящего, повернулись к нему с напряжённым вниманием. — Как всё происходило?
— Пока Япония воевала, магические кланы сражались за власть, — начал Шино. — Они знали: кто бы ни победил в той войне, маги будут править своим миром. Тогда клан Хигасибодзе мог бы войти в тройку сильнейших — правительство их поддерживало, а самолёты и машины отлично справлялись с не-магами. Если бы не Хиросима и Нагасаки, где сгорели их заводы, всё могло сложиться иначе.
Он опустил голову, помрачнев.
— Как наш клан давил Хигасибодзе, отстаивая запрет на влияние технологий в магическом мире, так и теперь я настаиваю: Инумаки нужно прижать. Как они смеют задирать нос!
— Отнять у них территории? — задумчиво протянули старики. — Это уже непросто. Они сдерживают магов, что служат якудза, следя за порядком. А их новый глава недавно стал шаманом первого ранга — так просто на него не надавить, оснований нет.
— Но его отец, Рейдзо, просил снять давление с клана, вернув одну из префектур, что мы им одолжили, — вставил третий. — Теперь эти земли приносят им деньги, и Масакадо больше не жалуется.
— Масакадо, — прищурился Шино. — Имя того, кому судьба бросить вызов всем. Клан Камо должен поставить его на место.
* * *
Мирак задумчиво оглядывал окрестности клана Инумаки с крыши поместья.
— Сила и слава Инумаки… Что мы можем противопоставить трём великим? У нас нет сильных последователей, кроме меня, а для клана, что рвётся вперёд, это недопустимо. Я даже не особого ранга, чтобы в одиночку переломить ход дел в стране.
  
Он размышлял, как бы вывести клан из того упаднического положения, в которое они попали.
— Но решить это не так уж сложно, — отозвалась сидевшая рядом Томоэ.
Она выглядела смущённой, вспоминая, как злилась из-за пропавших со счёта денег. Целую неделю она ныла брату, переполненная разочарованием, пока средства не вернулись — да ещё и с солидными процентами. Мирак проявил удивительный талант к заработку, сославшись на уроки некоего учителя и его хитрые схемы. Он уже вложился в компании, что казались бесперспективными, но вскоре начали приносить немалый пассивный доход.