Абордаж (СИ)

— Всем привести себя в порядок. Вы двое к двери, — указал на самых бодрых, а сам прильнул к пульту управления.
Всё те же кракозяблы, но теперь я знал, что уровни отмечаются первым символом на кнопке и я достаточно быстро отыскал нужный, обозначающий коханцев, но дальше случился затык. Шаносик не бывал на этих уровнях и не смог пояснить обозначение последующих символов, обозначающих подуровни, сектора, подсектора и прочее, что и мне было в диковинку, но медлить было нельзя. Слишком долго мы стояли без движения, и я не знал, можно ли кабину с пассажирами вызвать на другой уровень или сектор.
  
— Проблемы, командир? — подошёл Птица-восемь.
— Да. Нужно отсюда убраться и как можно быстрее, но не знаю куда. Боюсь прибудем прям в казармы или ещё куда в запретную зону.
— Так давай нажмём на саму верхнюю. Не думаю, что казарму или опасный сектор выделили, поместив вверх. Обычно размещают отдельно, чтобы не ошибиться и вдобавок устанавливают ограничитель, как в самолётах.
— А может и нет, чёрт их разберёт, — пробормотал себе под нос, но задумался. Панель управления выглядела полукругом, на которой располагались кнопки, как понял с этой линии можно добраться только в часть мест огромного корабля, что, исходя из мер безопасности вполне логично. Все верхние кнопки как раз были с обозначением принадлежности к коханцам. Кто они, из объяснений Шаносика я толком не понял, вроде военные, что появились на корабле относительно недавно и захватили здесь власть. Но именно им требовались схожие внешние условия, по крайней мере, я так понял.
Прошло десять секунд, и я нажал на верхнюю кнопку.
— Птица-восемь, переводи… — заговорил по-русски, давая инструкции. Неизвестно сколько времени нам придётся добираться до места назначения, но подготовиться не мешает, и я принял решение, что сначала доведу до землян всё то, что хочу сказать, а потом до анторсов.
— Ашш Нотика Вусони, есть вопросы? — закончил доводить инструкции до анторсов.
— Ваш план нам понятен и вопросов у нас нет.
— Хорошо, тогда возьми мою аптечку, — я протянул ампулы анторского производства, что остались у меня, — препаратов не так много используйте их с умом. Лучше вколите сейчас. В течение четырёх-пяти часов пока они действуют мы или погибнем в бою или найдём спокойное место. Так что… — договаривать не стал. — Проверить свой внешний вид, оружие и быть готовым к активным действиям.
Мой основной план — спрятаться где-нибудь на уровне коханцев не выдерживал никакой критики, но принц крови благоразумно промолчал, понимая, что нам нужно время восстановиться и только потом переходить к активным действиям. И в самом худшем раскладе именно анторсам отводилась ударная сила, которая пойдёт на прорыв или останется в заслоне. Поэтому я и отдал им те крохи, что у меня оставались и не заинтересовали Сомали Венса. Но всё как всегда зависит от случая. Никто, в том числе и я не знали, где остановится кабина лифта.
Шли минуты. Стоя, я прислонился к стене и прикрыл глаза, только сейчас поняв, как сильно устал. За такой короткий промежуток времени столько событий и толком ни поесть, ни поспать не получилось, только восстановление в медицинском аппарате придавало мне силы. Но как долго продолжится положительный эффект я не знал и боялся, что меня скоро накроет.
Прозвучал звуковой сигнал, я встрепенулся и открыл глаза. Раньше, когда пользовался устройствами перемещения такого сигнала я не слышал.
— Приготовиться! — скомандовал, обводя взглядом солдат.
Шли секунды, но двери лифта не открывались. И самое неприятное — не понять, продолжаем мы двигаться или нет. Нет ни ощущения ускорения, нет ни ощущения торможения. А если закрыть глаза и отрешиться от мыслей, то будет казаться, что мы стоим на месте.
— Командир? — придвинулся ко мне Птица-восемь.
— Никогда раньше звукового сигнала я не слышал, — понял, какой вопрос хотят мне задать.
— Мы тоже, — согласился Птица-восемь, — но объяснений этому множество. От того, что мы пересекли границу уровня или сектора, или…
— Или кабину кто-то перехватил, или взял под контроль, — выдал самый худший вариант.
Повторять команду: «Быть на чеку» я не стал. Солдаты и так выстроились в боевое построение. Двое прошедших лечение стояли лицом к дверям, изготовившись для открытия огня с колена, а вторая линия — анторсы в полный рост, так же направив оружие на дверь.
— Командир-хоск, — сделал робкую попытку заговорить анторс, но жестом я его прервал, нутром почувствовав, что сейчас что-то произойдёт. И не прошло и трёх секунд, как двери лифта открылись…
  
Глава 18
 
— Глядь! Зачем⁈ — выругавшись, нашарил на пульте управления первую попавшуюся кнопку и с силой вдавил.
— Прекратить огонь! — прокричал, когда створки лифта стали медленно закрываться. У меня не осталось нормальных слов, только экспрессивная лексика.
В тот момент, когда двери лифта раскрылись, перед входом в кабину стояли шестеро вооружённых солдат, что собирались войти внутрь. Но, видя, что внутри много народа, они на мгновение замешкались и о чём-то громко заговорили меж собой, а у находившегося в первой шеренге солдата не выдержали нервы и он открыл огонь на поражение. Потом открыли огонь и остальные. К счастью, местное оружие не кинетического действия и звук выстрела скорее похож на хлопок при открытии винтовой крышки банки, чем на грохот вырывающегося из ствола под действием быстро расширяющихся пороховых газов заряда и прозвучавшие в ограниченном пространстве множественные выстрелы никого не оглушили.
— За-чем? — прокричал на русском языке, обращаясь к первой линии солдат. Они всё так же продолжали стоять, изготовившись для стрельбы с колена. А у меня кровь стучала в висках. Я едва себя сдерживал, чтобы не подойти к нарушившему приказ солдату и не дать ему в морду.
— Товарищ Бес, — рядом оказался Птица-восемь, — он говорит, что один из солдат противника жестом подал какой-то сигнал и все они потянулись за оружием, — перевёл короткий ответ Птица-восемь.
— Кто ещё видел, что противник потянулся за оружием? — задал вопрос особенно ни к кому не обращаясь. Но вопрос задал как на русском, чтобы Птица-восемь его перевёл, а потом произнёс и на анторском, для тех, кто находился во второй линии. Начало боя я толком не видел, так как находился в третьей линии и имел ограниченный обзор, намереваясь выйти вперёд, когда начнётся диалог. То, что солдаты противника потянулись за оружием — вполне логично. Так как они находились под прицелом, но открывать-то огонь без приказа зачем⁈
«М-да, наверно сам виноват. Не учёл нервное напряжение, недостаток кислорода, помутнение рассудка и другие факторы. Надо было вставать прям у выхода, закрыв собой изготовившись для стрельбы, а если бы что пошло не так… то я бы или погиб, или остался на этаже в одиночестве. В кабине места мало. Толком, ни пригнуться, ни упасть», — размышлял, вполуха слушая перевод Птицы-восемь.
— Вы тоже придерживаетесь мнения, что другого варианта, как без приказа открыть огонь на поражение было единственным выходом? — обратился к анторсам.
— Да, командир-хоск. Ситуация была критичной. Мы располагаемся скученно, одна очередь и неизвестно сколько трупов.
В принципе, другого ответа от анторсов я не ожидал. Они опытные вояки, при первом подозрении на опасность — стреляют, а только потом разбираются.
— Товарищ Бес, — вновь обратился ко мне Птица-восемь.
  
— Слушаю.
— Что мне передать солдату?
Сначала не понял вопрос, но взглянув на открывшего без приказа огонь солдата понял. Тот стоял без оружия — передал его одному из солдат и расстёгивал амуницию.
— Объяви благодарность, — произнёс громко сначала на русском, потом на анторском, гася в зародыше возникший конфликт. Не хватало ещё самим себя перестрелять. Вот противник обрадуется, когда в кабине обнаружит труп.