Новые конкистадоры (СИ)
Неожиданно я почувствовал, что кто-то дергает меня за рукав и оглянувшись, обнаружил мелкого – или очень юного – гоблина с тремя разноцветными перьями на макушке. Насколько я помнил, перья означали принадлежность к «мальчикам на побегушках» и по ним даже можно было узнать, кто именно прислал гонца, но вот сам цветовой код запомнить уже не сумел. Видимо, не только я, потому как убедившись, что привлек мое внимание, посыльной оттарабанил: «Верховная Генерала велела пустить много хвостатых штук» и тут же ринулся вниз по лестнице.
– Что-то наш хитроумный лидер задумал… – вздохнул я.
– Да тут и гадать особо нечего, – Блинов указал на зашевелившихся мастодонтов. – Надеется слониками врезать по имперцам с фланга, пока у них из-за горящих катапульт и обстрела строй будет нарушен. Хорошая идея, может и выгореть...
– Если наш друг собакен и впрямь сумел прикрыть мастодонтов от имперцев и атака будет внезапной, – заметил я. – Но в любом случае, пора спускаться. Мне надо ракетницей порулить, тебе – катапультами… да и вообще тут оставаться дальше рискованно. На месте имперских магов я бы по этой смотровой площадке файерболом бы запулил чисто в профилактических целях.
Глава 29
Глава 29
Анатолий Блинов
Хлипкий бортик площадки опасно потрескивал под весом моего тела, навалившегося на него если и не всей своей массой, так, по крайней мере, большей её частью. Только вот отпустить конструкцию из лозы и прутьев я просто не мог! Слишком высок был риск того, что упаду. Либо вниз, прямо на голову чего-то завывающему шаману, либо назад, повалив собою Синицына. Слишком уж дурно сделалось изнеженному сознанию цивилизованного человека двадцать первого века от вида массового смертоубийства в средневеково-промышленных масштабах. Ноги подгибались, зрение так и норовило расплыться, сердце стучало как бешенное, а к горлу подкатил комок такого размера, что хоть в ложку катапульты вместо снаряда заряжай! И это битва еще только началась, и поле боя выглядело относительно чистым по сравнению с тем ужасом, который начнется уже вот-вот. По крайней мере, трупы еще по большей части оставались целыми. Ведь когда в человека или гоблина попадает стрела, ну или там камень из пращи, он не разваливается на части, покрывая все вокруг себя требухой и не истекает реками крови. А либо ковыляет в тыл, либо лежит себе смирненько, где подох, орошая алой жидкостью из скромного размера дырочек от силы пару десятков квадратных сантиметров. Единственным исключением являлись жертвы сделанной моим напарником «артиллерии», часть которых в прямом смысле слова на клочки порвало... Да и оказавшиеся рядом бойцы вспомогательной ауксилии имперцев сейчас имели откровенно жуткий вид, поскольку многие оказались «украшены» кусками чужой требухи или хотя бы следами от их попадания. К сожалению, им на "украшения" было абсолютно пофиг. Залитые самопальным боевым стимулятором люди, гоблины и полукровки перли вперед, как лосось на нерест, отринув брезгливость и инстинкт самосохранения как совершенно лишнюю деталь.
Собранные из лиан и палок «катапульты» ожидаемо показали себя полным дерьмом, выведя из строя от силы сотню противников. Ну если не считать тех, кто об их снаряды просто споткнулся. Даже для жертв прямых попаданий отнюдь не всегда такое несчастье оказывалось фатальным. Сколоченные из грубых досок щиты трескались, ломались, а в паре случаев так вообще разлетались в щепки, но кое-как с функцией амортизатора справлялись. И многие из имперцев, попадавших на землю после знакомства с увесистым камешком или просто покрытым корой поленом вставали на ноги, чтобы пойти вперед...
Впрочем, их задранный до самых небес при помощи химической стимуляции боевой дух законы природы, биологии и гидравлики обмануть все-таки не смог. От удара тяжелым тупым и достаточно быстролетящим предметом нежная и уязвимая плоть получала травмы, и если те оказывались достаточно серьезными, то появлялись либо открытые раны, либо внутренние повреждения. Причем и первое, и второе активными движениями только усугублялось, неизбежно ведя к быстрому упадку сил. В результате эти искусственные подобия несгибаемых героев то и дело падали под ноги своим товарищам. И затаптывались нафиг вместе с теми, кто ходить не мог, но зато упорно полз в направлении противника. Сохранность жизни коллег по несчастью подгоняемую командирами-дрессировщиками смазку для клинков волновало, как правило, даже меньше, чем грязь под ногами.
Сейчас враги заметно ускорились, явно желая навязать нам ближний бой. Особенно в этом плане отличилась имперская кавалерия, решившая фланговой атакой разобраться с поделками моих горе-плотников и столпившимся там же пращниками. Каким-то чудом мне удалось хрипло проорать приказ тому, что могло сойти за нормальную артиллерию. Понятно, что и на неё особых надежд возлагать не стоило. Сумей мы удержать нападавших хотя бы полчаса, и каждое орудие стоило бы жизни и здоровья десяткам человек, однако кто же нам даст целых тридцать минут?! Эти уроды прут так, что четверть часа уже может стать чрезмерно оптимистичным вариантом! И даже «минное» поле их не останавливает! Неглубокие ямки, хаотично накопанные тут и там, заботливо прикрытые дерном, а также в обязательном порядке имеющие на дне острый колышек, исправно ловили своих жертв. И те спотыкались, ломали ноги, ковыляли дальше с пробитой подошвой... Но шли! Шли прямо на поспешно сооруженный деревоземляной вал с невысоким частоколом, теоретически имеющую право называться стеной, ощетинившиеся им в лицо копья и частый град камней из пращи, которыми теперь ополченцы швырялись из-за спин настоящих бойцов по навесным траекториям в соответствии с принципом: «На кого боги пошлют». И по закону больших чисел то один, то другой череп такой град все же проламывал. Но имперцам было пофиг, чего-то вопя, они бежали на нас, размахивая ржавыми клинками и оставляя за спиной редкую цепочку притормозивших десятников.
Наконец, где-то под ногами с противным воем одна за другой начали срабатывать ракетные поделки местных алхимиков и в моей душе зародилась надежда на... что-то. Пусть летящие на хвосте из огня и дыма снаряды не взрываются, но они же выглядят страшно! Пехота врага должна кинуться наутек, лошади понести, полководцы рвать на себе волосы от злости... Если, конечно, снаряды долетят куда надо, а не плюхнутся рядышком с пусковой установкой, не рухнут на ряды нашего же воинства и не умотают непонятно куда.
Созданное на основе фейерверков чудо-оружие умудрилось оправдать сразу все мои ожидания, как лучшие, так и худшие. Оно действительно выстрелило, и выстрелило в нужном направлении. При этом ракеты преодолели необходимую дистанцию, заставив снаряды даже перелететь через ряды вспомогательной ауксилии и приземлиться где-то среди континентальных варваров. Вот только скальным гоблинам на эти палки оказалось абсолютно пофиг. Ну, прилетели, ну упали, ну, кажется, даже воткнулись не только в щиты, но и в пару-тройку неудачников. Дело-то житейское! Едва-едва сбившись с шага, дикари осмотрели небо на предмет новой партии подобных подарочков, после чего спокойно двинулись дальше. Не то они от природы были такими отмороженными, не то длительное употребление кровавого корня напрочь убило им страх, придав вместо него искусственной храбрости. Всадники на ракетную атаку тоже никак не отреагировали. Не то было слишком далеко, и кони просто не увидели и не поняли, чего им надо бояться до усрачки, не то своих скакунов имперцы тоже накормили какими-то мухоморами, после которых животинки оказались половиной копыт в стране радужных пони, а второй в какой-нибудь лошадиной Вальхалле. А вот легионеры заметно притормозили. То ли не хотели лезть в драку раньше, чем вспомогательные наркоманы "разминируют" своими телами наши сюрпризы. А может, вражеское командование заподозрило у нас наличие еще каких-нибудь еще более опасных фокусов и притормозило, до прояснения обстановки.